Сирийский путь России

В нашей стране формируются предпосылки для начала гражданской войны.

 Ход противостояния в Сирии показывает, что Асаду удастся скоро победить в гражданской войне. Но после нее неизбежно останутся лежащие в руинах города, уничтоженная инфраструктура и разрушенная экономика. Многие российские аналитики усматривают возможность повторения сирийского сценария в России. Они указывают на то, что и у нас коррумпированная власть, косная политическая система, бедное население, а у представителей несистемной оппозиции отсутствует внятный альтернативный проект развития.

 От возможности повторения сирийского сценария развития событий в России наши люди и впрямь не застрахованы. Тем более что слишком уж похожа нынешняя российская действительность на предреволюционную ситуацию в Сирии.

 У власти на протяжении многих лет находится один и тот же человек. Он говорит о росте национального благосостояния, обещает сладкую жизнь в будущем, строит небоскребы и современные стадионы. При этом значительная часть народа еле сводит концы с концами, молодежь не видит перспектив. Политическое поле «зачищено», и все понимают, что ни на каких выборах изменить ситуацию не получится.

 Так начинались революции в Египте, в Ливии, в Сирии. Многотысячные толпы протестующих, вначале весьма мирные, власть пытается не замечать. В последние дни своего правления находящийся сейчас под судом Хосни Мубарак говорил о заговоре других держав против его страны, раздавал квартиры в Каире наиболее отличившимся при разгоне митингующих полицейским. Потом протестующих становилось всё больше и больше.

 Как правило, у стихийного протеста не было ярких лидеров, только случайно всплывшие авантюристы из числа бывших министров и прочих чиновников. Не было и четкой программы преобразования страны. Был только лозунг «Долой диктатора!»

 Вскоре на окраинах страны начинались вооруженные столкновения между правоохранительными органами и оппозиционерами, решившими бороться с властью силой оружия. В правительственных кабинетах реагировали на это как на мелкие инциденты. В Триполи и Дамаске как ни в чем не бывало продолжали работать сверкающие позолотой торговые центры, люди продолжали посещать кинотеатры и кафе…

 Кто-то может сказать, что Россия – не Ближний Восток. Безусловно, отличий много. Только и у нас был свой «Тахрир» на Болотной площади со случайными лидерами и отсутствием понимания, что надо делать дальше. И все помнят знаменитое высказывание главы государства про белые ленточки протеста: «…Я решил, что это пропаганда борьбы со СПИДом, что это такие, пардон, контрацептивы повесили. Думаю, зачем развернули только, непонятно. Но потом присмотрелся - вроде нет. Но, в принципе, первая мысль была такая, что, хорошо, борются за здоровый образ жизни». Были у нас и квартиры сотрудникам ОМОН, пострадавшим 6 мая 2012 года на Болотной.

 Но самое важное, у нас идут много лет и свои боестолкновения недовольных нынешней жизнью и правоохранительными органами. На Северном Кавказе. В этом регионе высоко социальное неравенство, власть фактически принадлежит кланам. Митингов протеста почти не проводится из-за жесткой реакции местных руководителей, зато на выборах представители «партии власти» получают феноменальную поддержку. И находится немало молодых людей, уходящих воевать за свое понятие справедливости.

 Почему-то в центре страны многие пытаются не замечать ситуации на Северном Кавказе. Страна проводит Универсиаду в Казани, готовится к Олимпиаде в Сочи. А между тем, по данным из открытых источников, только в прошлом году на Северном Кавказе было убито 700 человек и 525 были ранены. Из числа убитых 404 отнесены к членам террористического подполья, 87 – к мирным жителям.

 Кстати, идеология террористов на Северном Кавказе очень схожа с той, с которой воюют боевики в Ливии, Сирии и недавно начали устраивать теракты в Египте. По данным ФСБ, сейчас свыше 200 граждан России, причем не только с Северного Кавказа, но и из Татарстана и Башкирии, сейчас воюют в Сирии на стороне боевиков. И никто не знает, что они будут делать, когда вернутся домой с боевым опытом.

 Хотя и без ваххабитов тех, кто не видит перспектив для перемен в нашей стране, много. Постоянно вспыхивают новые конфликты, пока не вооруженные. В Кондопоге, Пикалево, Пугачеве, на Ставрополье…

 В Сирии сейчас большинство людей, как бы ни были недовольны Асадом, считает его власть более привлекательной, чем разруху и войну. Люди массово записываются в армию для борьбы с террористами. Асад объявил амнистию для боевиков, желающих прекратить вооруженную борьбу. Но ведь именно нерешенность социальных проблем и отсутствие диалога с оппозицией больше двух лет назад привели к нынешней ситуации. И если боевиков удастся вскоре победить, то хорошая жизнь всё равно после конфликта сразу не наступит.

 Вряд ли стоит сомневаться, что мало кто в России хочет жить в состоянии гражданской войны. Да и всякие идеи «всемирного халифата» не привлекательны для большинства. В том числе, и на Северном Кавказе. Ведь как тяжело бы не было жить, это лучше, чем убивать или быть убитым. Многие бывшие боевики пытаются вернуться к мирной жизни. Положительную роль в выходе людей из леса сыграли созданные комиссии по адаптации боевиков.

