Из коммюнике кремлевской пресс-службы, обожающей умолчания и безличные обороты, невозможно понять, кто кому и что говорил, к чему призывал. Можно даже подумать, что политики с двух сторон телефонного провода во всем согласны. Но, судя по западной прессе, собеседники Путина не стеснялись откровенного и настойчивого тона. Они сказали, что не шутят, угрожая превратить Россию в мирового изгоя. Это был мощный прессинг.
Правительства дружно показали пальцем на восточно-украинских сепаратистов как главных подозреваемых в уничтожении лайнера. Европейцы склоняются к позиции Вашингтона, аргументы которого для них более убедительны, чем аргументы Москвы. Американцы говорят, что зафиксировали время, место и траекторию пуска ракеты, поразившей малайзийский «Боинг», поставки военной техники через российскую границу, и готовы это документально подтвердить авторитетной международной комиссии.
Дэвид Кэмерон, по словам его пресс-секретаря, рассказал по телефону российскому президенту о свидетельствах вины сепаратистов. В воскресенье же в колонке в газете Sunday Times он написал, что в отношении России надо применить более жесткие санкции, если она не изменит подход к ситуации со сбитым авиалайнером. Если расследование покажет, что его сбили сепаратисты, то обвинение падет на Россию, которая дестабилизирует Украину, нарушает ее территориальную целостность, поддерживает, обучает и вооружает преступные группировки. По словам Кэмерона, «если президент Путин не изменит свой подход к Украине, то Европа и Запад должны фундаментально изменить отношение к России».
О раздражении Запада говорят и высказывания других политиков. Министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер написал в твиттере, что России представился, возможно, последний шанс доказать свою заинтересованность в поиске решения. А глава оборонного комитета бундестага Ханс-Петер Бартельс добавил, что у Путина остается все меньше времени, и новые санкции против России последуют, если не будет ясных изменений в политике Кремля. «Россия перешла красную черту, обозначенную Европой», — отметил в одном из интервью глава МИД Польши Радек Сикорский.
Мир смотрит на Голландию, которая как наиболее пострадавшая страна имеет моральный приоритет. От Гааги будет во многом зависеть и решение ЕС о неприятных для Москвы экономических санкциях.
«Россия должна использовать свое влияние на сепаратистов, чтобы улучшить условия (для расследования), — заявил премьер Марк Рютте, выступая в понедельник в парламенте. — Если в ближайшие дни не будет надлежащего доступа в район бедствия, то мы рассмотрим все возможные политические, экономические и финансовые меры против тех, кто прямо или косвенно несет за это ответственность... У него (Путина) остается шанс продемонстрировать готовность помочь».
По тону речь премьера отличалась от его же выступления в пятницу на пресс-конференции. Тогда, в день национального траура, он был осторожен в подозрениях и намерениях, повторяя, что сначала надо собрать все факты. На этот раз пообещал парламентариям, что не остановится перед жесткими мерами. В эти дни на его правительство росло давление законодателей, политиков и общественности, которые требовали более жесткой позиции в отношении России.
Голландский премьер имел все основания для беспокойства. Пока по российским телеканалам показывали, как «ополченцы» помогают европейским экспертам и наблюдателям, ему от ОБСЕ и голландской миссии экспертов-патологоанатомов, высадившейся на Донбассе, поступали другие сведения: сепаратисты ограничивают доступ экспертов на всю территорию разброса останков, пускают в одни места, не пускают в другие, постоянно меняют сведения о нахождении «черных ящиков», тормозят отправку вагонов с останками в харьковский центр.
Москва в арьергардных боях с Западом настойчиво и безальтернативно продолжает переводить стрелки на Киев: мол, в воздухе в момент катастрофы были украинские штурмовики, а надлежащих ракет у ополченцев никогда не было.
На публику давят востребованной в российском политическом менталитете теорией заговора, геополитическими схемами образца ХIХ века. Раздуты версии об отклонении лайнера от коридора и вопрос о том, почему вообще коридор не был закрыт...
