Дэниел Ларисон: мы уничтожаем все пути к лучшей Америке
На речь Обамы по поводу Ливии у меня есть свой ответ. Мало того, что мне эта речь не по душе, но мне ещё и кажется, что эта речь – совсем не то, что должен сделать президент, дабы уверить общественность, что он и его советники делают всё правильно.
Как было замечено, Обама назвал ливийскую операцию «проявлением американизма». Годами, несмотря на все признаки, оппоненты Обамы заверяли всех, что он отказывается от идеологии американской исключительности. Они все истолковывали его поступки, опираясь на эту ложную предпосылку. Сейчас эти люди не поймут, как истолковывать «ливийскую» речь Обамы. Высказываясь против таких допущений, я недостаточно часто высказывался против того, чтобы Обама следовал идеологии американской исключительности, если результатом этого будет наше взвешенное отношение к международной политике и нашим бесшабашным шагам в этом направлении.
Самый несносный аргумент наших интервенционистов гласит, что «Америка всё равно другая», даже если и вмешивается в конфликты других народов. Допустим, это так, в чём я лично очень сомневаюсь. Тогда это не добродетель, которую нужно хвалить, а изъян, который нужно исправлять. Что-то безумно искажённое сквозит в идее, что для предотвращения зверств и жестокостей войны мы должны прийти туда, вооружённые до зубов.
Словеса о том, что гуманитарные интервенции осуществляются в интересах человечества, суть всего лишь притворством. Особенно, когда мы приступаем к использованию военной силы против иностранных правительств и их приверженцев. Как только найден козёл отпущения, наши гуманисты превращаются в безжалостных людей, и приводят доводы в пользу коллективного наказания всех «плохих парней». Наши гуманисты уже призывали когда-то «крошить сербские черепа», и эта идеология до сих пор жива. То, что начинается как операция по спасения Бенгази, может затем перерасти в американскую миссию по спасению Сирта и Триполи. Их больше всего беспокоит, почему мятежники не в состоянии сами заняться спасением этих городов.
Сирт – это оплот верных Каддафи войск, чья верность вождю зиждется на племенной принадлежности, общих интересах или страхе. Но если США и их союзники натворят в Сирте то, что они натворили в иракской Фаллудже, нам этого не простят.
Похвальба американской уникальностью, как правом предпринимать гуманитарные интервенции, должно быть, очень раздражает других. Это больше похоже на самовосхваление. Обращает на себя внимание непоследовательность в этом вопросе, по которому у Обамы долго не было конкретного мнения. Даже если допустить, что администрация Обамы хотела избегнуть участия в этом конфликте, мы всё одно слышим припевы об «американском лидерстве» и «особой миссии Америки».
Ночь, когда президент произнёс свою речь, была моментом выражения либеральной мысли, которая заставляет многих настаивать, что Америка – самая великая страна в истории. Когда основная масса американских консерваторов твердят, что Америка – самая свободная, самая процветающая и самая социально мобильная страна, либералы видят наше величие в морально-идеологическом превосходстве. И слова Обамы о том, что мы сделаем Америку ещё более идеалистической и высокоморальной, ситуацию не улучшают. Напротив, ухудшает. Одно дело признать ошибки и преступления, совершённые Америкой, и поклясться больше их не повторять, и совсем другое – видеть в военной силе метод искупления старых грехов.
Слова Байнарта [в оправдание Обамы] звучат вообще странно: «Его точка зрения по ливийскому вопросу отдаёт силой и энергией. Он знает, что людям на Ближнем Востоке есть чего бояться, когда они видят над головами американские самолёты. И, тем не менее, он настаивает, что это не лучшее решение».
Это очень странные слова, не говоря уже о географической оплошности, в них содержащейся. Получается, что если вы – ливиец, который за Каддафи, вы должны бояться появления американских самолётов над вашей головой. Даже мирное население, настроенное против Каддафи, но живущее в городах, захваченных верными ему войсками, должны бояться рокота летящих над головой американских снарядов и ракет. Несмотря на обилие оружия в Сирте и Триполи, на обучение, которое прошли его жители, они всё равно имеют все основания бояться. Гуманисты забывают, что своими поступками они дают зелёный свет убийству людей, которые им самим ничего не сделали. И толкование Америки, как прогрессивной страны, которая запросто убивает кого надо и где надо, особенно в войнах, нас не касающихся – это просто зло
Комментарии
врага. Кто не верит в "американскую исключительность" и не хочет строится тех и бомбят
под болтовню о "тирании" и "праве народа".