Как советские военнопленные взорвали лагерь моджахедов.

На модерации Отложенный

26 апреля 1985 года советские военнопленные в пакистанском лагере Бадабер в 35 км от Пешавара подняли восстание. Захватив склад с оружием моджахедов, они более суток держали оборону, уничтожая афганских душманов, пакистанских военнослужащих и их американских инструкторов. Когда кончились патроны, восставшие подорвали себя вместе с огромным количеством боеприпасов, предназначавшихся для войск афганских повстанцев. В восстании участвовали и погибли около 20 советских военнослужащих, однако точное количество участников мятежа до сих пор неизвестно. 

В Бадабере, в 24 км от границы с Демократической Республикой Афганистан, под видом лагеря для беженцев в 1983–1985 годах находился Центр подготовки боевиков Святого Халида ибн Валида, принадлежавший влиятельной партии «Исламское общество Афганистана». Там под руководством военных инструкторов из США, Пакистана и Египта проходили обучение будущие моджахеды, которые затем отбывали в Афганистан воевать с советскими войсками. Каждые полгода база боевиков выпускала 300 моджахедов. Общая площадь базы, на которой, кроме палаточного лагеря, находилось еще несколько складов с оружием и подземные тюрьмы, составляла 500 гектаров. Возглавлял центр подготовки майор ВС пакистанской армии Куратулла, имевший шесть американских советников. Помимо американцев, в лагере работали 65 инструкторов. Общее шефство над центром подготовки боевиков осуществлял лидер Исламского общества Афганистана, будущий президент страны Бархануддин Раббани, руководителем был полевой командир Гульбеддин Хекматияр. О том, что в лагере находятся советские военнопленные, знали только несколько человек, так как содержание военнопленных в объявившем себя нейтральным Пакистане являлось грубейшим нарушением всех норм международного права. Кроме советских солдат, в лагере находились афганцы, воевавшие на стороне правительственных войск. Советских и афганских военнопленных держали в разных комнатах, а самое большое помещение тюрьмы было отведено под склад боеприпасов.

 

Фото: Wikimedia Commons

Режим содержания захваченных в бою «неисправимых шурави», которые отказывались принимать ислам, был строгим. Всем пленникам, независимо от национальности, давали мусульманские прозвища, силой заставляли изучать законы шариата, за малейшую провинность, а зачастую и без таковой, жестоко избивали. Оказывающих сопротивление морили голодом, держали в цепях, подсыпали им в воду дешевые наркотики.

За полтора месяца до восстания в лагерь завезли большое количество оружия: 28 грузовиков с ракетами для реактивных минометов, гранатами для гранатометов, а также автоматы Калашникова, пулеметы, пистолеты ТТ, патроны для ДШК и автоматов. У наших солдат созрел план: захватить склад с оружием на территории лагеря и потребовать от руководства моджахедов встречи с представителями советского или афганского посольства в Исламабаде. По другой версии, основной целью восстания был захват радиостанции для сообщения своих координат. Днем для начала восстания выбрали пятницу — святой для мусульман день, когда в крепости, кроме охраны, никого не оставалось: моджахеды уходили на молитву в мечеть.

Предполагается, что организатором восстания был уроженец Запорожья Виктор Васильевич Духовченко, 1954 года рождения, сумевший обезоружить охранника, принесшего вечернюю похлебку. Он открыл камеры и выпустил на свободу других пленных, которые заблокировали ворота.

Выстрелом сбили замок с дверей арсенала и стали затаскивать на крышу оружие и ящики с боеприпасами. Моджахеды осознали происходящее только тогда, когда вся оружейно-тюремная зона оказалась в руках восставших.

Моджахеды объявили тревогу, заблокировали советских заключенных тройным кольцом из 100 душманов и военнослужащих, бронетехники и артиллерии. Также на помощь были вызваны части пакистанской армии. Бой длился всю ночь. Бурхануддин Раббани лично обратился к восставшим с предложением сдаться и обещанием сохранить всем жизнь. Солдаты ответили категорическим отказом и потребовали вызвать представителей ООН, Красного Креста и советского или афганского посольства из Исламабада, пообещав взорвать склад, если их условия выполнены не будут. Хотя Раббани обещал пленным подумать, было совершенно ясно, что никаких представителей ООН в лагере не будет, ведь официально в нейтральном Пакистане не было ни одного военнопленного. Последовали новые штурмы, во время одного из них чуть не погиб сам Раббани, после чего он приказал вывести тяжелую артиллерию на прямую наводку и штурмовать крепость. Началась артподготовка и штурм, в котором участвовали артиллерия, тяжелая техника и вертолеты пакистанских ВВС. Когда моджахеды ворвались в крепость, раненые военнопленные, поняв всю безнадежность своего положения, взорвали себя.

 

 

Представитель штаб-квартиры космического командования США в штате Колорадо сообщил, что на аэрофотоснимках, полученных с помощью спутника, был зафиксирован взрыв большой разрушительной силы в северо-западной провинции Пакистана, произошедший 27 апреля 1985 года. Огромную силу взрыва подтверждают и показания свидетелей.

В восстании приняли участие и погибли около 20 советских военнослужащих. Душманы сообщили, что потеряли 97 человек. По версии Бурхануддина Раббани, погибло всего 20 моджахедов. Однако по данным Генерального штаба ВС СССР, было убито около 200 человек, в том числе около 100 афганских душманов, 9 представителей пакистанских властей, 28 офицеров ВС Пакистана. Были уничтожены 3 реактивные установки залпового огня «Град», около 2 тыс. ракет и снарядов различного типа, 40 орудий, минометов и пулеметов. Погибли 6 военных инструкторов из США. Не уцелела и тюремная канцелярия: списки с именами советских военнопленных сгорели.

 

 

После инцидента моджахеды получили приказ не брать в плен русских. «При захвате уничтожать на месте на всей территории Афганистана».

Вся информация о восстании была заблокирована властями Пакистана. Они полностью изъяли выпуск пешаварского журнала «Сафир», который напечатал статью о восстании в крепости. Однако сообщение об этом событии поместила популярная левая пакистанская газета «Муслим». Вслед за ней в мае 1985 года новость облетела все мировые информагентства. Советская, а позже российская сторона неоднократно обращалась к пакистанским властям с просьбой разрешить посещение лагеря, тем не менее получала отказы. До 1991 года пакистанская сторона, ссылаясь на неосведомленность, настаивала на том, что на их территории не было советских военнопленных. Лишь в декабре 1991 года официальный представитель Исламабада признал факт гибели в Бадабере советских военнослужащих, после того как это подтвердил участник событий Бурхануддин Раббани.