Как Эстляндия, Финляндия и Ингерманландия стали Россией

На модерации Отложенный

Как Эстляндия, Финляндия и Ингерманландия стали Россией

Фёдор Ступин

Латвия и Эстония сегодня — страны-члены НАТО. Вот только нам считать эту землю чужой нет оснований: русское присутствие в Прибалтике лет на 150 старше немецкого. Да и то что часть населения «страны 404» считает русских финно-уграми в этом плане нам только в плюс: значит, мы здесь свои. В конце концов, среди четырёх племен, призвавших согласно «Повести временных лет» на царство Рюрика с семейством, только словене ильменские и кривичи — славяне (причём кривичи — очень сильно смешанные с финно-уграми), а чудь и меря — чистые финно-угры. Кстати, чудь — предки современных эстонцев...

Так или иначе, как я писал ранее, в 1185 году католический миссионер Мейнард, каноник Зегеберского монастыря, воспользовавшись преступной халатностью князя Полоцкого Владимира Володаревича, построил в деревне Икскюль замок, а в 1186 году — церковь. Стоит отметить, что замок предшествовал церкви — немцы пришли в Прибалтику и были намерены закрепиться всерьёз. Кстати говоря, о том, на чьей земле была образована вновь созданная католическая епархия у папы Римского Климента III, сомнений не было: епархия официально была названа «епископство Икскюль на Руси» (in Ruthenia).

Необходимость платить десятину епископу, предков нынешних латышей не вдохновила, Мейнард потерял авторитет, на него готовилось покушение, в результате он оказался осаждён в своём замке и умер (от огорчения наверно). Впрочем, свято место пусто не бывает, и в 1197 году на замену Мейнарду прибыл Бертольд Шульте. Поначалу в Икскюль он приехал без войска, но вскоре у ливов началась дискуссия: сжечь Бертольда, утопить или ещё каким образом убить? Не дожидаясь, когда консенсус по данному вопросу будет достигнут, священник бежал на Готланд, а оттуда в Саксонию.

Впрочем, пожаловавшись там на жизнь новому папе Римскому Иннокентию III, Бертольд добился у прямого и непосредственного начальства объявления Крестового похода против ливов. Поскольку Прибалтика была значительно ближе Святой Земли, в желающих «принять крест» недостатка не возникло, и уже в 1198 году епископ вернулся в Ливонию... Не один. Прибывшее войско крестоносцев ливов впечатлило, и они предложили Бертольду проповедовать «речами, а не мечами». Тот согласился, но потребовал у местной элиты в заложники сыновей. В общем, заключили мир, обменялись, по местному обычаю копьями, начали процедуру сбора заложников, но не срослось: несколько рыцарей поехали собирать фураж (мнения аборигенов, как водится, не спрашивая) и были убиты. Мир оказался разорван не начавшись, произошёл бой, в котором Бертольд погиб. «Епископ Бертольд, не удержав коня, из-за его быстроты замешался в массу бегущих ливов. Тут двое схватили его, третий, по имени Имаут, пронзил сзади копьём, а прочие растерзали на куски», — описывает происшествие «Хроника Генриха Латвийского». Происходило всё вышесказанное на месте сегодняшнего рижского парка «Эспланада»...

Впрочем, крестоносцы не торопились убираться восвояси, а начали планомерно опустошать Ливонию. Аборигены вновь запросили мира, но когда он был заключен, и войско крестоносцев убыло в пункты постоянной дислокации, снова пообещали порешить всех немецких клириков. В результате новый епископ Альберт Буксгевден ехать к пастве без армии и не пробовал: сразу прибыл на 23 кораблях, полных вестфальских и саксонских рыцарей. На дворе был 1199 год...

Знакомство Альберта с епархией началось с боя. Крестоносцы оборонялись от ливов в замках Икскюль и Гольм (на месте современного Саласпилса). А потом Альберт основал Ригу в устье Западной Двины и в 1201 году перенёс в город из Икскюля свою резиденцию, после чего убыл в Германию по делам, оставив епархию на заместителя — Теодориха из Турайды. Который, пользуясь отсутствием шефа, учредил в 1202 году Орден Меченосцев. Интрига была в том, что Альберт в своей деятельности опирался на императора Филиппа, у которого были неважные отношения с папской курией, а Орден подчинялся лично Папе. Так в Лифляндии сложилось двоевластие, протянувшее до конца существования этой независимой территории: с одной стороны Рижский епископ, с другой — Орден...

