Конституция, Библия и Коран: как они могут удержать семью от кризиса

На модерации Отложенный

Кто в России не мечтает о счастливой семье? Между тем она не так часто случается. В стране остается высоким процент разводов, гражданских браков и до трети детей рождаются в неполных семьях. Семья в кризисе. Как можно этому противостоять, обсуждают эксперты "РГ" - замглавы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе, первый зампред Совета муфтиев России муфтий Рушан Аббясов и специалист по светскому праву, юрист Людмила Айвар.

Развод по Евангелию - это жестокосердие

Семья испытывает кризис - разводы, неполные семьи, гражданские и гостевые браки. Что думает об этом церковь?

Вахтанг Кипшидзе: Разводы, рождения детей в неполном браке, отказ от деторождения - сигналы большого неблагополучия. Но наступившего не враз. Идея ценности традиционной семьи начала активно ставиться под сомнение где-то с середины XX века. Разные культурные поветрия - в кино, литературе, музыке, поп-культуре - подвигали к оспариванию ценности семьи, а потом и к тотальному ее отрицанию. Финал у нас перед глазами.
Хотя нормальные семьи есть во многих странах, и на западе, и на востоке... 

Но, когда наталкиваешься на вот такое "разнообразие" - в одном из южных штатов США законодательно запрещают аборты, а в других штатах и на федеральном уровне принимаются законы и нормы, позволяющие добивать ребенка, выжившего в результате аборта, - становится не по себе. Церковь, трезво оценивая происходящее, констатирует: это не очередная мода, это человеческая цивилизация выбивает из-под себя фундамент, - союз мужчины и женщины. И во времена такого давления и насилия над совестью людей, думаю, нам нужна общая религиозная платформа, союз традиционных религий, объединенных поддержкой семьи.


Но 2024 год объявлен Годом семьи, у нас наметился поворот к ее защите...

Вахтанг Кипшидзе: Да, но не надо мечтать, что мы легко вернемся к той семье, которая у нас существовала. В нашей истории есть страшные триггеры. К сожалению, в 1920 году Россия первой в мире разрешила аборты. И это не прошло даром, и по сегодняшний день у многих людей, в том числе молодых и не поддерживающих аборты, крепко сидит в голове мысль, что право на аборт у человека должно быть. Что это дело его выбора. Спустя столетие налицо последствия социальной нормы, заложенной в 1920 году. Я бы говорил о разрушенной семье в экологических категориях. Если какой-либо экологической системе наносится ущерб, она уже не будет нормально существовать без мониторинга и поддержки. С семьей так же - после нанесенного ей катастрофического ущерба за ней надо постоянно смотреть. Реанимировать, защищать, сглаживать... Но рецепта, реанимирующего семью, нет. Нас ждет долгий и сложный процесс проб и ошибок, корректировки.

Что церковь может предложить кроме идеала?

Вахтанг Кипшидзе: Усилия церкви в защиту семьи всем известны. Церковь - автор и участник многочисленных общественных инициатив и в борьбе с абортами, и в материальной поддержке многодетных семей. Но самое безотказное и сильное, что есть у церкви, это молитва и жизнь в таинствах. Церковь недаром называет семью малой церковью. Мы сохраняем эту малую церковь в церкви большой. Верующий человек очень держится за семью и сохраняет ее верой и молитвой.

Но ведь и венчанные церковные браки распадаются... А из семьи священника с 4 или 5 детьми матушка ушла к другому мужу.

Вахтанг Кипшидзе: Да, бывает, что и семьи, формально являющиеся церковными, распадаются. И венчание - это не что-то гарантирующий магический ритуал, а церковное благословение на брак. Человек всю жизнь получает благословения, но, к сожалению, далеко не всем из них следует. Падения бывают. Однако не вдруг. К разрушению семьи, как и к любому греху, ведет определенный путь. Надо понимать, где могла быть заложена мина замедленного действия...

Есть ли в церкви сдерживающие механизмы для измен, разводов? На изменяющих накладываются епитимьи?

