Последний корейский шанс

Похороны Ким Чер Ира «съедят» остатки имеющегося в стране бензина

Удивительное астрономическое явления тряхнуло Северную Корею – погасло Солнце Нации. Это событие означает, что вместе с солнцем закончил свой земной путь Центр партии, Любимый Руководитель, Главнокомандующий и Генеральный секретарь… В общем, помер очередной корейский Сталин – Ким Чен Ир, потомственный революционер.

В биографии его папы, командира батальона РККА Ким Ир Сена было заявлено, что с империализмом все эти Кимы начали сражаться еще в XVI веке, когда утопили геолого-разведывательное судно американских захватчиков, вторгшееся в устье реки, революционно охраняемое прадедушкой. Так эти многочисленные Кимы-Сталины и провоевали весь ХХ век и страну свою извели. И сегодня Северная Корея – самая несчастная страна на планете. Хуже, чем здесь, не живут нигде. Даже в Сомали на один цент лучше…

Точкой замерзания для Северной Кореи стал 1953 год, когда наконец-то умер наш собственный Сталин, в связи с чем трехлетняя гражданская война, устроенная нами назло американцам, тут же закончилась. Повоевали мы от души, убив несколько сотен тысяч американцев, около миллиона китайцев и несколько миллионов корейцев. Правда, не добились ничего, не выиграли и не проиграли, восстановили против себя ООН и так и оставили страну порванной по 38 параллели.

После чего начали строить им социализм, до сих пор сохранивший облик того самого, 1953 года.
Натужная дружба с Северной Кореей и ее минимальная открытость в нашу сторону (остальным государствам она уверенно показывала свой настойчивый и всегда голый зад) вынудили как-то с ней общаться, иногда ездить в гости, подкармливать и обращать внимания на достижения. Самое увлекательное из которых – отсутствие автомобильного транспорта, как отрасли экономики.

Нет, машины по стране случаются. Но в основном в Пхеньяне. Как правило, это легковые Mercedes, купленные на наши деньги еще при Брежневе, и немного обглоданных японских машин позднего завоза. Городского пассажирского транспорта почти нет, сохранилось лишь немного автобусов, но из-за отсутствия топлива они не очень ездят. Правда, в Пхеньяне и населения почти нет. Столицу начали заселять лишь после Всемирного фестиваля молодежи и студентов в 1989 году. Тогда же в стране ввели деньги вместо карточек, а расконвоированных зеков, изображавших в светлое время суток счастливых горожан, заменили на лиц, возвращенных из поселений.

Но в провинции, где бензин иссяк насовсем, транспорт только гужевой.

Еще несколько лет назад между деревнями ползали маршрутные грузовики. Автобусов селянам не полагалось. А поскольку вся Корея должна быть готова к войне, то грузовик не имел права останавливаться и лишь снижал ход, а пассажиры запрыгивали в кузов на ходу, бросая в прыжке еще и поклажу. И точно так же спрыгивали на нужной остановке. Грузовики ползали до последнего, но не на бензине, а на дровах, как это было у нас в войну. Местные рукастые водители мастерили газогенераторные установки и чих-пых ехали в паровозном дыму. Кстати, железнодорожное сообщение между городами в Северной Корее то же было паровозным. Пару тепловозов и один электровоз выкатывали для парадной съемки перед делегацией из Советского Союза. А поскольку социализм в стране был построен по Троцкому, при котором население разделено на военную и трудовую армии, то ездить из города в город было некому, поскольку запрещено. Свободное перемещение людей по стране долгие десятилетия отсутствовало, как и у нас при Сталине. Потом, после фестиваля, кое-кому разрешили, да тут помер СССР и ездить стало не на чем. Последняя надежда на медведевскую газовую трубу. Россия собралась через территорию Северной Кореи протянуть газопровод в Южную.

И хотя формально голодный концлагерь с погасшим солнцем это не касается, заранее понятно, что в их ситуации не украсть газ означает погибнуть. Следовательно, автомобили и тепловозы страны имеют шанс поехать, пусть даже на газу.

Транспортная ситуация Пхеньяна – образцовая. Именно ее старается воспроизвести Собянин в Москве. Поскольку личных машин нет, такси всего четыре штуки, а остальное – автомобили партийного аппарата, в городе упорядоченное движение, нет «пробок» и всегда полно парковок. Должность регулировщика – женская. Отбирают по канонам местного конкурса красоты и девушки на тумбочке, выставленные посреди улицы на обозрение редким прохожим и еле ползущим автомобилям, очень гордятся своей службой, формой и пайком.

Южная Корея все годы закатного увядания Солнца Нации пыталась как-то спасти население страны и предлагала экономическую помощь. Одно время государства договорились и южане стали забирать к себе северян на откорм. Это считалось поездкой родственников. Но северяне быстро прекратили порочную практику, поскольку люди возвращались потерянными для борьбы за строительство социализма, несли в себе жуткую заразу капитализма и хоть вопросов властям не задавали, но рассказывали много лишнего.

Сейчас у Северной Кореи появился шанс. Третий по счету Ким может спасти страну. Южная Корея, Япония, Китай и США находятся в состоянии полной боевой готовности. Троцкисты и сталинисты так просто от своих концлагерей не отказываются…