Об изъятии термина Украина из оборота
На модерации
Отложенный
![](https://cont.ws/uploads/pic/2024/8/1%20%28622%29.jpg)
Многие простые русские люди, наслушавшись разного рода "учёных", совершающих политически мотивированные "открытия" на злобу дня, радостно пишут в "этих ваших интернетах": "Украина никогда не существовала", - после чего начинают активно гордиться тем, что защитили российские интересы и "историческую правду".
Действительно, государство Украина никогда не существовало до 1918 года, когда на переговорах в Брест-Литовске большевики признали полномочия людей, объявивших себя представителями этой самой никогда не существовавшей Украины, а затем, там же в Брест-Литовске, признали и границы этой Украины, примерно совпадающие с её границами по состоянию на 1953 или на 2015 год (без Крыма и Севастополя). Поэтому, когда новоявленные украинцы решили Крым всё же захватить и даже превратить Черноморский флот в свою "фльоту" немцы их оттуда выперли.
Дело, однако, в том, что деятели Центральной рады не случайно назвали себя украинцами, а страну Украиной, а не какой-нибудь Куявией, которую, наряду со Славией и Арсанией, упоминает в первой половине Х века арабский учёный аль-Истархи, как одну из трёх земель русов.
Даже странно – украинцы уже тогда искали свои корни в седой древности и тут упустили такой момент подкрепить свои заявки данными неангажированных, потому как иностранных, источников, сразу же создающих им тысячелетнюю историю. Наоборот, назвались какой-то Украиной, хоть всем известно, что такие украйны (сейчас мы используем термин пограничье) были на всех окраинах русского государства.
На деле в подборе названия был большой политический смысл. Дело в том, что во второй половине XIX – начале ХХ века термин Украина постепенно входил в неофициальный оборот для обозначения всего массива малороссийских и новороссийских земель Российской империи.
Он носил не этнический, а географический характер. Но даже географически не был привязан к точным границам. Однако тот факт, что "украинцы" в Брест-Литовске заявили претензии на определённые территории, а большевики и немцы с ними согласились, свидетельствует о том, что некое усреднённое понимание того, о каком массиве земель идёт речь существовало. Рада, конечно, хотела ещё Крым и Кубань, но не получила, так как даже немцы считали их принадлежность к Украине сомнительной.
Тем не менее подчеркну, что когда большевики, уже после своей победы, объединяли Малороссию и Новороссию в некую УССР, они просто придавали уже существующему географическому термину политический характер. Ну а затем они, своими чрезвычайно эффективными методами (ущемления в правах, увольнения с работы, посадки в тюрьму и даже расстрелы) создали из местного, преимущественно русского, населения некую "украинскую нацию" ("братский украинский народ"). За семьдесят лет советской власти у многих жителей объединённых в Украину Малороссии и Новороссии устоялось понимание себя как украинца, который вроде бы почти русский, но не русский, а "угнетённый", хоть одновременно и "братский".
В общем за почти сто лет сложилось представление об определённом массиве земель, как об Украине и о населяющих эту территорию людях, как об украинцах. На этом основании ("право наций на самоопределение") Украина и независимость получила.
Обратите внимание, от первого опыта объединения малороссийских и новороссийских земель под одним именем Украины прошло чуть больше ста лет, а уже ни у кого не вызывает сомнений наличие и народа, и государства и даже его границы никто не оспаривает – все в 1991 году были согласны (и в 1996 году, когда подписывался так называемый Большой договор, тоже).
При этом изменение наполнения термина Украина от географического к политическому и этническому произошло уже в 1917 году и ни у кого это не вызвало удивления или протеста.
Сейчас многие спорят достаточно ли пророссийская вся Новороссия, чтобы её присоединять к России и "заслужила" ли присоединение Малороссия, большинство стремится избавиться от Галиции, часто объединяя её с Волынью, Закарпатьем и Буковиной под единым термином Западная Украина. Некоторые в Западную Украину включают также Ровенскую и Хмельницкую области.
При этом все спорящие, за исключением тех, кто считает, что Украина должна исчезнуть в политической карты мира полностью и навсегда, согласны с сохранением некоего государственного образования с названием Украина. Они уверены, что опасность от урезанной Украины исходить не будет. В этом они не правы.
Во-первых, реваншизм бывает тем сильнее, чем больше территорий потеряно. И через сто лет новые поколения будут смотреть на "древние" (нашего времени) карты Украины и мечтать всё вернуть и что-то дополнительно прихватить. При этом традиционное, устоявшееся с XIX века значение термина Украина, как названия объединяющего все земли Юга России также сохранится. То есть географически термин Украина перестанет совпадать с политической Украиной и это будет одним из аргументов реваншистов в их борьбе за "восстановление территориальной целостности".
Ситуация в мире меняется быстро – одни государства слабеют, другие усиливаются, одни союзы распадаются, другие создаются. Если у России появится сильный враг, которому будет выгодно признать обоснованными претензии политической Украины, на возвращение в границы географической Украины давно забытый конфликт может разгореться вновь, причём соотношение сил не обязательно будет благоприятным для нас.
Поэтому считаю правильным, независимо от того вся ли Украина войдёт в состав России, или какие-то территории останутся за пределами русского государства и независимо от того каков будет статус этих территорий, термин Украина постепенно (сразу не получится) изъять из оборота и в его политическом, и в географическом смысле. Мы же не называем Украиной бывшую рязанскую украйну, а залесская украйна у нас сейчас вообще исторический центр страны. Так зачем сохранять общее наименование для земель Юга России, у которых никогда не было ничего общего друг с другом ни политически, ни экономически, ни этнически, ни исторически?
Время существования УССР (о которой новые поколения уже довольно плохо осведомлены) и нынешнего украинского государства – краткий миг, с точки зрения истории. Лет через 200-300 весь период от 1917 года до наших дней будет занимать в школьном учебнике истории одну страницу (может быть две). О существовании в прошлом некоей Украины будут знать только узкие специалисты (как те, кто сейчас может помесячно расписать историю королевства Дагомея). Общество же в целом ничего не будет о ней ни знать, ни помнить.
И не надо. Пусть будут: Новороссия, Малороссия, Донбасс, Слобожанщина, Галиция, Волынь и т.д. – вполне русские названия регионов, не вызывающие никакого сомнения в том, что в них живут русские люди. Без общего названия это будут различные, конкурирующие друг с другом в рамках одного государства территории, ни у кого не вызывающие ни ностальгию по былому, ни желание реванша.
Украинские националисты говорили, что раз есть Украина, значит должны быть и украинцы и украинский язык. Эту идею стоит взять на вооружение и реализовать в виде: Раз нету Украины, значит не может быть ни украинцев (все русские), ни мовы.
"Нет тела – нет дела".
Комментарии