Вахтанг Кипшидзе: Раньше даже неидеальным семьям не позволяло распадаться общественное мнение. К тому же разводы были затруднены бюрократически, а человек после развода терял общественный вес. Теперь развод превратился в норму. Нужно воздействие общества на тех, кто разводится. На западе человек с обычной семьей не получит работу, если происходит выбор между ним и кем-то с однополой семьей. А почему мы не можем также давать объективные преимущества, но традиционной семье? Ну и конечно, нужно думать о преимуществах многодетных семей, понимая, что, если критическая масса людей откажется от детей, обществу будет вынесен смертный приговор. Важно устанавливать какие-то одобряемые модели поведения. Измена и развод должны быть неодобряемы. Даже в советское время человек без репутации доброго семьянина не мог занимать руководящие должности. А дипломаты, например, обязательно должны были быть женатыми людьми.

Есть в церкви правила, затрудняющие разводы?

Вахтанг Кипшидзе: В социальной концепции церкви, как и во многих дореволюционных документах, были и есть такие правила. Обговаривается, в каких случаях, например, допускается развод, и добиться его не так просто. Но норма и максима остаются прежними: брак нерушим. Не будем забывать слова Спасителя о том, что Моисей разрешил разводы "по жестокосердию вашему". Мы должны стараться сохранить семью. И у нас в этом есть опыт: духовники помогают семейным парам проходить сквозь конфликты.

Огромное значение имеет ценность любви, а любовь не всегда заканчивается семьей. Вспомним "Смысл любви" Владимира Соловьева, известные сюжеты русской литературы

Вахтанг Кипшидзе: Я думаю, что любовь, которая разрушает семью, сродни ядерной реакции. Будучи необузданной, она может породить взрыв и уничтожить все вокруг, включая того, от кого исходит. Мы не раз видели, как человек, заявляющий "безграничную любовь", оказывается пленником страсти и совершает преступление.

Нет ли у Русской православной церкви нормативных конфликтов с Конституцией, как у мусульман, допускающих многоженство?

Вахтанг Кипшидзе: И Библии, и Конституции куда более радикально противоречит не многоженство, а огромное количество безответственных сексуальных связей, становящихся чуть ли не нормой. Это одна из самых больших моральных язв сегодня. Так что надо бы избегать ханжества и не указывать на многоженство у мусульман, когда немусульмане заводят себе по 10 любовниц. Я считаю, что общество должно быть заинтересовано в закреплении неприемлемости внебрачных сексуальных связей. И право тут не должно разрывать связь с моралью. И общественное мнение не должно терять силу.


Как жить по Корану и закону?

Исламскую семью испытывают на прочность новые виды союзов между мужчиной и женщиной - гражданский или гостевой брак?

Муфтий Рушан Аббясов: Непрочные семьи, как и разводы, имеют место. Однако пророк Мухаммад говорил: "Самое ненавистное пред Господом, но дозволенное (когда нет иных путей разрешения конфликта) - развод". У меня нет статистики, потому как, в отличие от бракосочетания, разводы не проводятся в присутствии имама и не фиксируются. Но должен признать, что семьи наших родителей, наших бабушек и дедушек были прочнее. Условия жизни и быта у них были скромнее, но не было и проблем общества потребления, "съедающих" семью: "муж меня плохо содержит", "жена не хочет работать". Редко, но есть и проблема психотропных веществ. Это новые причины разлада в семьях верующих. Но есть и вечные - нет детей, или кто-то соблюдает нормы ислама, кто-то нет.


Как люди просят разрешить споры - по шариату или по законодательству?

Муфтий Рушан Аббясов: Верующие по шариату. Шариат - мусульманское право, но оно фундаментально не противоречит законодательству России. Нормы шариата - это и религиозная совесть, и ценности мусульман, и свод юридических норм. Шариат честно говорит верующим, что сожительство без никаха (бракосочетания) - грех, а развод - самое ненавистное Аллаху из дозволенных людям дел. Мусульманское семейное право выстроено так, чтобы удлинить к нему путь. Талак, или развод, проходит в три этапа. Первые два могут быть незавершенными, дающими шанс на примирение, но последний уже окончателен. Талак может растянуться до полугода. Я бы сравнил это с медленным развязыванием узла, когда шанс сохранить союз мужчины и женщины перед Господом до последнего сохраняется.


Но многоженство, разрешенное в исламе, противоречит закону и Конституции.

Рушан Аббясов: О многоженстве средний россиянин знает в основном по советским фильмам "Белое солнце пустыни" и "Кавказская пленница".

