Италия накануне взрыва

Пресловутый американский «план Маршалла», имевший целью послевоенное восстановление Европы, провалился везде за исключением Западной Германии. Например, Италии была предоставлена астрономическая помощь в размере 1,3 млрд. долларов (огромной покупательной способности, в отличие от сегодняшних) – ровно столько, сколько и Германии. «Итальянского чуда» не произошло – помощь была тотально разворована, об этом на Западе открыто пишут историки. Государственные средства и помощь ЕС разворовываются и поныне, это уже стало итальянской традицией. 

В связи с провалом «плана Маршалла», промышленно развитые страны Северной Европы поощряли своих граждан отдыхать в Италии, чтобы хоть таким образом поднять итальянскую экономику и не допустить, чтобы в этой нищей стране распространилась «коммунистическая чума». 

И именно с этой целью покупали не самую лучшую промышленную продукцию. Закрывали глаза на массовую контрабанду, в частности, сигарет. Давали возможность итальянцам работать во Франции. Превозносили до небес итальянских кутюрье. Закупали итальянские апельсины вместо более дешёвых африканских - как это СССР делал тогда с Грузией. 

Сейчас, когда в Северной Европе всё рушится, а СССР больше нет, в очередной раз «вытягивать за уши» плохо управляемую Италию нет ни сил, ни необходимости. 

Подработав на сборе винограда во Франции, я почувствовал себя в обнищавшей Италии, как россиянин на Украине. Дешевизна, если не искать гламур в роскошных заведениях. Гостиницы от 15 евро за койку в центре Рима, плотно пообедать – от 4-5 евро, от 50 евроцентов за килограмм винограда или помидор, от 1 евро бутылка вина на рынке. 

Множество мелких кафе, мастерских и лавочек, а также ограниченное распространение супермаркетов и Макдоналдсов, не выдерживающих такой жестокой конкуренции, делают Италию более похожей на Турцию и арабские страны, чем на соседнюю Францию. Уличные торговцы продают фрукты и овощи прямо на выходе из метро. На потеху туристам бродит множество нищих уличных комедиантов, если заглянуть в кружку, то можно заметить, что выручка их ничтожна. По вечерам между ряжеными «центурионами» могут происходить драки за право стоять в самых денежных туристских местах, и местная мафия решает их спор. Много воровства и грабежей. 

Всё рушится, итальянцы это хорошо чувствуют и неслучайно в стране вспыхнули радикальные протесты, совпавшие по времени с моим прибытием в страну. В тот день на площади Сан Гиованни, где закончилась дневная манифестация, вечером рок-концерт, до четверти первого ночи. Я слушал, как сменяющие друг друга рок-группы «накручивали» толпу на завтрашний день, чтобы люди «лезли на стенку». Много пели про революцию. Одна из песен называлась «Сталинград». Член одной из итальянских компартий, объяснял мне: 

- «Черный блок», который громит офисы банков - форма протеста, как любая другая. Это символический акт. Нельзя их за это осуждать. 

На следующий день отсюда пошла демонстрация с несколько иным политическим составом. Профсоюзных плакатов почти не было, процент молодёжи стал больше. Участвовали анархисты, часто в тёмной или чёрной одежде. Те, которые не захотели участвовать в возможных «провокациях», не пришли. Участвовавшие коммунисты старались не выставлять свои партийные флаги. Но людей было многократно больше – по оценкам полиции 70 тысяч. Некоторые называли цифру в 100 тысяч. Толпа вела себя, в отличие от вчерашнего дня, очень агрессивно. На меня произвели впечатление деды. Лет по семьдесят, они митингуют, вероятно, с 15 лет.

Очень профессиональные, спортивные, хорошо знающие, что надо делать, куда идти и бежать. У нас таких на митингах нет. 

На акциях протеста были и мигранты, которых левые партии стараются политизировать. У одного их них, беженца из Ливии, я взял интервью: 

- Меня зовут Омаро, я родом из Бенина. В Ливии работал продавцом, а также в булочной и на садоводстве. Там было много работы, не так, как в Италии. Зарабатывал по 500-600 евро в месяц. Были и такие, которые зарабатывали в Ливии по 700-800 евро. Потом ЕС напал на Ливию. Когда началась война, то военные Каддафи собрали нас, чернокожих, посадили в лодку, и сказали: «Плывите»! Среди нас были выходцы их Сенегала, Нигера, Чада, Судана, Мали, Нигерии, Камеруна и других стран. Зачем и почему, я так и не понял. Но за свою поездку мы никому ничего не платили. На лодки, предназначенные для перевозки тридцати человек, садились сотнями. До Лампедузы от двух до двух с половиной суток пути. Это очень рискованно, немало беженцев погибает в дороге. 

Итальянцы дали нам всем вид на жительство на 6 месяцев и из Лампедузы расселили - кого в Рим, кого в Милан, кого в Турин. Я сейчас постоянно живу в Турине (на севере страны, считается одним из самых благополучных городов Италии – А. С.). Уже два года прошло, но ни у кого из нас нет работы. Мы оставили семьи, все очень устали. Спим на улице, нам нечего есть. Прибывают всё новые и новые беженцы. В настоящий момент срок действия моего 6-месячного вида на жительство давно окончился. Нахожусь на нелегальном положении. В Италии работы нет. Я пытаюсь её найти хотя бы на 500 евро, но это безнадёжно. Все хотят уехать отсюда во Францию, или Германию, или Бельгию, или в Нидерланды. Но там говорят: «С теми документами, которые тебе выдали, законной работы нет. Возвращайся в Италию!» 

Некоторым беженцам, если им удастся доказать, что они «политические», дают документы международного образца на пять лет. Но таких мало. Власти ЕС убили Каддафи и заварили всю эту кашу. Поэтому я обращаюсь к властям Италии и ЕС: выдайте нам удостоверение международного образца, чтобы можно было поехать в другую страну ЕС и работать там. 

Я в своё время участвовал в различных радикальных политических акциях в Бельгии и Франции, но нигде не видел такой народной ярости против властей, как в Италии. В Италии традиционно функционирует мощная разветвлённая радикальная внепарламентская оппозиция крайне левого толка. Она была в своё время дезориентирована событиями, произошедшими в СССР. Но сегодня вновь идёт брожение. Не слишком явное глазу российских туристов, праздношатающихся по центру Рима. Университетская профессура вновь теоретически обосновывает легитимность революционного восстания против власти. Стены домов расписаны радикальными политическими лозунгами, в том числе призывами к применению насилия. 

По всей Италии идёт самозахват бездомными «скваттерами» пустующих жилых зданий, скупленных впрок финансовыми спекулянтами. Полиция закрывает на это глаза. Её мало, она запугана и стремится не накалять и без того напряжённую обстановку в стране. 

Почти в открытую ведётся подготовка в вооружённой борьбе. В Неаполе в «качалке», организованной левыми партиями, девушка сказала мне так: «Мы здесь готовим партизан». Сказала спокойно, серьёзно и без рисовки. Поскольку накануне я видел на протестах в Риме молодёжь этого типа, спортивную и решительную, то воспринял всерьёз. 

Я подобное массовое остервенение молодёжи видел только в Турции, где все стены тоже изрисованы символикой «подрывных» и «террористических» левых организаций. Но в Турции мощная и всевластная полицейская машина. А в Италии её нет. Здесь власть мягкая, трусливая и либеральная.