К вопросу: Мюнхенский сговор №2

В тени пакта Молотова-Риббентропа

Тарас Бурнос | КиевПятница, 01 октября 2010

Фото AP

23 августа 1939 года

Пакт Молотова-Риббентропа 1939 года был далеко не единственным документом, предзнаменовавшим начало Второй мировой войны. 30 сентября 1938 года во время подписания в Мюнхене соглашения между Великобританией, Францией, Германией и Италией по разделу Чехословакии, мир вступил на необратимый путь самой кровавой войны человечества. 72 года спустя, об этом, во время видеомоста Москва-Киев, в студии РИА «Новости» говорили российские и украинские историки. По их мнению, дискуссия на тему «Кто виноват в развязывании Второй мировой войны?» – это спор между пропагандами, разделившими мир на два лагеря: Западный и Восточный.

И все-таки, какое из событий – Мюнхенское соглашение от 30 сентября 1938 или пакт Молотова-Риббентропа, подписанный 23 августа 1939 года, способствовали началу Второй мировой войны?

По мнению старшего научного сотрудника Института проблем международной безопасности РАН Александра Наумова, Мюнхенское соглашение 1938 года привело к личному дипломатическому триумфу Адольфа Гитлера и техническому возрастанию потенциала фашистской Германии.

«Германия получила колоссальные преимущества, захватив Судетскую область Чехословакии. Немцы сами были в ужасе, после захвата всей Чехии, узнав, с чем бы им пришлось воевать. Любой трезвый расчет показывает, что если бы они, предположим, в 1938 году начали войну на три фронта – против Франции, Чехословакии и СССР, который готов был бы поддержать Чехословакию, то получался такой расклад: 51 германская дивизия против 90 советских, 65 французских и 36-38 чешских дивизий», – отмечает Александр Наумов.

Еще одним итогом соглашения 1938 года он называет «изоляцию СССР и крах коллективной системы безопасности».

«И третий прискорбный факт – участие малых стран в разделе Чехословакии. В первую очередь, я говорю о Польше, которая не понимала, что с ней произойдет уже через год – в 1939 году. По сути, Польша торпедировала единый европейский антигерманский фронт», – подчеркивает российский историк Александр Наумов. Он напомнил, что по итогам Мюнхенского соглашения Польша заявила о своих претензиях на возвращение Тешинской области Чехословакии, где проживали 80 тысяч поляков и 120 тысяч чехов.

Историки говорят, что часто события предвоенного периода трактуются с политическим подтекстом. И поэтому Вторая мировая война часто называется противостоянием двух тоталитарных систем: фашистской Германии и коммунистического СССР, которые, якобы, разделили Европу известным пактом Молотова-Риббентропа в 1939 году.

Однако Западный мир забывает, что прелюдией к этому документу был Мюнхенский договор от 30 сентября 1938 года, считает украинский историк и политолог Людмила Кондратенко. «Это была попытка Англии и Франции договориться за счет территории суверенного государства – Чехословакии и таким образом показать Германии направление для дальнейшего удара. Мы посыпаем голову пеплом тогда, когда нужно ее гордо поднять. Ведь благодаря пакту Молотова-Риббентропа Советский Союз оттянул дату начала войны, чтобы нарастить военную мощь, отодвинул границы. Мюнхенское соглашение ясно показало, кто стал катализатором того, что произошло. Однако современная идеология назначает виновником за начало Второй мировой СССР», – отмечает она.

Старший научный сотрудник российского НИИ Документоведения и архивного дела Михаил Мельтюхов призывает ученых проанализировать юридическую суть пакта Молотова-Риббентропа. Он утверждает, что Договор о ненападении между СССР и Германией от 23 августа 1939 года, за подписями министра иностранных дел Советского Союза Вячеслава Молотова и министра иностранных дел Германии Иоахима фон Риббентропа, не имеет никакого отношения к переделу границ Европы после начала военных действий 1 сентября 1939.



«Пакт никакого отношения к границам не имеет – из этого документа не вытекало никаких юридических последствий. Если брать Западную Украину и Западную Белоруссию, есть решение народных собраний и обращение к СССР о присоединении их к СССР и установлении там советской власти. Это факт», – говорит Михаил Мельтюхов.

Историки очень осторожно говорят о возможных альтернативных вариантах развития ситуации накануне Второй мировой войны. По мнению сотрудника Центра системного анализа и прогнозирования Ростислава Ищенко, события после Мюнхенского договора 1938 могли быть другими, если бы в британской политике верх взяли сторонники премьер-министра Черчилля.

«Ключевым игроком заключения Мюнхенского соглашения была Великобритания. Франция была в фарватере британской политики, несмотря на то, что у нее было трехстороннее соглашение с Чехословакией и СССР. Италия ориентировалась на то решение, какое примет Британия. Но не просто все ориентировались на Британию, а на то, какое решение примет ее премьер-министр того времени Чемберлен. Именно Чемберлен заявил, что он лучше уйдет в отставку, чем пойдет на какое-то соглашение с Советским Союзом. Но в правящей консервативной партии была другая мысль, которую выражал Уинстон Черчилль», – говорит Ростислав Ищенко.

По его словам, тогда будущего премьер-министра Черчилля никто не услышал, а травматический синдром после Первой мировой войны, который в 30-х годах все еще переживали Великобритания и Франция, не позволили им провести взвешенную политику против набиравшей мощь Германии.

«Уинстон Черчилль после подписания Мюнхенского соглашения сказал, что у Британии был выбор между бесчестием и войной. Британия выбрала бесчестие и получит войну», – вспоминает крылатую фразу британского премьер-министра украинский историк.

Он предполагает, что после Мюнхенского договора у СССР уже не оставалось выбора, кроме того, чтобы искать возможность для сближения с Германией. Советский Союз в тот момент был связан трехсторонним договором о взаимной помощи с Францией и Чехословакией, который предусматривал военную выручку, в случае нападения на одну из сторон. Но, подписав Мюнхенский договор, Франция согласилась на аннексию Судетской области Германией, а Чехословакия не захотела принять военную помощь от СССР, фактически, капитулировав без единого выстрела.

Поскольку Вторая мировая война нанесла огромную травму и европейскому сообществу и мировому, никто не хочет сегодня признавать себя виновным, считает историк Ростислав Ищенко. «Самый удобный способ найти виновного – того, кого уже нет. СССР умер. Некому выступить в свою защиту», – говорит он.

Еще одну причину, из-за которой СССР не смог выполнить свои обязательства по трехстороннему договору о взаимной помощи с Чехословакией и Францией от 1935 года, называет профессор Института истории НАН Украины Анатолий Чайковский.

«Второй мировой удалось бы избежать, если бы в тот период Польша позволила СССР пройти войсками по своей территории и выступить на стороне Чехословакии», – говорит профессор Чайковский.

Он утверждает, что нежелание западных стран начинать военные действия против Германии даже в тот период, когда она не была на пике военной мощи – до 1939 года, все равно не помогло избежать кровавой войны.

Тем не менее, у российских и украинских историков нет единого мнения о том, в чем же был главный просчет ведущих стран мира накануне Второй мировой. Они говорят, что история не знает сослагательных наклонений, а альтернативы ни Мюнхенскому соглашению, ни пакту Молотова-Риббентропа в Европе 30-х годов прошлого века не было.