"Если б я был султан, я б имел трех жен...". Эта ария-мечта Балбеса изрядно романтизировала институт многоженства. Но даже сквозь иронию не уловила последствий: три жены - это еще и три тещи. Да, разрешение на многоженство в Коране есть: "...женитесь на других женщинах, которые нравятся вам: на двух, трех, четырех. Если же вы боитесь, что не будете одинаково справедливы к ним, то довольствуйтесь одной". Под справедливостью тут понимается и равное внимание, и равное материальное обеспечение. Для мужчины это большой груз ответственности. Если человек действительно религиозен, то он понимает, что в Судный день с него будет спрос. И потому не станет, следуя своим страстям, заводить вторую, третью жену. Отмечу, что на институт многоженства в исламе можно посмотреть и с точки зрения социальной защиты. Например, среди жен Пророка Мухаммада были вдовы с детьми, разведенные женщины. Также Посланник Всевышнего женился на представительницах враждующих с мусульманами племен ради мира и прекращения кровопролития. А современные мусульмане, например, после вооруженных конфликтов, если материально готовы к этому, женятся на вдовах, чтобы не было сиротства.

А как же закон?

Рушан Аббясов: По закону в нашей стране многоженство запрещено, то есть официальный брак со второй женой оформить нельзя. Поэтому если мусульманин решил взять вторую жену, то брак заключается только религиозный. При этом первая жена, родные мужа и второй жены всё знают. Совершать никах скрытно запрещено. Но многоженство в России скорее исключение, чем правило.

А что с юридическими гарантиями для второй жены?

Рушан Аббясов: Да, положения Семейного кодекса РФ к неофициальному браку неприменимы. Однако в исламе есть такая правовая норма, как махр - брачный подарок невесте от жениха, размер которого может быть различным: от золотого кольца до квартиры. Махр остается за женой, даже после развода, что является своего рода защитой для женщины. Опять же верующий мусульманин помнит про Судный день. А Пророк подчеркивал - лучший из мусульман тот, кто лучший для своих жен.

Мой знакомый бизнесмен-ингуш формально развелся с больной женой-ингушкой, чтобы жениться на второй русской жене, но с условием - она принимает ислам и первую жену.

Рушан Аббясов: Принуждения принять ислам быть не может. Об этом сказано в Коране. Верить по принуждению не получится ни у кого. Духовно личность и семья не состоятся. Надеюсь, у них все по взаимному согласию. Смешанные браки, конечно, есть. Например, я знаю семью, где глава семьи мусульманин, а жена православная. Они прожили долгую жизнь. Он по пятницам ходил в мечеть, она по воскресеньям в церковь. Вырастили детей разных вер, выбор им никто не навязывал. Знаете, что я заметил на примере этой семьи? Через взаимоуважение с годами каждого все больше тянуло к своим корням и культуре. Это естественно. Все как в Коране: "Мы создали вас из мужчины и женщины и сделали вас народами и племенами, чтобы вы узнавали друг друга..."

Должна ли Конституция мешать семьям разводиться?


Брак в России является моногамным, добровольным и равноправным союзом мужчины и женщины, заключенным в установленном законом порядке. Но далеко не все находятся в зарегистрированном браке. Зачем нужен этот пресловутый штамп, если люди живут душа в душу?

Людмила Айвар, адвокат: Дело, конечно хозяйское, идти в ЗАГС или нет, но напомню, что гражданский брак не признается государством как законный. Он называется "сожительством". А термин "гражданский брак" придуман, чтобы избегать это не очень приятное слово.

Огромное количество безответственных сексуальных связей, становящихся чуть ли не нормой, хуже многоженства. Это одна из самых больших моральных язв

Среди юридических проблем, с которыми могут столкнуться семьи в неофициальных отношениях, главная, пожалуй, это регистрация ребенка. Обычно в ЗАГСе требуют всего два документа: медицинское свидетельство о рождении ребенка и документ о заключении брака. В гражданском браке есть нюансы. Если папа не хочет регистрировать сына или дочь, а такое бывает, маме придется обращаться в суд для установления отцовства. Сейчас эта процедура стала проще (не нужно доказывать совместное ведение хозяйства и проживание), но необходима генетическая экспертиза, а она требует времени, нервов и денег. Если же отец дает согласие на регистрацию ребеночка, то нужно сначала получить свидетельство об усыновлении и установлении отцовства, а потом свидетельство о рождении. И когда повзрослевший отпрыск случайно находит эти документы где-нибудь в родительском шкафу, у него возникают неприятные вопросы к папе: я тебе не родной? И объясниться будет довольно трудно. Есть и другие, не менее важные в жизни сюжеты, например, имущественные отношения. При разводе все нажитое делится на равные доли (если не заключен брачный договор).

