Подвиг двенадцатой заставы: битва до конца

На модерации Отложенный

28 мая в Россия — День пограничника. Это праздник всех, ведь в какой-то степени пограничник — каждый из нас, ведь в идеале каждый сам решает, что и кого пустить в свою жизнь и в жизнь страны.  Одна из самых трагичных страниц пограничной службы новой России — героическая драма Московского отряда в Таджикистане двадцать лет назад.

В Таджикистане, на афганской границе, двадцать лет назад произошла трагедия — нападение боевиков на российскую погранзаставу, большие потери. Съемочной группе "Вестей недели" пришлось преодолеть тысячи километров, чтобы рассказать эту историю.

"Товарищ подполковник, личный состав двенадцатой заставы — оставшиеся в живых — находится перед вами. Заместитель начальника заставы лейтенант Мерзликин. Здравия желаю, товарищ подполковник" — эти кадры в считаные часы облетели весь мир. Почему двенадцатая застава понесла такие потери? Ответ на этот вопрос окончательно не дал никто.

Одним из главных участников событий был начальник Московского погранотряда в Таджикистане Василий Масюк. Съемочная группу прилетела к нему во Владивосток. Масюк рассказал: Союз развалился, и многие офицеры, солдаты, побросав службу, уезжали домой. Людей катастрофически не хватало. Но оставшиеся из последних сил держали афганскую границу на замке.

- Василий Кириллович, а вы убивали людей?

- Если бы я этого не делал, я бы перед вами не сидел. Это война.  Не командирское дело — брать автомат и стрелять. Командир должен командовать, принимать решения и за них отвечать. Но бывают ситуации, когда приходится брать в руки оружие и вместе со своими подчиненными выполнять задачу. Мне это приходилось делать неоднократно.

29 мая 1993 года афганские моджахеды и таджикские боевики пошли на штурм одиннадцатой погранзаставы. Бой шел шесть часов.

С бывшим начальником одиннадцатой пограничной заставы Дмитрием Бусуриным мы встретились в Завидово через двадцать лет. Дмитрий рассказал, что буквально перед штурмом боевиков ему поступил приказ: все оружие и все боеприпасы сдать на склад. Если бы он его выполнил, погиб бы.

"Простреливаемый склад. И если что-то случилось бы, я не смог бы обеспечить заставу боеприпасами.

Поэтому в нарушение руководящих документов я перенес все боеприпасы к стрелковому оружию, к пулеметам, к автоматам, к автоматическому гранатомету, к подствольным гранатометам — все прямо под заставу, что в конечном итоге и помогло нам выстоять. Мы не остались без боеприпасов", — вспоминает Бусурин.

А на соседней, двенадцатой, заставе оружие и боеприпасы, как и было приказано, сдали на склад. Посты с границы убрали. Все было спокойно.

Бывший заместитель начальника заставы Андрей Мерзликин сказал, что были одни лишь предчувствия.

"У меня на складе жила кобра. Я ее там подкармливал, сухое молоко разбавлял, ставил туда. Она уползла. У нас горный варан жил, звали Шуриком — не знали, это он или она. Убежал. Крысы вообще пропали. Еще две гюрзы жили. И они ушли. То есть накануне, за сутки, на заставе никого, кроме людей, не осталось. Было состояние дискомфорта. Это барометр своеобразный", — рассказал герой России, ветеран пограничной службы ФСБ РФ Андрей Мерзликин.

В июне 1993-го на границу пошла информация: ожидается новый штурм одиннадцатой заставы. Военный журналист Дмитрий Коняхин оказался в тот момент на границе. Когда его коллеги, операторы, увидели снятый им материал, сказали: "Камеру можешь в руки не брать, главные кадры в жизни ты уже сделал".

"Я совершенно не был готов к тому, что будет, но понял, что будет что-то важное. И когда я увидел, я вошел в какой-то ступор и продолжал делать свою работу, наверное, машинально, потому что я в жизни своей не видел такого", — вспоминает Коняхин.

Иван Майборода, родной брат погибшего начальника двенадцатой заставы, приехавший на границу в гости и оборонявшийся вместе с солдатами, после боя в госпитале скажет: "Я иду служить на десантно-штурмовую заставу".

"Звонила мать. Мы разговаривали и она спросила, как брат. Я уже знал, что он убит. Я рассказал: осколками, один — в легкое, другой — в позвоночник. Спросила: он еще долго жил? Я сказал, что нет, сразу. Она сразу расплакалась: "Ванечка, отомсти за него!" Беспощадно бить буду, — вспоминает Иван Майборода. — Только на десантно-штурмовую заставу пойду".

Не получилось у Ивана стать солдатом — упустил время. Сейчас очень жалеет. Мы пригласили Ивана с собой в Таджикистан и оказались на развалинах погибшей заставы.

"Если бы все вернуть назад и мне сказали бы, неизвестно, останешься ты в живых, я бы с теми пацанами в ту кашу опять нырнул. С ними бы — без проблем. Такие парни были!", — плачет Иван Майборода.

Новая таджикская двенадцатая застава имени двадцати пяти героев находится в другом месте. На ней высажена аллея и установлен памятник погибшим.

Сорок девять человек. Маленький гарнизон оборонялся больше десяти часов. Двадцать пять человек погибли. Сколько было нападавших, точно не известно. Очень много. Но это не главное. Самое важное — наши пограничники бились до конца, до последнего патрона, стояли насмерть. Это был солдатский подвиг.