Безвольная Европа

Провал субботних переговоров стал окончательно очевиден всем заинтересованным сторонам. Вместо готовности к компромиссу президент Франции Франсуа Олланд и канцлер Германии Ангела Меркель продемонстрировали в Кремле ультиматум, предусматривающий безотлагательное исполнение Россией «Минского сговора» в интерпретации Киева и Вашингтона. Более того, вопрос Крыма не стал выноситься за скобки, как того хотел Владимир Путин. Эта суббота окончательно похоронила иллюзии некоторых мечтателей о том, что удастся вбить клин между Европой и США, которые изначально являлись лишь двумя головами одной гидры. Ясно, что ни о какой самостоятельной политике европейцев речи не идёт. Меркель и Олланд решили сыграть роль «хорошего копа» в знаменитой игре про доброго и злого полицейского. Разговаривать с такими эмиссарами решительно не о чем, кроме разъяснений, как им найти выход.
На самом деле такой результат был вполне закономерен и предсказуем. Нет смысла напоминать о том, насколько финансовая элита Западной Европы завязана на США, а также о том, где именно хранятся её золотые запасы. Во многом это касается и элиты промышленной, которой прямо пригрозили «последствиями» на американском рынке в случае отсутствия поддержки санкций против России. Отчасти к нынешней деградации привёл инициированный Новым Светом процесс послевоенной «деколонизации», когда старые европейские державы, лишившись источников сырья и рынков сбыта, оказавшись полностью завязанными на заокеанского «Большого Брата». Правда, надо сразу оговориться, что американцы вовремя спохватились, остановив деструктивные процессы национально-освободительных движений, пока они не перекинулись на метрополии. Тут и «нужные» результаты на референдумах в Шотландии и на Фолклендских островах, предотвратившие распад Великобритании, и возвращение Саара и ГДР Германии, и воссоединение архипелагов Огасавара и Рюкю с Японией. Вашингтон зорко следит за тем, чтобы союзник не ослаб до состояния обузы.
Также надо принять во внимание географию размещения американских баз в Европе. Все постсоветские десятилетия армия, флот, и морская пехота США занимались «защитой» Европы от несуществующего врага, в действительности удерживая Великобританию, Францию, Германию, Италию и всех остальных в нужных Белому Дому национальных границах и политических рамках. В европейских столицах правила игры понимают, но сделать ничего не могут. Если любая страна начнёт решительно «петь не хоре», то внезапно возникшие «демократические силы» будут тотчас поддержаны расквартированными поблизости американскими войсками, которые либо силой помогут свергнуть неугодную власть, либо, в особенно серьёзных случаях, обеспечат раздел страны на управляемые фрагменты. Элементы этого сценария мы уже наблюдали в разное время.
Также американские спецслужбы активно собирают дискредитирующую информацию на любого сколько-нибудь значимого европейского политика с момента его прихода в публичную деятельность. Кто-то связан с криминалом, кто-то запускал руку в партийную кассу, кто-то имеет слабость к женщинам, мужчинам или девочкам не старше двенадцати лет. Отдельные деятели умудряются сочетать в себе всё вышеназванные привычки. Компромат на каждого политика тщательно сортируется и оглашается в тот момент, когда он позволяет себе чрезмерную самостоятельность. Конечно, перед этим жертву знакомят с возможностью подобного оглашения, дабы удержать её от опрометчивых шагов. Такие материалы несомненно собраны на всех первых лиц европейских держав и что они содержат, мы можем лишь догадываться. 
Сразу оговоримся, что всё, описанное выше, действует лишь для ключевых стран: Великобритании, Франции, Германии, Италии, а в Азии — Японии. Путы сдерживающие, к примеру, Южную Корею и Турцию на порядок слабее, что они наглядно продемонстрировали в вопросе санкций против России — проигнорировав настойчивые просьбы эмиссаров Госдепа. Причины такой самостоятельности также очевидны. Турция, даже после развала империи, сумела отстоять свою независимость при помощи военной силы и не была оккупирована, а Южной Корее американцы забыли прописать «особые условия» до того, как эта страна усилилась до своего нынешнего значения. Конечно, Сеул и Анкара не являются союзниками Москвы, но реальность такова, что ведение любой страной независимой от «вашингтонского обкома» политики, пусть даже и не совсем пророссийской, нам на руку.
Европа поддержала санкции против РФ. Европейским лидерам пришлась по вкусу капитуляция России по горбачёвско-ельцинскому сценарию, но никак не пожар войны на континенте. Другое дело, что Вашингтону нужна именно война и сама логика противостояния неизбежно приближает нас по спирали к такому исходу, если не хватит силы воли его предотвратить.
В нынешней ситуации виноваты все. И безвольная Европа и Москва, непоследовательная политика которой довела до ситуации, при которой ей вообще смеют выдвигать ультиматумы. Нужно понимать, что если бы не регулярная сдача позиций на украинском направлении, наметившаяся ещё в апреле 2014 года и продолжающаяся до сих пор, то торг бы сейчас шёл бы за Львов, Ивано-Франковск и Закарпатье. И проходил бы он, разумеется, совсем в других выражениях, нежели те, что позволяют себе западные лидеры сегодня.
Компромисс возможен лишь с той стороной, которая желает договариваться и сама готова идти на уступки. Ситуация в которой одну сторону принуждают полностью принять условия другой называется безоговорочной капитуляцией, какими бы красивыми объяснениями не прикрывали её придворные эксперты, журналисты и блогеры. Нельзя забывать, что для Российской Федерации американцами предусмотрен свой собственный вариант деколонизации, мягкую версию которого озвучил почти 20 лет назад Збигнев Бжезинский. Это конфедерализация страны, при которой отдельные субъекты стали бы больше зависимы от Вашингтона, чем от Москвы. Поддержание же временного единства такой России необходимо Западу лишь для проведения мобилизации и войны силами русских уже против Китая.
Подводя итог, можно сказать, что мир в Новороссии с каждым днём противостояния становится всё менее возможным. Хуже того, ситуация движется к прямому военному столкновению, гораздо большему по масштабам, чем вся война на Донбассе.