Вторая Гражданская война. Собчак как блюдце русской контрреволюции

На модерации Отложенный

Посмотрел намедни интервью Акима Апачева у Ксении Собчак. Два с половиной часа гламурного чеса коренной (хотя скорее пристяжной) петербуржицы с благообразным мариупольским бородачом. Сразу вспомнилась песня Розенбаума «Смерть гитары».https://www.paparazzi.ru/blogs/Mchunya/395397/+

Но вернемся к интервью. 

Это был шикарный диалог сознательно-слепоглухой принцессы с менестрелем Донбасса. 

Он ей: «война идет», а она: «почему ваши песни такие агрессивные?». 

Он: «в Мариуполе азовцы людей в подвалах запирали, прикрываясь ими от атак», а она: «мне бы не понравилось, если бы в сквере, в котором я с папой за ручку гуляла, вдруг яма образовалась и дом разрушился». 

Он ей: «какое время, такие песни», а она: «страшная такая картинка в клипе – народный бунт какой-то».

И как вишенка на торте: «ой, а почему Ваши песни не похожи на песни Великой Отечественной…» - ой, ну наверное, потому что в 45 не было рэпа… 

И ведь все же понимает …. (божья), все в курсе, но не оставляет попыток тонко глумиться. Ой, «…ну, жестокость же с обоих сторон…». Ой, «… а Пригожин предатель...?». Ой, «…а у Вас столько агрессии». Ой, «а что происходит на патриотических корпоративах? Они за столами сидят? А они водку пьют или ликерчики?». Ой, «…а научите монетизировать патриотизм». «А кого, кого, кого надо депортировать из артистов?»

А почему глумится исключительно «бочком»? Да потому что умная, и потому, что страшно. Чует же, что можно и выхватить, и даже без мордобоя, да так, что ни мама, ни дядя не помогут отгрести от налоговой с пожарниками или банальной плюхи (по краю же, вроде как, ходит, а это заводит…). Поэтому и шпильки сует с дебильной мордочкой наивной дурочки и исключительно в виде вопросов. Она как типичный «дрысто-экстремал», что щекочет себе нервочки, гуляя в темном подвале собственного дома. И вроде страшно от теней, но ежели что, то папочка конечно прибежит и защитит. 

Вот и вся оппозиция в России такая же. Причесанная, с укладочкой, страстно борющаяся с «деспотией Путина», но … тихонечко так, и … с оглядкой на папочку. Отсюда и нет активных протестов, а только возмущенное сопение в подушку или подмышку подружки. Ой как страшно мнение высказать, но еще страшней от того, что сиропный мирок трещит по швам и лавочка-то-кормушечка похоже накрывается. 

И хочется как-бы возмущаться, но ведь не умерло кино без Смолянинова, и Эрнст без Урганта прожил. А без Вас, деревянные «хаус-дивы» и сладенькие «брадобреи-психологи», страна и подавно не загнется (скорее выздоровеет). 

Гражданке Собчак проще – она подсела на блогерство в отсутствие корпоративов. А что: стартовая известность в наличии, язык подвешен, мозгов хватает, и опыта конферансье не занимать – так что с неудобных тем съезжать умеет (спасибо пьяным разборкам на банкетах).

Опять же знакомых, спасибо происхождению и «активной» молодости, тоже достаточно, да и папа (Царствие ему небесное) на исходе пути, скорее всего, не забыл кое-кого упросить приглядывать за чадом. 

Так что, если глобально Ксении Анатольевне и страшновато, но локально-то задница прикрыта основательно. А значит можно смело играть в «острого интервьюера» оппозиционного толка, старательно бужируя острые темы и лихо лавируя между неугодными ответами. «…От того она и борзая, от того она и смелая, что местами ух-умелая…» (Песня. Народная. Название не помню. Честно.)  

Ну а если вернуться к собственно интервью, то Аким весьма стойко перенес этот не останавливаемый поток либерастических подъездов, сочетанный с туманом сознательной глухоты.

Интересно, это такая санкт-петербургская традиция: «А она шептала, тля,/ Тихо, нежно, смеха для…», когда в стране «…без просыпу туманы и не видать огней за белой пеленой…»? Что-то я сомневаюсь, что подобное поведение было присуще Петрограду или Ленинграду. Если судить о городе по прорывающимся новостям с берегов Невы и речам яркой его представительницы, город-труженик, город-герой, сегодня, как и Санкт-Петербург на заре революции 17 года, превратился в отстойник проевропейской плесени.

А ведь тогда придется столкнуться с логическим итогом, и будет как у Розенбаума:  

Суд над гитарой

Я вчера устроил над своей гитарой суд

И приговорил ее к расстрелу.

Изменила голосу,

Подрубила она сук,

На котором столько лет сидела.

А я глоткою выделывал такие кренделя,

Что стены глохли и собаки выли.

А она шептала, тля,

Тихо, нежно, смеха для

Тренькала мотивы зоревые.

Какая ж тут заря, когда без просыпу туманы

И не видать огней за белой пеленой.

Канавы залиты водой,

И подорожники уже не лечат раны.

Какая ж тут заря!

Зачем шутила ты, гитара, надо мной?

Я был и защитник, и судья, и прокурор.

Ох, она виляла и юлила.

Но был коротким разговор,

И на расправу был я скор.

И вот ждала обманщицу могила.

А песни, ею созданные, плакали: «Прости!»

Мол, душу отогрей жестокосердную.

И, ломая руки, мною недоношенный стих

«Милосердия, — кричал, — милосердия!»

Ну как же тут простить,

Когда без малого лет двадцать

Я поверял ей все и чуть еще,

И слезы ярости со щек текли на талии трех граций…

Ну как же тут простить,

Когда я на полу и смерть открыла счет.

Расстрелял.

Покойницу стаканом помянул.

Как-никак, а мне была она подругой.

Лег без простыни, вздохнул

И, намаявшись, уснул,

Но вскочил под утро от испуга.

Какая ж тут заря, когда без просыпу туманы

И не видать огней за белой пеленой.

Канавы залиты водой,

И подорожники уже не лечат раны.

Какая ж тут заря!

Зачем шутила ты, гитара, надо мной?