 Самой первой подобная комиссия появилась в Дагестане, безусловном лидере по числу терактов в крае. Представители власти, правоохранительных органов и общественные деятели внимательно выслушивали пришедших сдаваться, пытались максимально им уменьшить наказание и найти работу.

Но, как говорит член комиссии Расул Кадиев, мудрости проводить эту работу эффективно у людей не хватило:

 – Вначале комиссия по возвращению бывших боевиков к мирной жизни играла большую роль в стабилизации ситуации в республике. Но сейчас ее эффективность снизилась. Комиссия была реструктуризирована, и сегодня о ее хорошей работе говорить не приходится. Есть планы по изменению комиссии, надеюсь, что это поможет исправить ситуацию.

 Ее председатель Ризван Курбанов стал депутатом Госдумы, и ему, находясь в Москве, стало трудно оперативно вести работу комиссии. 

Так получилось, что комиссия стала органом политического пиара. Надо было показать, что люди выходят из леса. Но многие не хотели сдаваться под видеокамеры.

 К тому же деятельность комиссии вызвала недовольство силовых органов. Они стали говорить, что боевики стали сдаваться, когда стало холодно, и ничего особенного в этом нет. Для силовиков важна статистика, им надо отчитаться, сколько они уничтожили боевиков. Сдавшиеся люди не улучшают показатели работы силовиков.

 Сошлись на мнении, что силовые методы более эффективны, а гражданская власть не способна решить проблему терроризма. Но силой пока тоже не получается.

 К тому же, было принято решение не содержать сдавшихся боевиков на территории той республики, где они сдаются, а сразу их отправлять в сибирские колонии. Конечно, людей это насторожило. И таких мелких технических и больших политических проблем много.

 Директор Совета по национальной стратегии Валерий Хомяков не считает, что наша страна уже стоит на «сирийском» пути, но полагает вполне реальным задействованный в Сирии сценарий дестабилизации:

 – Сирийский сценарий у нас может повториться. Пока до него далековато в масштабах всей России, но исключать его нельзя. Было бы верхом недомыслия говорить, что у нас подобное невозможно.

 Негативный сценарий у нас возможен, если власть продолжит себя вести так же уперто, не будет вести диалог с обществом. Я не думаю, что в той же Сирии был серьезный диалог между Асадом и теми людьми, которые были им недовольны. В результате вспыхнуло восстание. Да, его подогревает запрещенная в России «Аль-Каида», в страну съехались радикалы со всего мира. Но сами по себе они бы ничего не сделали, если бы не было предпосылок для подобного рода развития событий.

 У нас похожие предпосылки есть. Власть на диалог не идет. Хотя шанс у нее был после декабря 2011 года. Многие у нас думали, что власть сейчас сядет за круглый стол с представителями оппозиции. Но она этого не сделала. Власть ведет себя жестко и бестолково по отношению к критикам. Мы видим и Болотное дело, и преследование Навального, и многие подобные вещи.

 И речь идет не столько о федеральной власти, сколько о местной. Коррупция и произвол возмущают людей не на уровне какого-нибудь «Оборонсервиса», а на местном уровне. Местная власть это корневище всей системы. Из-за ее действий возникают, в том числе, и межнациональные конфликты, и недовольство исполнением социальных программ.

  Власть должна быть ответственной перед гражданами. Прежде всего, на местах. Надо переделать всю систему местного самоуправления. Сейчас вся власть там назначается, а надо выбирать. Сегодня же приходят люди, которые далеки от проблем конкретного района и воспринимают свою должность как средство обогащения. Даже если сейчас со всеми вождями Болотной встретится президент, но внизу всё останется как есть, то ничего не изменится. Социальный взрыв всегда начинается с местного уровня.

  На Северном Кавказе уже давно противостояние власти и общества перешло в горячую фазу. Но эта практика распространяется на остальную страну.

 Можно вспомнить Кондопогу. Там на протяжении многих лет жили чеченцы, работали. Никто даже не знал, что они чеченцы. В городе было два хороших бассейна, люди ходили заниматься спортом. Но приехали новые чеченцы, отморозки. Они купили местную власть, стали вытеснять местных с рынка. Раньше считалось непристойным брать деньги за возможность торговать с матерей-одиночек. Никто их не трогал. Вот люди и возмутились.

 В Пугачеве похожая ситуация. Причина везде одна: чиновники куплены, полицейские куплены. Власть спокойно продается, потому что не отвечает перед своими избирателями.

 «Манежка» тоже связана с коррупцией. Неужели следователь просто так отпустил подозреваемого в убийстве болельщика Свиридова?

 На Северном Кавказе высока коррупция. Но она и в Москве не меньше. Просто у нас люди в крупных городах более терпеливы. А вот в малых городах начинает взрываться.

Источник: http://svpressa.ru/society/article/71560/

2
254
2