Пару лет назад я летел из Вьетнама в Москву и тоже удивился, когда самолет пересек по диагонали воздушное пространство Афганистана. Там внизу шла война. Сейчас, когда Евроконтроль все же закрыл небо над Восточной Украиной, авиакомпании перенаправили свои рейсы из Европы в Юго-Восточную Азию через Сирию и Ирак. Как мне рассказали специалисты Евроконтроля в Брюсселе, полеты над зонами конфликтов на большой высоте — обычная практика. Предполагается, что оружие, способное сбить гражданский борт на крейсерском эшелоне, есть у «ответственных» и «дружественных» сторон конфликта: признанных правительств, войск НАТО, но не у партизан или мятежников...
Трагедия объединяет. Можно согласиться с этим выводом Путина. Западников уже объединила, что выразилось в воскресных телефонных беседах. Источники в Совете ЕС сказали «Новой», что даже последовательные противники санкций (итальянцы, например) уже не так уверенно отстаивают свое мнение.
Можно сколько угодно цитировать бизнесменов, которые пострадали бы от антироссийских санкций. Но в Кремле явно переоценивают прагматичность западников: мол, там деньги решают все. Однако западный «прагматизм» не сильнее российской «духовности». Нация — это набор ценностей, и даже бизнес знает, что верность ценностям важнее для его долговременного успеха, чем конкретные прибыли. Министр финансов Великобритании Джордж Осборн признал, что санкции против России нанесут экономический ущерб его стране, но британцы готовы к ним. Ущерб гораздо больше, когда нарушаются государственные границы и сбиваются пассажирские самолеты.
Голландия — одна из стран, для которых санкции против России экономически невыгодны. Россия для нее второй по значению поставщик нефти и важный рынок для обрабатывающей промышленности. Ссора с Россией никак невыгодна голландцам (историю с гринписовским судном «Арктик Санрайз» и конфликт с посланником российского посольства Бородиным Гаага терпеливо спускала на тормозах). Но гибель 193 голландцев покачнула общественное мнение и может направить правительство на более жесткий курс в отношении Москвы.
В понедельник вечером родственники погибших пассажиров в городке Нивехейн пришли на поминальную церемонию вместе с королем Виллемом-Александром, королевой Максимой, премьером Рютте и членами правительства. Король произнес эмоциональную речь, сказав, что это страшное бедствие нанесло голландской нации глубокую рану, шрам будет заметен многие годы. Поэтому правительству и близким погибших так важно выяснить, что все же произошло в украинском небе.
В ночь на вторник Совет Безопасности ООН принял резолюцию о расследовании катастрофы. Редкий случай за последнее время, когда никто из членов СБ не наложил вето на решение по такому спорному вопросу. Можно усматривать в этом результат воскресных телефонных переговоров Путина с коллегами. Инициатором и автором проекта резолюции была Австралия, которая без европейских церемоний однозначно возлагает ответственность на Россию. Россия внесла в документ поправку, которая не вызвала возражений у остальных членов международного сообщества: расследование должно проходить под эгидой ИКАО. Из возможных в этой ситуации международных органов только в ней Россия состоит полноправным членом — гарантия сказать хоть какое-то слово. Проводимые ИКАО расследования авиационных происшествий имеют целью не установление виновных, а предотвращение подобных происшествий в будущем. Она не выносит вердикта о виновности, а только систематизирует факты.
Между тем прокуратура Нидерландов в связи с катастрофой рейса MH-17 возбудила уголовное дело об убийстве, военных преступлениях и преднамеренном уничтожении гражданского авиалайнера. На основании Закона о международных преступлениях Нидерланды могут преследовать по суду любого, кто совершил военное преступление против их гражданина. Дело может распространиться на кого угодно, в том числе и на попавших под санкции российских должностных лиц с перспективой угодить в гаагскую тюрьму.
Комментарии