Закон «О полиции» бережёт террористов

На модерации Отложенный

В МВД России задумались о предоставлении полиции права в чрезвычайных ситуациях открывать огонь на поражение в публичных местах. Действующий запрет снижает скорость и эффективность реакции полицейских на террористические атаки. Использование такого инструмента может спасти жизни, но вместе с этим создать ряд новых проблем.

Как сообщают источники «Октагона», вопрос обсуждался в неофициальном формате на коллегии МВД с участием президента Владимира Путина. Главной темой беседы стали действия силовиков во время теракта в «Крокус Сити Холле».

По данным Следственного комитета РФ, преступники проникли в здание в 20 часов 11 минут. Первые сообщения силовых спецподразделений о заходе в помещения «Крокуса» появились лишь в 20 часов 32 минуты. Несмотря на то что отдел полиции микрорайона Павшино находился в соседнем здании, его сотрудники не смогли оперативно прийти на помощь пострадавшим.

Эксперты поясняют, что полицейские, даже если бы они находились непосредственно на пути следования террористов, не имели права вступать в перестрелку. Соответствующий запрет содержится в пункте 6 части 3 статьи 23 Федерального закона «О полиции»: «Сотрудник полиции не имеет права применять огнестрельное оружие при значительном скоплении граждан, если в результате его применения могут пострадать случайные лица».

Эта норма входит в противоречие со статьёй 37 УК РФ «Необходимая оборона». В ней указано, что «не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства».

– Открывать огонь по террористам могло любое лицо, находившееся в момент нападения в «Крокус Сити Холле» и имеющее при себе на законных основаниях огнестрельное оружие. Любое, кроме сотрудников полиции. Думаю, что статью 23 Федерального закона «О полиции» могут переработать, – заявляет в беседе с «Октагоном» бывший сотрудник МВД, юрист, управляющий партнёр ООО Юридическая фирма «ЮРЛИГА» Иван Волков.

Теракт в «Крокусе»: переход красных линий и тёмная полоса в истории

Пятница 22 марта никак не должна была стать чёрным днём в Москве. На это мартовское число приходится день весеннего равноденствия, с которого начинается прибавка светового дня и, значит, победа света над тьмой.

Перейти к материалу

С необходимостью корректировки статьи согласен адвокат Сергей Колосовский.

– Её однозначно нужно уточнять, так как формально здесь нет уточнений, что считать массовым скоплением. А ведь любой захват заложников сопровождается гибелью гражданских лиц, если их не освобождать. А действующая норма просто делает работу полицейских опасной из-за возможных последствий для них самих, – утверждает он.

Ряд других экспертов считает норму обоснованной.

– Как говорят в народе, все уставы (правила) писаны кровью. Стрельба в помещении, где находится большое количество граждан, абсурдна с точки зрения здравого смысла, так как от такого огня могут пострадать те, ради защиты которых он ведётся, – замечает эксперт в сфере безопасности, офицер ФСБ в запасе Сергей Храпач.

Собеседники «Октагона» отмечают, что силовики ставят вопрос о снижении порога применения табельного оружия, притом что действующее законодательство предоставляет полицейским широкие полномочия. К событиям в «Крокусе» можно отнести как минимум четыре повода для ведения огня.

Первый – «для защиты другого лица либо себя от посягательства, если это посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни или здоровья». Второй – «для задержания лица, застигнутого при совершении деяния, содержащего признаки тяжкого или особо тяжкого преступления против жизни, здоровья или собственности, и пытающегося скрыться». Третий – «для задержания лица, оказывающего вооружённое сопротивление». Четвёртый – «для отражения группового или вооружённого нападения на здания, помещения, сооружения и иные объекты».

Таким образом, речь может идти только о смягчении нормы о применении оружия в местах массового скопления людей. В мировой практике сложились два направления по этому вопросу. Власти одних стран стремятся минимизировать публичную стрельбу, других – допускают огонь на поражение для предупреждения более серьёзных преступлений. Подобная свобода приводит к иным проблемам.

Яркий пример – США.

