Маразм не оргазм

Годы, знаете ли, скакали, скакали и вот куда прискакали. Впереди эра, которую мы скромно называем «осенью жизни», а более искренние люди, зовут проще — старость. Та самая пора, «очей очарованья», что так была метафорически мила сердцу Александра Сергееича, но до которой он так и не добрался. А я не Пушкин. Постарел. Так что впереди? Ну так, чисто, для справки. Прикидываю.
 
Я проснулся в 7 часов. Как пелось в годы моей юности «Я проснулся в 7 часов, нет резинки от трусов!» Ну в 7 так в 7. Ем овсянку с таблетками. Я так полагаю, что таблетки придется есть и в чистом виде. Без овсянки. И к 8.00 ваш покорный слуга и пенсионер уже свободен. Свободен для чего? Для похода в поликлиннику, например. Я иду к врачу. Иду. До моей районной поликлинники три остановки. Я плетусь туда. Поездка в поликлиннику на такси для современного пенсионера, это из области чужой для нас фантастики. Я тащусь, глядя прозрачным и одновременно мутным стариковским взлядом мимо винных магазинов (кто бы сказал!), мимо табачных лавок (наконец-то!). Равнодушно игнорирую взглядом смазливых барышень, скольжу глазами отсраненно по блестящим и рычащим на светофоре мотоциклам (дожил, мля!). Я пенсионер.
 
И вот пенсионер сидит в очереди к врачу вместе с людьми мимо которых он прежде ходил снисходительно улыбаясь.
И это хороший вариант. Потому что если не ходить к врачу, ходить особо некуда. Ездить, как вы понимаете, тоже не получается (имеется в виду заграница). Чай не в Европе. Ну беседу с врачом можно не приводить. После поликлинники предстоит поход в аптеку. И в магазин. Вот когда я йогуртов наемся! Если пенсии хватит.
 
А потом. А потом, рано или поздно наступит больница. Сообщаю для несведующих. Резать дуба в больнице плохо. Я, кстати, это дело уже пару раз испробовал. Точно говорю. Плохо. Потому что лежишь ты в реанимации в компании точно таких же голеньких и неразговорчивых. Интенсивные мероприятия прошли, врачу и медсестре возле тебя делать нечего. Капельница. И я лежу себе голенький и дряхлый. Смотри и ходи. Смотри в потолок, ходи под себя. Поганенько. Одиноко, наверное. А посетителей в реанимацию не пускают. И так срастется, что в один далеко не прекрасный день околею я. Ну а дальше по наезженной. Лифт, подвал, морг. Бухие знакомые на поминках (если придут). Все.
 
И это, коли честно, будет называться знаете как? Называется это дело «достойная старость». Потому что есть и недостойная. Но об этом думать вообще не хочется.