Бандиты в полицейской форме

Эту сцену я наблюдаю в пути второй раз, и второй раз поймал себя на обывательском страхе: «хорошо, что не меня». В поезде дальнего следования, едущие на заработки в столицу, гастарбайтеры становятся единственной мишенью транспортной милиции (переименование пока не отразилось на их форме). Причём, полицаи явно идут не мимо, а точно по адресу: таким точечным ударам предшествуют, наверное, разговоры с проводниками, изучение фамилий пассажиров, система налажена...

- Добрый день, ваши документики предъявите, пожалуйста.

Сами полицаи при этом никаких документов не предъявляют, лишь форма их убедительно сереет и нашивки на ней отвечают на немой вопрос: «а вы-то кто такие? мало ли, что в милитари вырядились». Смуглый парнишка лет двадцати, говорящий по-русски несвободно, с сосисками на столе своего бокового места, которые ел прямо сырыми — растерян. Паспорт в порядке, но полицаям не паспорт был нужен.

- Куда едете? На работу, наверное?

- Да, работать, в Москву.

- А разрешение на работу есть?

- Разрешение?

- Так, разрешения, значит, нет... Это нарушение. А эти пассажиры (молодой, как и гастарбайтер, полицай указывает на соседнее купе с его братьями по бывшей республике бывшего Союза) вам, конечно, незнакомы?

- Нет.

- Собирайтесь все, пойдёте с нами.

Полицаи проходят дальше по вагону, к проводнице. Делают там, вероятно, условный знак — мол, бизнес сладился, берём, ты в доле... А возвращаясь, серая бригада (их четверо) уже начинает давить на психику потенциальных жертв.

- Сказано же: собирайся скорее.

Парнишка думал: может, пронесёт. Но нет — эти не отцепятся и неповиновения не потерпят, остальных сугубо визуально вычисленных гастарбайтеров тоже торопят.

- Бери всё ценное. В этой сумке ценное есть? Тогда оставь.

Сама эта фамильярность в общении — уже нарушение. Обращаться на «вы» милиция была обязана во все времена. Правда, теперь она полиция, может и хамить свободнее, наверное... Полицаи, создавая эффект присутствия силы, поддерживают наступление и поторапливание репликами уставших сторожевых псов, пока гастарбайтер испуганно роется в носках и продуктах.

- Ну, по-русски же сказано — только ценное.

- Предупреждаю, идти — далеко.

Вербальная атака плохих полицейских. Никто из жертв не догадался спросить — на каком основании проводится проверка документов, во-первых, и, во-вторых — почему нужно куда-то идти, чтобы что-то такое уладить, о чём полицаи не сказали ни слова, определив на глаз некое «нарушение»? Только страх жертвы — их оружие. Как у шпаны: главное запугать, тогда сам всё отдаст. Понятно, что на глазах всего вагона местные силовики не будут обделывать свои грязные делишки. Но согласно купленным билетам вы имеете полное право не двигаться с места. Ведь транспортная милиция — не ФМС, верно?

Троих гастарбайтеров с сумками уводят. Вагон, само собой, следит за церемонией притихнув: времена... «Серые» вершат своё дело с явным ощущением общественной полезности такого труда и с небольшим, но тоже как бы аргументирующим эту странную проверку, чувством национального превосходства. Мол, коли едете к нам, у нас зарабатывать — то должны быть сговорчивы, и любому произволу не удивляться — если сами же по прибытии отдадите свой труд эксплуататору. Понятно, что таких слов полицаи не знают... Но всё это было в их голосах, плечистых движениях — хозяева! Но не хозяева страны — хозяева вагона. И в этом вся суть. Обыкновенные рэкетиры они, хоть и в форме.

Минут через пятнадцать все трое соседей наших возвращаются из «дальнего» похода с ощущением неприятного облегчения — если не деньги, то точно «ценное» убавилось в их сумках. Дань успешно перекочевала к государствообразующему «серому» народцу.

Они убили в нас государство

А если дальше глянуть — именно так и функционирует всё нынешнее государство, гордо именующее себя Россией после того, как перестало быть СССР. Уже в этой гордости — примесь абсурда и залог того убогого патриотизма, что был вбит идеологией разрушителей на место патриотизма советского, всеобщего, интернационального. Государство, в которое переродился союз социалистических республик теперь выполняет классовые задачи, противоположные прежним. Оно обирает бедных — причём, чем ты беднее, тем ты бесправнее, и тем легче у тебя отнять вообще последнее. На шовинизме держится вся статусная рента, «цивилизованный» рэкет чинуш — который в разных осколках СССР имеет разную патриотическую окраску, но чётко национально-ориентирован. Так и происходит дальнейший распад СССР. Местные диаспоры, сменившие партбилеты коммунистов на оголтелый наиционализм и спешно выучившие местные языки, делят власть и бизнес в тех уголках, которые им достались от великого Ельцина. Ну а в Эстонии — парады экс-эсэсовцев как венец десоветизации. Они и транспортные менты — одного поля ягоды.