Но была и третья сторона! Папа, видя, что немцы — народ ненадёжный, поспособствовал появлению в соседней с Лифляндией Эстляндии датчан. В результате Орден Меченосцев воевал не только с ливами (а иногда и епископом Рижским), но и с датчанами. В 1219 году началась война, окончившаяся поражением датчан: в 1225–1227 годах датские владения в современной Эстонии, включая крепость Ревель, были захвачены Меченосцами. Впрочем, впоследствии пришлось вернуть захваченное: сил у малочисленного ордена Меченосцев на войну на три фронта не хватало, пришлось объединяться с закрепившимся в Пруссии Тевтонским орденом, а одним из условий объединения стало возвращение Дании эстляндских владений — Тевтонцам был нужен мир с датчанами.

Надо сказать, что и Икскюль, и Гольм, и Рига надёжно запирали «путь из варяг в греки», контролируемый Полоцкими князьями. И полоцкий князь Владимир начал войну с немцами...  В 1203 году он совершил поход против Меченосцев и Риги. Объединённому войску Владимира Полоцкого, Всеволода Герсикского и Вячко Кукейносского удалось взять Икскюль, но под Гольмом русские потерпели поражение — немецкие арбалетчики ранили множество лошадей и переправляться через Двину под обстрелом князья не решились. Всеволод Герсикский с литовцами пошёл под Ригу и угнал скот, но города взять не смог.

Надо сказать, что арбалеты в начале XIII века были настоящим чудо-оружием. Они настолько поразили местные племена, что до сих пор в прусских, куршских и литовских курганах находят заколки-фибулы в виде арбалета. От арбалетного болта не спасала кольчуга, а раны от него были тяжелее, чем от легких стрел прибалтийских луков. Делать свои арбалеты ни ливы, ни эсты, ни русские не умели...

В 1206 году Альберт решил заключить с Владимиром Полоцким мир. В Полоцк были посланы послы во главе с Теодорихом из Турайды. Но в дороге послов ограбили ливы, отняв дары, посланные князю. В общем, ко двору Владимира прибыли одновременно немецкое посольство (без подарков) — договариваться о мире, и посольство ливов (с подарками) — уговорить князя на новый поход против немцев. Князь принял решение: воевать. Правда, Теодориху удалось послать к Альберту гонца с вестью, что вместо мира будет военный поход. Епископ подготовился к войне: задержал крестоносцев, собиравшихся домой, и послал в Германию за подмогой.

Первыми ударили ливы — неудачно: немцы разбили их войско и заставили бежать. Тогда на кораблях по Двине в поход отправилось полоцкое войско. Владимир не стал брать Икскюль, а осадил Гольм. Русские пытались поджечь замок, даже использовали против немцев баллисту, сделанную по образу и подобию немецких полоцкими умельцами. Но осада затягивалась, а из Германии в Ригу прибыл флот с новым крестоносным воинством. К тому же на Эзеле высадился с войском датский король Вальдемар II Победоносный. Поняв, что силы не равны, полоцкий князь принял решение отступить.

В ответ немцы напали на удельное русское Кукейносское княжество. Не имея сил сопротивляться, князь Вячко согласился передать епископу половину своих владений. Но когда крестоносцы погрузились на корабли и уплыли, Вячко Кукейносский перебил людей епископа Рижского и вернул княжество себе, одновременно направив посольство Владимиру, призывая напасть на Ливонию, поскольку крестоносцы ушли.

Вячко поспешил: встречный ветер задержал немецкие корабли в устье Двины, и крестоносцы вернулись. Вячко сам сжёг Кукейносс и ушёл на Русь, а княжество досталось немцам целиком. Пришла очередь Герсика. В 1209 году крестоносцы напали на владения Всеволода Герсикского. Дружина князя была разбита, Герсик сожжен, жена и дочь Всеволода попали в плен. Альберт предложил князю вернуть всё захваченное, но при условии принятия своих владений от епископа в качестве лена. Всеволод согласился. Но его жена была дочерью литовского князя Довгерда, и зять продолжал помогать тестю в его войнах с немцами, за что в 1213 году Герсик вновь был сожжен немцами, а после смерти Всеволода в 1239 году его владения перешли епископу.

Долгая война била по кошельку как Полоцк, не пускавший немецких купцов вниз по Двине, так и Ригу, оседлавшую её устье. В 1210 году Альберт направил к Владимиру посольство с предложением мира: немцам приходилось одновременно воевать с ливами, куршами, эстами, литвой... Войну ещё и с Полоцком епископ боялся не потянуть. Видя, что Владимира не устраивает утрата дани от ливов, Альберт предложил платить её из своего кармана. Сомнительно, что Владимир не понимал, что епископ его обманет, но выхода у него не было: Новгородский князь Мстислав Удалой заключил договор с Альбертом, разграничивающий в Прибалтике сферы влияния немцев и Новгорода.

