Электричка

orphoprosecutor

Я вчера ездила на дачу. После того, как месяц назад законсервировала её до мая.

На самом деле это не дача, а кусок старого дедушкиного дома в Кратове, поделенного полвека назад, после его смерти, на несколько частей. Родня давно перессорилась, кто-то продал свою часть, кто-то вообще из страны уехал, а кто-то в этом доме живет до сих пор. Я — единственная из всех! недаром была любимой внучкой! — сохраняю отписанную когда-то моей маме комнату с террасой и полянку с соснами в том виде, который помню с детства. Комната отапливается, поскольку система отопления в доме единая, а там, как я уже сказала, еще живут. А терраса, она же кухня, — нет. Ну то есть дача летняя, потому и консервируем её на зиму.

Вам синдром невыключенного утюга (или забытой зубной щетки) знаком? Мне вдруг пришло в голову, что, отключая воду, мы забыли про один важный краник. А он однажды протек, и очень сильно. А вдруг опять? А там никого? Затопит же все к чертовой бабушке. А недружественные родственники скорее утонут, чем мне позвонят.

В общем, поехала. Краник, естественно, выключен. Стала запирать входную дверь — оп, засада! Видимо, от дождей её повело, и замок перестал закрываться. Дергала, крутила, поднимала-опускала, подложила снизу топор, потом сверху засунула стамеску — нет! Ободрала ладони, всплакнула — и пошла искать кого-нибудь на улице. Минут через двадцать, продрогшая, сумела остановить такси и объяснить обалдевшему водителю, чего я от него хочу. Дядька колупался недолго, взял за помощь 200 рублей и укатил.

А я почапала к электричке.

Неожиданно там оказалось очень много народу. Наверно, от недавних переживаний я как-то особенно ярко и остро все ощущала, еще и голодная была. И вот, что я увидела.

Рядом со мной сидел молодой парень огромных размеров. С гипертоническим румянцем и маленькими злыми глазками. Время от времени он доставал из бездонного вонючего рюкзака очередную банку Охоты и быстро её приканчивал. Выпитую ставил под сиденье.

Прямо передо мной — тоненькая девушка. В черном пуховике поверх косухи из кожзама, в кошмарных голубых спортивных штанах и грубых ботинках. Но лицо... Юная средневековая мадонна — с перекрашенными в цвет медной проволоки роскошными русыми волосами, с железной спиралькой в одном ухе и пластмассовым желтым смайликом в другой, с лимонными наушниками, разноцветными ногтями и смартфоном с разбитым экраном. Серо-зеленые чуть сонные глаза — прекрасные! Рот — ммм, за такие губы наши звездульки выкладывают бешеные деньги. Нежная шея, изуродованная черным чокером с какой-то металлической фиговиной. Она не понимает, насколько прекрасна! Неужели эту красоту вижу только я?!

Рядом с девушкой — молодой кавказский гость. Черная шапочка, голое лицо с густой бородой, аккуратные руки. Умный взгляд. Почему-то подумала, что террорист. Тьфу, глупости.

О, пошли торговцы: предлагают батарейки, объемные паззлы, теплые носки, петрушку из кукольного театра (надо же, какой товар непривычный). А вот музыкант — играет фольклорную музыку, сам худой, в грязном жилете с многочисленными карманами. Седой, лысый и с косичкой одновременно. Призвал всех помнить свои корни.

Народу все больше. В вагоне так топят, что в маске сидеть невозможно, все уже посдирали. Шумно. Ввалилась компания — ого, перегаром как пахнуло! Мужик наискосок от меня всю дорогу решает по телефону какие-то дела с ремонтом, бабушка с усами и в вязаной шляпке громко объясняет соседке про спутник вэ , мой сосед допивает очередную Охоту , потом вдруг привстает и громко кричит в никуда: Сссука! Сссссссууууукккааа!!!

Я тихонько выбираюсь к дверям — благо Выхино скоро. Рядом вскоре оказываются ослепительная девочка, кавказец и образованная бабушка. В тамбуре темно, холодно и душно. На душе тяжело.

Через час купила в гастрономе возле метро какую-то отвратительную клюковку и основательно набралась. М-да.