Хорошо, эти рэкетиры в форме прикрываются борьбой с терроризмом, как бы бдят, охраняя прочих пассажиров от терактов — но на деле такой «терроризм» гастарбайтеров оборачивается доходным ремеслом. Получается, что чем напряжённее обстановка в стране — тем лучше этой серой своре. И тут снова — клеточка всего государственного организма. Главные взиматели сверхприбыли с общественного замешательства, длящегося двадцать лет — в Кремле. Размытость классовых контуров, политических программ, страх масс перед политикой вообще — оборачивается в их роснефтяных и газпромовских счетах миллионами! Так мы, миллионы трудящихся, платим за свой же страх — посредник, сборщик этих платежей в никуда и есть Государство Российское.

Мне тут же возразят патриоты: нет, подлинное государство это вовсе не кремляди и не силовигархи, не полицаи и прочая сволочь, наживающаяся на мерзком историческом моменте — государство это мы, русские в широком смысле слова, в культурном отношении, объединённые языком и т.д. За первую пятилетку нулевых я много раз слышал этот бравый запев. И понял, в конце концов, что он не есть «культурническое» бегство от полицейских реалий, от олигархического грабежа — этот запев и есть тот самый ментальный базис, на котором до сих пор держится вся силовигархическая вертикаль власти. Не будь в сознании экс-советского народа этой аварийной конструкции — мол, государство-то есть в нас, щё не вмерла наша Раша, — не было бы и нынешней системы распределения доходов от транзита нефти и газа по территории РФ. Сегодня государство-мутант, государство-оборотень — не гарант безопасности и включенности в общественное строительство, а гарант обнищания, ограбления, отупения etc(продолжайте список давнишних претензий).

Да, патриоты, подставив плечо Путину после успешной павловской проханации ценностей «духовной оппозиции», вы, чем дальше в выси Пятой империи уходили от экономической правды вашего (нашего, общенародного) обнищания, — тем веселее начисляли себе бонусы в Газпроме, Транснефти и прочих распилочных.

Я говорю тут не языком Навального — мы-то на ФОРУМе.мск пишем об этом с 2005-го, когда Навальный ещё с Белыхом куропаток постреливал.

Трансгосударственность

Нынешняя постсоветская Система проста: частная собственность в законах и общественном сознании есть та «прокладка», которая позволяет олигархам даже в кризисный период богатеть, а бедным беднеть и вымирать. Ну что поделаешь — проиграли Советский Союз, так уж смиритесь. И если вам не повезло родиться в Таджикистане, в Сибири или того хуже- на Севере — что ж, живите как умеете. И помните, что любой человек в форме может вас обобрать, поскольку глядя вверх на вертикаль власти он видит точно такое же поведение. Пока существуют газпромнефти и транснефтегазы — о социальной справедливости заикаться не приходится. А раз нет справедливости — включается закон силы. Есть форма, табельное оружие — валяй, как в том анекдоте, крутись, зарабатывай этим.

Те же, кто бежит в столицу своей родины (я не оговорился — Москва это столица и Таджикистана, и Казахстана — наша советская, пролетарская столица, чему учили в школах этих гастарбайтеров, кто успел еще в школы походить до наступления феодализма) на заработки — в заведомо бесправном положении. И первыми это продемонстрируют им как раз те, кто должен их охранять в поезде от террористов.

Нельзя отыскать в «серых» подлинного патриотизма — там тоже перемешаны обломки неосознанной советской гордости да обид на реформаторов и инородцев. Они тоже понимают, что нынешнее состояние общества, названное стабильностью великими лжецами — состояние временное и убогое. Но надо кормиться и сейчас — а значит, обирай тех, кого можешь, не на якунинскую же зарплату одну жить? Дои гастаров и прочую дрожащую тварь — ты силовик, у тебя право сильного.

По стране несутся сотни таких поездов — умножьте описанную традиционную ситуацию на количество вагонов и поймёте, какие масштабы имеет «серый рэкет». А гастарбайтеры едут в Москву потому, что больше податься некуда — до заграницы денег не хватит. Это — аварийное бегство, это следствие деиндустриализации, расчленения колхозов и фермерского реванша, это общесоветская беда. Но уж коли торжествует индивидуализм — надо забыть и о пролетарском интернационализме?