Владимир Полоцкий остался без сильного союзника. В 1212 году Альберт окончательно кинул князя с ливской данью. Владимир намеревался воспользоваться восстанием эстов и организовать совместный с ними поход на Ригу в 1216 году. Князь собрал дружины из Полоцка, Минска, Смоленска, Витебска, Друцка, взошёл на корабль... И умер. Ливония ушла из-под русского контроля и стала немецкой колонией. На некоторое время.

Между тем Эстляндия стала полем боя между Орденом Меченосцев и Господином Великим Новгородом. Разграничение сфер влияния, проведённое Мстиславом Удалым и Альбертом, не устраивало Орден.

В 1217 году немцы совершили набег на новгородские владения. В ответ псковский князь Владимир осадил эстляндский Оденпе. Эсты попросили помощи у немцев. Немецкое войско ценой потери двух воевод и 700 коней прорвалось в город, но через три дня сдало его с условием свободного выхода гарнизона в Ливонию.

В 1219 году Всеволод Мстиславич Новгородский, Владимир Псковский и его сын Ярослав вторглись в Эстляндию и приготовились идти на Ливонию. Незадолго до этого, в 1217 году, немцы в составе крестоносцев Альберта Голштинского, войск епископа Рижского и Ордена Меченосцев разбили эстов Лембита в битве под Вильянди. Новгород воспринял это как вторжение в свою сферу влияния. Меченосцы с ливами и латгалами напали на передовой отряд русских и разбили его, но наткнувшись на главные силы, ливы с латгалами бежали, а в одиночку остановить русских немцам не удалось. Армия русских князей вторглась в Ливонию и осадила Венден (сегодня латышский Цесис). Взять город не удалось, разграбив орденские владения, русские ушли.

В 1222 году новгородско-владимирское войско князей Всеволода Юрьевича и Ярослава Всеволодовича (отца Александра Невского) вторглось в немецкие владения вместе с литовцами и осадило Венден.

В 1223 году эсты подняли всеобщее восстание против немцев, просив новгородцев о союзе. В Вильянди и Юрьеве стали русские гарнизоны. 15 августа 1223 года немцы взяли Вильянди и повесили всех попавших в плен русских. Выступившее на помощь гарнизону новгородско-владимирское войско во главе с Ярославом Всеволодовичем не успело помочь, но жестоко отомстило, разорив немецкие владения и осадив датскую Колывань. Взять будущий Таллин не удалось, но в Новгород Ярослав Всеволодович вернулся «взяв полона без числа и злата много». Ливы с эстами успели оценить немецкое владычество и русских встречали как освободителей!

В 1234 году Ярослав Всеволодович вновь совершил поход против Ордена Меченосцев, в ответ на набег немцев на новгородский Тёсов. Ярослав пришёл под Юрьев с новгородскими и низовскими полками, но осаждать город не стал. Меченосцы из Юрьева и Медвежьей Головы напали на русских, и князь нанес им жестокое поражение на реке Омовже (часть рыцарей, как впоследствии на Чудском озере, провалилась под речной лёд). Результатом похода был мир, передававший Пскову южную и восточную часть Дерптского епископства.

Победа на Омовже была бы решающей, но в 1237 году на Русь пришел Батый. И одновременно папой Римским Григорием IX был объявлен второй Крестовый поход против прибалтийских язычников. В 1238 году датский король Вальдемар II и магистр Ордена (ставшего к этому моменту Ливонским ландмейстерством Тевтонского ордена) Герман Балк заключили договор о разделе Эстляндии. Русские интересы в Прибалтике датчане с немцами учесть забыли. В 1240 году немцы с датчанами захватили Изборск, Псков и часть земель вассального Новгороду племени водь. Новгородцы призвали на помощь Александра Ярославича, уже успевшего стать Невским...

На Чудском озере основные потери понесли рыцари Ордена — «люди епископа Дерптского» бежали и остались живы. По числу участников Ледовое побоище не было впечатляющим мероприятием, но его значение сложно переоценить: оно положило конец немецкой экспансии в Прибалтике. Дальше наступали русские. Где-то успешно, где-то нет, но наступали!

Зимой 1268 года русская армия в составе новгородских, псковских, владимирских полков вторглась в земли Эстляндии. У замка Раковор произошло крупнейшее по местным меркам сражение. Новгородский полк попал на «свинью» Ливонских рыцарей и понёс страшные потери: погиб посадник, 13 знатных бояр, тысяцкий и ещё двое бояр пропали без вести (скорее всего были затоптаны конями до неузнаваемости). Но битву русские выиграли: войска датчан и дерптского епископства не выдержали удара псковичей и владимирцев и бежали, Дерптский епископ Александр погиб. По словам летописи, кони победителей не могли ступать по трупам...

