Азбука исторического процесса (7). Тайна октябрьского переворота

На модерации Отложенный
      Да, что ни говорите, а все тайное рано или поздно становится явным.
      В начале сентября здесь, на МП, состоялся опрос: Что для вас Октябрьская революция (1917 г)?
      60% ответили – социалистическая революция.
      10 % – второй этап революции буржуазной.
      Сдвиги налицо. Лет 20 назад, скажем, в 1991 г, штурм Зимнего наверняка все 99% назвали бы социалистической революцией.
      Похоже, отношение к октябрьским событиям начинает меняться и на самом высоком уровне. Об этом говорит и традиционная нынче драпировка мавзолея по большим праздникам. Раньше-то как было? Что ни красная дата календаря – «С нами Ленин впереди»! А сейчас? У государства очередное торжество, а Ильича куда? Правильно. За ширму.
      А тут вдруг, как раз перед 7-м, грянул верховный дуплет. Один – бах! о 100%-ном надувательстве народа большевиками, другой – бах! об Октябре как о трагедии.
      К чему бы это? А?
      Застолбим сразу – мы не считаем октябрьский переворот трагедией. И вот почему.
      К закономерностям буржуазной революции отцы марксизма стали присматриваться давненько. И определили – сия эпохальная встряска имеет определенный порядок, или, говоря современным языком, свой алгоритм.
      На мостике горбатом из феодализма в капитализм чего только ни встретишь. Десятки экстремистских проявлений: революции там, гражданские войны, государственные перевороты. Мы уже поминали и Францию с ее 19 политическими потрясениями. И Испанию с 4-мя репетициями БР.
      Однако только три обязательных события вместе делают революцию действительно буржуазной.

     

      Первый акт, понятное дело, свержение власти феодалов, помещиков – БР. Приход к штурвалу сил нового класса. Во Франции это – взятие Бастилии и последующие дни. В России – февральско-мартовский катаклизм 1917 г.
      Второе. Вслед за актом свержения непременная новая – радикальная – революция (РР). У галлов – приход к рулю «бешенных» во главе с Робеспьером, у россиян – большевиков во главе с Ульяновым-Лениным.
      Откуда берется и так ли уж нужен этот новой экстремистский рывок?
      В 1892 г Энгельс объясняет так. «Для того чтобы буржуазия могла заполучить хотя бы только те плоды, которые тогда были вполне зрелы для сбора их, – для этого необходимо было довести революцию значительно дальше такой цели».
      Тремя годами позже этот феномен Энгельс разжевывает как будто специально для российских марксистов.
      "Все прежние революции сводились к замене господства одного определенного класса господством другого: но все господствовавшие до сих пор классы являлись лишь ничтожным меньшинством по сравнению с подвластной народной массой.
      Если большинство и принимало в них участие, оно действовало – сознательно или бессознательно – лишь в интересах меньшинства; но именно это или даже пассивное поведение большинства, отсутствие сопротивления с его стороны создавало видимость, будто это меньшинство является представителем всего народа.
      После первого большого успеха победившее меньшинство, как правило, раскалывалось: одна часть его удовлетворялась достигнутым, другая желала идти дальше, выдвигала новые требования, соответствовавшие, по крайней мере, отчасти, подлинным или воображаемым интересам широких народных масс. И в отдельных случаях эти более радикальные требования осуществлялись, но большей частью только на очень короткое время: более умеренная партия снова одерживала верх и последние завоевания – целиком или от части – сводились на нет; тогда побежденные начинали кричать об измене или объясняли поражение случайностью.
В действительности же дело большей частью обстояло так: то, что было завоевано в результате первой победы, становилось прочным лишь благодаря второй победе радикальной партии; как только это бывало достигнуто, а тем самым выполнялось то, что было в данный момент необходимо, радикалы и их достижения снова сходили со сцены».
      И если Энгельс рисует общий принцип движения вперед: сначала революционный рывок всех вместе, затем второй, закрепляющий порыв радикалов, то Маркс еще в 1847 году, за семьдесят лет до 1917 года, одним росчерком пера определяет историческую роль Октября и его место в ходе всей русской буржуазной революции.
      "Поэтому, если пролетариат и свергает политическое господство буржуазии, его победа будет лишь кратковременной, будет лишь вспомогательным моментом самой буржуазной революции, – как это было в 1794 г, – до тех пор, пока в ходе истории, в ее "движении" не создались еще материальные условия, которые делают необходимым уничтожение буржуазного способа производства... Господство террора во Франции могло поэтому послужить лишь тому, что бы ударами своего страшного молота, стереть сразу, как по волшебству, все феодальные руины с лица Франции. Буржуазия с ее трусливой осмотрительностью не справилась бы с такой работой в течение десятилетий. Кровавые действия народа лишь расчистили ей путь".
      Мы умышленно и против обыкновения ставим большие выдержки из работ классиков, чтобы читатель смог убедиться, насколько слепы были большевики в понимании того, что они совершили в 1917 году. В понимании того, что Октябрь был всего лишь вторым, вспомогательным этапом Российской буржуазной революции. Поскольку отсутствовали материальные условия, «которые делают необходимым уничтожение буржуазного способа производства...».
      И наконец, третий обязательный элемент. Это – откат назад. Изгнание радикалов с капитанского мостика. Они свою задачу – зачистку общества от рудиментов феодализма – выполнили. А далее – «революция пожирает своих детей». Это – о них. Наступает антирадикальный переворот – АРП. Но если у французов он был ярко выражен изгнанием и гильотированием Робеспьера и его команды, то в России достаточно завуалирован и растянут.
      Роль палача радикалов взвалил на свои беспощадные плечи Иосиф Сталин. Слава богу, с Лениным морочиться не пришлось. Он, как по заказу, ушел сам. А вот с великой тройкой – Троцкий, Зиновьев, Каменев – «вождь» легко справился по одному, поочередно заманивая к себе во временные союзники двух других. А закончил зачистку целым съездом большевиков-ленинцев.
      Генеральный курс радикалов-романтиков на мировую революцию был выброшен на свалку, а Коминтерн разогнан. Теперь все внимание – вовнутрь.
      Что же обходил суровым молчанием идеологический отдел ЦК? Да тот простой факт, на который указывали основоположники. Буржуазная революция непременно включает в себя три основных элемента – общее свержение феодальной власти, специфический радикальный переворот и последующий шаг назад – возвращение штурвала буржуазии.
      А что же произойдет, если новые власти в горячке поставят вне закона самих капиталистов, как это случилось у большевиков? Сможет ли существовать капитализм без буржуазии?
      Конечно – нет. Но он может преспокойно функционировать без частных капиталистов. В этом случае руководящая клика страны автоматически становится коллективным, совокупным капиталистом. При отсутствии частных предпринимателей устанавливается государственный капитализм. Что и было в СССР в течение 60 лет, начиная с 1928 г.
      Кстати, доля госкапитализма в США и Франции сегодня – 28%, в Италии – 39%. В Японии на госпредприятиях трудится 36,4% занятого населения.
      Сталинская ложь кусками отваливается от российской истории, обнажая горькую истину:
      Сталин 100%-но надул народ и весь мир с социализмом.
      Вопрос только в том, сможем ли мы понять это сами или снова будем ждать, чтобы сие сначала изрекли высочайшие уста?
Бобер, Пчёлка