Казах и таджик не брат нам, а «гнида черножопая» — верно, патриоты? Нам бы у себя вшей на шее переловить, не до их нам трудоустройства? Вот и лезут в небо московские небоскрёбы — по воле богатых, трудом этих гастарбайтеров, заслоняющие нам небо. Таков воплощённый расеянский патриотизм нынешний — не жалуйтесь. Ведь всякий раз поддерживая сильного в его национальном превосходстве — вы укрепляете расстановку сил в обществе нынешнюю, буржуйскую.

И то самое государство, в которое патриоты за десять путинских лет вдули столько своего идеализма — как было Трубой, так и осталось. Знаете, у каких трудящихся тут самые высокие оклады? Например, уж коли модна тема — в «Транснефти». Только я не специалист по распилам — мне видна куда более простая схема. Есть общенародная нефть, за продажу которой «Транснефть» платит в казну налоги. Этим она вроде бы рассчиталась с нами, остальными, которые в СССР имели право собственности (да-да, обратите внимание), право социалистической собственности и на нефть, и на газ. То есть доходы от их продажи и самое их распределение (экспорт и внутреннее потребление) были в ведении каждого гражданина СССР. Теперь же — извините, имеют место привилегии.

И те, кто обслуживает Тубу — а это порой работка и опасная, труба Транснефти проходит и через Чечню, например, — тот и получает тут под сто тысяч и больше. Каста... Но это работа в лесных полевых условиях, как бы работа в духе советских геологов, по-своему романтичная. Однако ныне как раз продается то, что советские геологи разведывали. И продаётся с выгодой для всех участников продажи — кроме конституционных владельцев этой нефти, коими мы, а не недропользователь «Транснефть» является, это право даже Ельцин не рискнул стереть из конституции. Но без социалистического статуса это не право собственности — такой вот капиталистический парадокс.

Эрэфия (такое презрительное название не случайно: чем дороже нам СССР, тем противнее Эрэфия) — это и есть этакая госкорпорация транзита нефти и газа, снабжённая сепаратистским, национально озлобленным патриотизмом, наиболее подходящим для экономических целей правящего класса. Он условно русский, этот патриотизм — просто потому что после убийства СССР на территории, откуда силовигархия ворует богатства недр, проживает большинство русскоязычное и в меру стабилизации и модернизации регрессирующее. А регрессировать из советского патриотизма можно назад в русский, неандертальский, палеолитический, мезозойский, моллюсковый. В общем — простор открыт, как и в идеологически-религиозном регрессе. Как прыгнули из научного коммунизма — в православие, так от православия можно ещё — к язычеству, идолам, наскальной живописи. Есть куда модернизироваться, в общем.

Экономически бесправное население — объект любых политических манипуляций. И тут выстоит лишь самый осведомлённый и упрямый...

Вот и на моё место воззрился новый «серый»:

- Молодой человек, предъявите документы, пожалуйста.

Я, выглянув из-за весёлых страниц Генри Миллера, машинально дёрнулся к куртке. Но «серый» засуетился, что-то в его «образе клиента» не сложилось — недостаточно гастарбайтерского вида был я, наверное, хоть и волосы свалялись в пути. Он глянул в соседнее купе и нашёл того, кого искал — теперь уже не оставляло сомнений, что именно проводница даёт «серым» навигацию, кого «подоить» следующим. А там, на таком же месте, но ближе к туалету ехал дедушка с Кавказа.

- Нэт, нэ пакажю дакумэнт!

- Что такое? Это наше законное требование! («серая» стая мгновенно сбежалась и атакующее выстроилась, готовая волочить аксакала)

- Ви нэ имеете права провэрять дакумэнт только за внэшность!

- Но вы же знаете (проявили «разъясняющий» гуманизм), какая в стране ситуация.

- Знаю, сам нэдавно охранял эту ситуацию...

Аксакал успокоился и всё же показал документы своре. Они поняли, что попали не на лоха, а тоже в прошлом силовика, и удалились без дани, даже извинились.

Да, шпана, мы знаем, какая в стране ситуация — в меру этого знания и действуем. И ситуация этого экономического и гражданского бесправия — ненадолго. Но ускорит её изменение к лучшему лишь сплочение всего населения бывших республик — иначе так и будут, разделять, ужимать, доить и властвовать над меньшинствами. Вплоть до княжеств. Тоже ведь «Россия, которую мы потеряли»...