Иноагентом с 1 декабря может стать каждый и без предупреждения

Власти отказались от разъяснения гражданам подробностей нового закона и приказа ФСБ


      

 261-1-1480.jpg   
 Документ опубликован 10 дней назад, однако разъяснений,
        как его будут применять, пока не последовало.  
        Источник: официальный интернет-портал правовой информации     

 В России с 1 декабря вступает в силу кодекс об иноагентах, свод различных ограничений для данных лиц, а также ряд ведомственных документов. Они раскрывают нормы закона «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием» максимально широко. Среди них и приказ ФСБ от 04.11.22 № 547 «Об утверждении Перечня сведений в области военной, военно-технической деятельности РФ, которые при их получении иностранными источниками могут быть использованы против безопасности РФ». Документ уже вызвал опасения у СМИ, эксперты-юристы разошлись по нему во мнениях. Граждане, пребывающие в соцсетях, о своих потенциально печальных перспективах, похоже, и не знают. Судя по всему, власти целенаправленно решили не уведомлять людей об изменении условий реализации отдельных конституционных прав. Логика нового законодательства в том, что иноагентом может стать каждый – и с 1 декабря без предупреждений.

    Например, первым номером в приказе ФСБ стоит такой пункт: «Сведения об оценке и прогнозах развития военно-политической, стратегической (оперативной) обстановки». Он открывает раздел 1 документа, где перечислены «сведения в области военной деятельности, не содержащие сведений, составляющих гостайну». Уже даже из этой фразы возникает вопрос: а для чего же тогда вводить какие-то ограничения, причем даже не помечая их грифами типа «для служебного пользования», «для ограниченного доступа» и т.п.?

    Если же обратиться к самой формулировке – за что гражданина или какую-либо организацию могут преследовать, то нетрудно заметить, что оценками и прогнозами, например в отношении той же самой спецоперации, занимаются сейчас практически все активные пользователи интернета. А если к вышеуказанным видам устного, письменного и видеотворчества прибавить еще и субъективное понятие «сведения», то получается, что границы дозволенного вообразить себе нельзя. Точнее сказать, и не надо, потому что их определит то должностное лицо, которое направит уже физическому или юридическому лицу уведомление: с такого-то момента имярек является иноагентом. В базовом законе обошли необходимость предупреждать о чем-то подобном заранее крайне элегантно. Включить в реестр необходимо в течение 10 дней после выявления, а уведомить очередного иноагента можно не позднее пяти дней после включения.

    Остальные пункты как раздела 1, так и раздела 2, где перечислены военно-технические сведения, которые ни в коем случае не должны достаться иностранным источникам, вроде бы сформулированы поуже. Зато все они охватывают настолько широкую сферу информационной деятельности, что это позволяет прийти к однозначному выводу: такое законодательство не может применяться в универсальном режиме, оно может быть лишь избирательным или даже точечным, то есть обусловленным политической целесообразностью. Последняя в нынешнее время, как представляется, состоит в том, чтобы отучить граждан от безмерной свободы высказываний. Логика власти тут вполне понятна, но обращает на себя внимание, что разъяснительная работа новых правил как бы даже демонстративно не проводилась.

    Попытаться объяснить такой подход, видимо, можно пресловутым чекистским менталитетом, наглядно отражающимся в известной поговорке о лесе и щепках. То есть примерно таким образом: предупреждать всех о том, что с 1 декабря, да еще с безграничной обратной силой, меняются правила реализации ряда конституционных прав, связанных со свободой слова и информации, просто не имеет смысла. Среднестатистический обыватель, дескать, на это вообще не обратит внимания, а вот враги – действующие и потенциальные – заранее скорректируют свои подрывные планы. А ведь массы добропорядочных граждан ужесточения и вовсе не коснутся, продолжают транслировать власти свою прежнюю парадигму по поводу законодательства об иноагентах: мол, никого не запрещаем, только регистрируем и наблюдаем. 


 261-3-2480.jpg   
        ФСБ подготовилась к финальной битве с
        иностранными агентами. Фото Reuters     

        Но если в первой половине года, когда был принят базовый закон, этому еще в принципе можно было бы поверить, то после поправок в 40 действующих законов о различных ограничениях и ущемлениях – уже нет. А ведь с 1 декабря появится и такая категория иноагентов, как физлица, аффилированные с иноагентами. Требований особых к ним предъявлять не будут, но ярлык соответствующий повесят. Видимо, это предназначено как раз для активных болтунов в соцсетях. Так что и их, по логике чекистов, предупреждать ни в коем случае нельзя.

