Гуляй-поле строгого режима

У знакомой сняли номера с машины и оставили на лобовом стекле бумажку с неприхотливым сообщением: «Ваши номера у нас» — и номером мобильного телефона, по которому она и узнала таксу возврата: пять тысяч.

Строго говоря,  больше ничего и не надо знать о состоянии законности в России.
Ее попросту нет.
Преступники оставляют обворованному свой телефон, исходя из того, что потерпевший в полицию не пойдет, а если и пойдет, то где сядет, там и слезет: полиция искать преступников НЕ БУДЕТ.
И не потому даже, что полиция в доле (предположим, в данном случае — нет), просто НЕ БУДЕТ, и все.  Не тот оборот, чтобы потеть.  
Полицаю, в прошлом обычному менту, искать вора — неинтересно.  Государев человек, плоть от плоти путинской эпохи, он оторвет свою задницу от стула только за бабки. Появится что-нибудь в рамках столбового жанра (рэкет, рейдерство, «наезд-откат-отъезд») — зовите!

А ловить вора — даже мысли такой не придет.
Ни ему, ни, что интересно, нам.
Вор и потерпевшая молчаливо сходятся на ничтожестве собственного государства и решают вопрос напрямую, по понятиям…
Государства как системы законов в России нет. Оно осталось — и страшно распухло — как карательный инструмент правящего ворья против своих политических противников. Тут и преступником быть необязательно, можно просто зайти некстати на Болотную или не о том попросить Богородицу — мигом набежит и прокуратура, и налоговая полиция, и депутатов стая, и сенаторов свора, и органы опеки, и санэпидемстанция! Скрутят, изметелят, оштрафуют и посадят.
А сразу за пределами этого питерского самоохранного сюжета начинается гуляй-поле, где можно в открытую скрутить номера с чужого авто и оставить телефончик.