Последующие 300 лет — скучные войны Новгорода и Пскова с немцами — ни возможностей, ни желания уничтожить противника не было ни у кого. Новгород активно торговал с Ганзой, а деньги любят тишину. У немцев было слишком много проблем с Литвой и Польшей. Впрочем, как выяснилось впоследствии, эти рутинные войны имели весьма печальные для Ливонии последствия... Потому что в 1547 году на престол Московского царства Русского государства вступил Иван Васильевич, впоследствии прозванный Грозным.

У Ивана Васильевича была интересная родословная: он по маме был... Чингизид. Дело в том, что после поражения в Куликовской битве беглербег Мамай бежал в Кафу (сегодня Феодосию), где был убит. А его жена Тулунбике-ханум с сыном Мансуром бежали в Литву, где получили от Великого князя Литовского Витовта во владение поместье в урочище Глины. От них пошёл род князей Глинских. К которому принадлежала мама Ивана — Елена Глинская. Да, окончание татарского женского имени «бике» означает принадлежность дамы к роду «Потрясателя Вселенной».

В общем, молодой человек (а на момент коронации ему было 17 лет) решил, что имеет полное право на наследство Золотой Орды. С Казанью и Астраханью проблем не возникло. А для завоевания последней части наследства — Крымского ханства, были нужны деньги. Взять их Иван решил у Ливонских немцев...

Дело в том, что дед Ивана Васильевича, тоже Иван Васильевич, но под номером III, присоединив Новгород, заключил с Ливонией перемирие на 50 лет, предусматривавшее выплату Ливонией дани за владение принадлежавшим прежде Новгороду городом Юрьев (ныне Тарту). Этот договор был продлением договора 1474 года, а тот... Собственно говоря, никто из современных историков не знает, откуда эта самая «юрьевская дань» появилась. О том, что она была, ни у русских, ни у немцев в XVI веке сомнений не было. Дань была небольшая, но не платили её немцы, по словам дьяка Ивана Висковатого больше 210 лет. В общем, с недоимками очень неплохо получалось: аккурат на Крымский поход.

И когда немцы начали затягивать переговоры, Иван решил взбодрить их: в 1558 году послал в Ливонию «лёхкую рать». Легкость рати заключалась в отсутствии осадной артиллерии — задачей войска было разорение Ливонии, что по замыслу царя должно было заставить немцев пошевеливаться с выплатами. Поэтому во главе рати был поставлен татарский царевич Шиг-Алей — как большой специалист по разорению и грабежу. Но кто же знал, что Ливонская конфедерация к тому времени прогнила на корню?

Дело в том, что зёрна двоевластия, заложенные ещё Альбертом и Теодорихом проросли в раскидистое дерево бардака. Ливонцы неплохо умели воевать друг с другом, но к оказанию сопротивления русским войскам оказались совершенно не готовы. Ландтаг решил срочно собрать 60 тысяч талеров — ради прекращения войны. Но таких денег в Ливонии не оказалось — с трудом наскребли половину от требующейся суммы. А тем временем бюргеры города Нарвы, осмелевшие от бездействия гарнизона Ивангорода, обстреляли русскую крепость. Ивангород ответил изо всех орудий, и Нарва загорелась, бюргеры бросились спасать свои дома, а стрельцы переправились через реку на подручных средствах и без труда захватили город. После чего начался «замкопад» — рыцарские замки сдавались без боя не имеющим артиллерии русским войскам. Так Россия оказалась втянута в Ливонскую войну — долгую и тяжёлую.

Сразу стоит отметить, что тяжесть войны была связана с тем, что гибнущую Ливонию бросились делить соседи: Великое княжество Литовское и Королевство Польское не были в восторге от усиления России за счёт присоединения принадлежащих ей когда-то территорий. Впоследствии в прибалтийскую свару вмешалась и Швеция. Которой и досталось Ливонское наследство.

И у которой его приобрёл Пётр I. Именно приобрёл! Захватив в ходе Северной войны у шведов Эстляндию, Финляндию, Ингерманландию и часть Карелии, Пётр при заключении Ништадтского мира предложил побеждённому противнику за захваченные земли компенсацию — 2 миллиона талеров. Для сравнения: линейный корабль «Полтава» стоил 35 тысяч талеров. Таким образом, компенсация составила цену 57 линейных кораблей. Царь понимал: взятое силой — силой и отнимается. А купленное... Покупка даёт надёжные основания для владения. Так что, купчая на Латвию и Эстонию и сегодня хранится в Москве...

Федор Ступин,