    Дело же с приказом ФСБ дошло до такого абсурда, что практикующие юристы, получившие от «НГ» просьбу проанализировать текст и предложить для граждан, блогеров и СМИ какой-либо эффективный modus operandi, в общем-то, не смогли этого сделать. Более того, они разошлись во мнении об области применения данного документа. Одни, что теоретически верно, указывали, что размытые формулировки можно будет применять только в рамках кодекса об иноагентах, другие же отмечали, что административные меры, к примеру, блокировки сетевых ресурсов могут следовать до назначения такого статуса, а то и вовсе без него.

    Например, управляющий партнер адвокатского бюро AVG Legal Алексей Гавришев сказал «НГ», что раз «с момента начала СВО во всем мире началась полномасштабная информационная война», то вот ФСБ и задает ей нормативные рамки. По его мнению, «касаемо рекомендаций по работе СМИ, то можно четко сказать, что нельзя будет опубликовывать любые сведения, которые связаны с проведением СВО»: «Звучит довольно жестко, но с учетом нынешних реалий этот документ должен был появиться намного раньше. Поскольку с начала проведения СВО очень много информации утекало через СМИ и эта информация оказывалась в руках зарубежных источников».

    Кандидат юридических наук, эксперт общественного движения «Информация для всех» Станислав Петровский согласен, что «с 1 декабря усиливаются риски привлечения сотрудников редакций СМИ и главных редакторов к ответственности» в случае, если они пишут на выделенные в приказе ФСБ темы. Он рекомендует «для подстраховки попробовать передавать материалы по этим темам в ФСБ России с просьбой о согласовании». Однако член Адвокатской палаты Москвы Александр Иноядов пояснил «НГ»: «Приказ ФСБ конкретизирует перечень сведений, включаемых в перечень видов деятельности иноагентов, которые предусмотрены ст. 4 закона № 255-ФЗ от 14.07.22 «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием», что ограничивает сферу применения указанного приказа только указанными субъектами». Но одновременно он отметил, что «не во всех пунктах данного приказа содержатся исключения, определяемые относимостью сведений к находящимся в общем доступе, что позволяет достаточно широкое толкование перечня таких сведений правоприменителями».

    Адвокат адвокатского бюро «Коблев и партнеры» Владимир Слащев, в свою очередь, подчеркнул: «С 1 декабря 2022 года освещать информацию, которая будет охраняться данным приказом ФСБ, действительно будет затруднительно и весьма рискованно, поскольку: а) некоторые положения приказа сформулированы довольно абстрактно; б) практика применения этого приказа начнет формироваться только с 1 декабря 2022 года, заранее определить объем и формат допустимой к освещению в СМИ информации, коррелирующей с положениями данного приказа, достаточно сложно». Эксперт привел множество положений приказа, которые дают указание на информацию, в принципе являющуюся общедоступной, то есть скорее нетрудно разыскиваемую. «Очевидно, что с 1 декабря СМИ необходимо будет максимально осторожно относиться к публикациям информации, прямо или косвенно относящейся к сведениям, перечисленным в приказе ФСБ. Готовящиеся к публикациям в СМИ материалы должны будут проверяться самими же СМИ на предмет соответствия положениям этого приказа. Пренебрежение положениями этого приказа может повлечь ответственность, вплоть до уголовной, в том числе по недавно введенным в УК РФ статьям (275.1, 280.3, 280.4 и т.п.) в зависимости от целей и мотивов размещения охраняемой информации», – заметил Слащев.

    Президент центра социальных и политических исследований «Аспект» Георгий Федоров заметил «НГ», что, с одной стороны, усилия гражданского общества по социокультурной работе с мигрантами нужно приветствовать: «Интеграция в российское общество, принятие наших культурных особенностей и традиций – обязательная условие для органичной адаптации мигрантов». Но, с другой стороны, к сожалению, подчеркнул он, к такой адаптации готовы только те, кто намерен трудиться здесь официально, соблюдая все требования российского законодательства. А это не относится к нелегальным трудовым мигрантам, которые и формируют этнические анклавы со всеми вытекающими последствиями. И мимо них проходят все такие усилия государства и гражданского общества в деле социокультурной адаптации. 

Источник: https://www.ng.ru/politics/2022-11-27/1_8600_isolation.html

15
456
2