В этой стране существуют два стандарта применения полицией силы – запрет на применение огнестрельного оружия против невооружённого убегающего преступника и запрет на применение мер силового принуждения без наличия на то объективной необходимости.

Широкие полномочия американских полицейских часто вызывают вопросы у общества. Резонансный случай произошёл в 2014 году. Белый полицейский убил чернокожего подростка и был признан невиновным. Разочарованные решением суда темнокожие американцы вышли на уличные протесты. Родилось общественное движение Black Lives Matter, которое дестабилизировало ситуацию в стране на протяжении полугода.

В других государствах правоохранители не имеют такой свободы действий.

В Бельгии полиция использует огнестрельное оружие в целях самообороны, во время столкновений с вооружёнными преступниками, при защите особо важных лиц или объектов, но никогда – во время массовых мероприятий.

Австрийская полиция может использовать оружие для подавления беспорядков или задержания опасного подозреваемого, когда другие меры «могут оказаться недостаточными или уже оказались неэффективными». В Италии полиция и карабинеры берутся за стволы, когда существует «необходимость для преодоления сопротивления, чтобы остановить насилие или для предотвращения серьёзного преступления». В Великобритании «потенциально смертельные меры могут быть использованы только тогда, когда это абсолютно необходимо».

Помимо специальных законов полицейские вынуждены исполнять внутренние регламенты. Жёсткие ограничения приводят к тому, что многие оперативники не всегда берут оружие на задержания.

– Нередко даже пропажа одного патрона ставит на уши всё отделение – начинаются проверки, куча бумажных рапортов, что уж говорить про применение. В этом случае уже не только рапортами ограничиваются, но и целое внутреннее расследование проводят: как применял, можно ли было не применять, не провоцировал ли сам применение оружия. Поэтому у нас в отделе опера даже на задержания не всегда брали с собой оружие – мало ли что будет, проблем будет вагон, – поясняет собеседник «Октагона» из одного из региональных отделений по борьбе с организованной преступностью.

О вероятных проблемах для полицейских при условии обнажения даже кобуры свидетельствует и судебная практика.

В 2021 году в Вилегодском районе Архангельской области участковый пытался привлечь к ответственности пьяных дебоширов, катавшихся на снегоходе. Однако страж порядка встретил сопротивление – хулиганы начали душить полицейского, несмотря на то, что он пригрозил им применением табельного оружия и обнажил его. После выстрелов в воздух нападавшие сбежали. Впоследствии началась проверка работы с личным составом: применение служебного оружия было признано обоснованным, так как сотрудник полиции получил серьёзные травмы.

В конце 2023 года 4,5 года лишения свободы было назначено инспектору ГИБДД Карабудахкентского района Республики Дагестан. Поводом стало применение им служебного автомата против нарушителя. Согласно материалам дела, находясь в служебном рейде, наряд ГИБДД заметил автомобиль Mercedes, водитель которого проигнорировал требование остановиться и попытался скрыться. Наряд начал погоню за ним, а затем сотрудник полиции решил остановить машину, выстрелив по колёсам. Пуля, отрекошетив, попала в водителя, по пути в больницу он скончался. Суд пришёл к выводу, что автомат был применён незаконно, но умысла на убийство у инспектора не было.

Социологические замеры показывают, что российское общество в целом готово положительно воспринять расширение полномочий полиции. По сведениям ВЦИОМ, 62 процента респондентов заявляют о доверии к полицейским. Этот показатель за год вырос на пять пунктов.

Тем не менее, полагают источники «Октагона», публичное обсуждение такой инициативы вряд ли будет простым. В первую очередь могут возникнуть вопросы у других надзирающих за действиями сотрудников МВД ведомств. Сложившийся баланс власти и полномочий между силовыми структурами будет поставлен под сомнение.

Кроме того, серьёзно подумают над необходимостью реформы и представители власти. Расширение прав полиции будет распространяться в том числе на несанкционированные политические мероприятия. Недружественные страны могут спровоцировать ситуацию, при которой неопытные полицейские откроют стрельбу на одном из них. Если подобная провокация удастся, она может повлечь за собой более серьёзные последствия.


Константин Джултаев, Игорь Лесовских, Михаил Белый