При разводе все нажитое делится на равные доли (если не заключен брачный договор). А при сожительстве все имущество отойдет тому супругу, на кого оно оформлено. Другому придется в суде доказывать, что оно было приобретено за его средства. Если вы не "прошаренный" циник, предполагавший делить все до последней ложки и собиравший справки, документы, квитанции, то эта процедура потребует очень большого времени. Супруг в гражданском браке не имеет права на долю в наследстве, не сможет при нетрудоспособности взыскать алименты, ему трудно зарегистрировать сожителя на своей жилплощади и т.д. В незарегистрированном браке любой из партнеров может забрать свой "тревожный чемоданчик" и уйти в никуда. Потом ищи-свищи его на предмет алиментов.


Как практикующий адвокат, какие тенденции вы видите?

Людмила Айвар: К сожалению, количество гражданских браков растет. Молодые люди не стремятся заводить официальную семью, пытаясь "проверить" друг друга, и такое испытание затягивается на годы. Уже и дети родились, и возраст солидный, а родители все в сожительстве. Статистика тут хитрая. У нас вроде бы браков стало заключаться больше, но больше их и расторгается. В ходу браки-"пятиминутки". Моя приятельница, заведующая ЗАГСом, говорит, что молодые женятся, а через три месяца бегут разводиться. По большей части это скороспелые, необдуманные, "на гормонах" браки: встретились - "любовь до гроба", - пошли и зарегистрировались. Но получив негативный опыт, во второй брак вступают с трудом.


Поэтому количество сожительств не уменьшается.

А если "закрутить гайки" разводящимся, усложнить расторжение брака? Чтобы развестись обвенчавшимся в церкви, например, нужно писать заявление епископу...

Людмила Айвар: Я думаю, усложнение процесса расторжения брака сократит количество разводов. И развод должен быть дорогой процедурой: не за 600 рублей сходили в ЗАГС и "разбежались". Но делать это все нужно осторожно, тут палка о двух концах. И нужно создать команду, работающую на сохранение семьи. Не условное примирение, когда суд дает срок на "подумать", но никаких мер для сохранения брака не принимает, а специальные медиационные процедуры, которые отрегулируют порядок примирения. Нужна также работа семейных психологов.


Во многих зарубежных странах процедура расторжения брака достаточно проблематична. Во-первых, ты без адвоката не сможешь развестись, во-вторых, развод не оформят, пока ты не решишь свои имущественные проблемы, проблемы с жильем для ребенка, обеспечения супруга. В тех же США можно несколько лет разводиться и не развестись, а все ходить и ходить по судам, платить адвокатам. Прежде чем начать эту очень дорогостоящую процедуру, люди сто раз подумают.

Однако сложный развод может увеличить количество незарегистрированных сожителей. Совет тут один: вступать в брак, осознавая ценность семьи, укрепляя свои отношения.

Зависит ли число разводов от материального уровня семьи? Как принято поступать в богатых семьях? Как относятся к гражданским бракам?

Людмила Айвар: По-разному. Не будем скрывать, что иногда браки не регистрируют, чтобы спрятать имущество, оформив его на сожителя. Однако большинство нашей бизнес-элиты женятся официально, подходя ко всем своим поступкам осознанно. Брачные договоры - тренд времени. Хотя не так давно это было экзотикой, о которой в конфетно-букетный период и думать было противно. Сегодня имущественные вопросы в этой среде принято решать на берегу. Поэтому разводятся наши богатые гораздо меньше. К вопросам брака здесь подходят очень рационально: сберегают состояния, думают о содержании членов семьи. Люди с деньгами умеют хорошо считать. Да, мы знаем громкие истории, когда разводился Потанин или Агурбаш, но такое случается гораздо реже, чем у молодых, "безлошадных". Я бы посоветовала нашим дамам внимательнее читать брачный договор. Впрочем, есть и другие сюжеты, когда взрослый мужчина не хочет видеть в постели увядающую жену, а вокруг так много молодых соблазнительниц. Серьезные люди стараются сохранить брак. Впрочем, речь здесь уже идет не о преданности и верности...