№ 651. Такой войны вы ещё не знали...

На модерации Отложенный

 

 

№  651.  Такой   войны   вы  ещё   не  знали !

      Сейчас  я   вам  расскажу  о  том лике    войны, о котором   вы  даже  не подозревали.    Справедлив   ваш  вопрос   :   «А ты-то   сам   откуда  всё  это  мог  знать?»  Отвечу.  Во-первых, мне  идёт  79-ый год.  А  в  годы   Великой Отечественной  войны  мы с пацанами  бегали  в  военный  госпиталь, расположенный  там, где сейчас находится    московская  больница    имени Медсантруд.   Во-вторых,  в нашей  коммунальной  квартире на Большой  Андроньевской    улице    жила  тётя  Тоня,  которая   много лет  проработала  медицинской сестрой  в  весьма специфическом  военном  госпитале.

      С  этого и  начну   свой   рассказ.   Впервые    эта тётя Тоня  (тогда  конечно же всё ещё   совсем  молоденькая  медсестра  Тоня )   была направлена  для приёма  раненных  красноармейцев   с   советско-финской   войны    на Ленинградский  вокзал Москвы.   В  конце  декабря   1939  года  на  фронте  стояли лютые  морозы.   Ленинградский  вокзал  был окружён красноармейцами.   На  перрон к  вагонам  допускались только  медицинские  работники.      Поезд  остановился, и уже  через  несколько мгновений   «я   ужаснулась, увидев   несчастных наших совсем молоденьких  солдатиков» ( слова тёти Тони).   

     Все мы  видели   инвалидов  разных  войн :  безногих, безруких.   В нашем    1 «Д»  классе   школы   №  465  Таганского РОНО  города Москвы учился   в  1944   году   безрукий Мишка Дудин, которому    я  очень завидовал.  Мы   бегали в  госпиталь, там в  деревянных  ящиках   был разный  госпитальный  мусор. И в том числе окровавленные  бинты.   Мы  наматывали  эти  бинты  на руки, на  ноги,  на головы.  И   с   мрачной  гордостью  шли по улицам  военной   Москвы.  Нам казалось, что все   взрослые    восхищаются нами…

      А теперь,  уважаемые   читатели,   внимание!  Все мы  знаем,  что война страшно увечит   людей. Кто-то теряет руку, кто-то ногу.  Ещё  страшнее, когда боец теряет обе ноги или обе   руки.   Стоп!  А почему  вы никогда  не задумывались   о судьбе  ещё одной  группы  раненных?   Не задумывались, будто таких  увечных  не бывает  вовсе!

     Я  говорю  о тех, кто потерял обе ноги и обе  руки!  Помните,  я начал  свой  рассказ  о раненных, прибывших  с  советско-финского  фронта  в декабре  1939  года?  Там было много обмороженных   бойцов, некоторые  из них потеряли обе  ноги и обе руки. 

     Что уж тут говорить  о  советско-германской  войне…А вы никогда  не задумывались о  возможной  судьбе  наших  военных  инвалидов, потерявших  в  боях обе  ноги и обе  руки?   Вы знаете хотя бы одну семью, где бы  был такой инвалид?

   Не  знаете… А  куда  же девать таких  совершенно   беспомощных  молодых  инвалидов?    Вот  для  содержания таких  инвалидов и были  открыты в  СССР специальные  закрытые   госпитали.    И   именно  в таком госпитале и работала наша соседка по коммунальной  квартире  тётя Тоня.

      А теперь остановитесь  на минуту, попытайтесь представить себе    совершенно  беспомощного молодого  человека  в  20  (25,30,35)  лет потерявшего  обе  руки и обе  ноги.   Совершенно  беспомощного, но абсолютно здорового!  С давлением  120-130/80.  С прекрасной   кровеносной ,   сердечно-сосудистой   и   моче-половой системой, с   отлично     функционирующими  другими органами.  С отличным питанием.

    А  медицинские сёстры…Молодые  женщины…Теперь  попробуйте  представить  :  какими глазами, с какими  чувствами  встречали эти инвалиды появление медсестёр  и  других   женщин!  Да,  им давали  кое-что, чтобы  заглушить  величайшую  потребность  живого организма.   Но  среди этих  инвалидов  попадались   настолько  мощные  ,  что на них  не  действовали  никакие препараты!  Невозможно было смотреть и слушать  этих  людей!   Крик  некоторых    из них  был громоподобен!   Они приближались к безумию! И понять их мог лишь тот, кто сам испытали неудовлетворённость    полового  чувства.  Но если  у   других есть  возможность хотя бы самоудовлетвориться, у этих инвалидов нет ничего.

      Невозможно  было  спокойно смотреть на некоторых  из  них, которые  рвались , пытаясь перевернуться  на живот, тогда бы они смогли хотя бы  потереться о постель.  Но   ложе в госпитале   было   устроено таким образом, чтобы  инвалид не мог бы даже случайно перевернуться  лицом вниз, чтобы не задохнуться.   

     В госпитале  были  гуманные  врачи, которые   находили медицинских сестёр или санитарок, которые  решались  удовлетворять  половую потребность  пациентов. Но все эти  действия  тщательно скрывались  от  руководства  госпиталем.   Почему?  Сама тётя Тоня  недоумевала  :   «Можно же было  тайно  нанимать  специальных медсестёр  для ублажения  наших несчастных…Если бы вы слышали их  умоляющие крики! Бабу   хочу!  Это самое мягкое слово! Чего же я наслушалась ! Боюсь вслух произнести то, что они выкрикивали!».  

    Тоня  рассказывала,  что медсёстры несколько   раз  в день  протирали влажными  простынями  тела инвалидов.  Они блаженствовали, ведь женские руки касались интимных мест   увечных.  Сколько  мольбы  видела тогда Тоня в глазах некоторых  инвалидов,  она  легко  читала   :  «Сестричка  , поласкай меня   !».


    Тоня  рассказывала,   что  среди  пациентов  их госпиталя  были такие же по  характеру  люди, как и в  обычном нашем окружении.   Были настолько порядочные,  что  без  слёз невозможно было ими  восхищаться! Ни одного грубого слова, ни одной ноты нытья !  

      Много  было в словах  некоторых инвалидов и  безобразно-отвратительного.  Но писать об этом я не стану…