Размышления экономиста над бюджетом февраля

На модерации Отложенный


Решение об увеличении в феврале почти в четыре раза по сравнению с январем операций Фонда национального благосостояния (ФНБ) по закрытию ожидавшегося дефицита федерального бюджета сделало минувший месяц непростым для российской экономики. Запланированная на месяц с 7 февраля до 6 марта сумма операций ФНБ была определена в 160 млрд руб. Во-первых, ожидалось недополучение нефтегазовых доходов федерального бюджета в феврале на сумму 108 млрд руб. Во-вторых, была необходима компенсация тех недополучений, которые возникли в январе.

Опасения оправдались. Федеральный бюджет к последним числам февраля 2023 года был исполнен с дефицитом в 3,96 трлн рублей. Объем доходов составил 1,42 трлн, расходов — 5,38 трлн. Напомню, что по итогам января был зафиксирован дефицит бюджета в размере 1,76 трлн рублей.  Это примерно 60% от общей величины дефицита, заложенного в федеральном бюджете на весь 2023 год. 27 дней февраля увеличили дыру бюджета еще на 2,20 трлн рублей, т. е. обозначилась тенденция к ускорению роста дефицита.  За два неполных месяца нынешнего года дефицит бюджета превысил недостачу за весь прошлый год (3,3 трлн руб.).

Если не уходить в мелочи, то причин гигантского январского дефицита две: продолжающееся снижение нефтегазовых доходов и дополнительные расходы на оборону и стабилизацию социально-экономической ситуации. Основная часть расходов бюджета за два месяца 2023 года пришлась на социальную политику (1,07 трлн руб.). Далее следуют траты на экономику (0,4 трлн) и оборону (0,3 трлн).

И все-таки опережение расходов достаточно умеренное, а вот отставание в доходах гораздо более серьезное. За первые два месяца поступления в казну должны были бы составить 4,35 трлн руб., а оказались в три раза меньше! На спасение ситуации был брошен ФНБ, но в лучшем случае этой копилки хватит до конца года.

А дальше? Надеяться на то, что на мировых рынках нефти и газа повторится «чудо» прошлого года, когда цены на углеводороды достигали рекордных отметок, не приходится. Во-первых, хоть и медленно, но Запад преодолевает острый дефицит энергоресурсов, который он создал антироссийскими санкциями. Во-вторых, погружение Запада в экономическую рецессию означает снижение спроса на энергоресурсы.

Налоговая нагрузка на ряд отраслей и производств российской экономики была повышена, но это не компенсирует потерь нефтегазовых доходов. Что остаётся? Остается проверенный метод государственных займов. Причём речь может идти лишь о внутренних государственных займах. На 1 февраля величина государственного внутреннего долга составила 18,1 трлн руб. Это почти исключительно долг, оформленный облигациями федерального займа (ОФЗ). Для сравнения: на начало февраля 2014 года этот долг равнялся 5,7 трлн. руб. В прошлом году Минфин продал ОФЗ на рекордную сумму в 2,6 трлн руб. В предыдущие годы Минфину было легче размещать свои ОФЗ на внутреннем рынке в силу наличия у участников рынка достаточных накоплений ликвидности. Сегодня возможности участников внутреннего рынка намного сократились.  

Всего, согласно заявлениям Минфина, он планирует в этом году разместить на внутреннем рынке государственный долг в размере 1,6 трлн руб.

Правда, в конце февраля министр финансов Антон Силуанов заявил, что, вероятно, объем размещений ОФЗ придется увеличить до 2,5 трлн руб. Видимо, этот пересмотр произойдет с учетом быстрого истощения средств ФНБ. А когда копилка совсем иссякнет? Смогут ли заимствования компенсировать её утрату?

Вот тут в игру и может вступить  Центробанк. Российское законодательство запрещает Банку России напрямую кредитовать государство (статья 22 Федерального закона «О Банке России»). Не исключено, что когда сильно «прижмет» (это может произойти до конца года), статья 22 ФЗ «О Банке России» будет отменена или сильно скорректирована. И Центробанк станет главной «палочкой-выручалочкой» для Минфина, покупая у него напрямую новые транши ОФЗ. А это возможно лишь при включении на полную мощность печатного станка Банка России. Складывается классическая ситуация: дыра в государственном бюджете затыкается Центробанком, и итогом этой операции является разгон инфляции.  Вспомним сумасшедшую гиперинфляцию в Веймарской республике в начале 20-х годов ХХ века.

21 февраля в обращении к Федеральному Собранию Президент РФ Владимир Путин сказал: «По оценкам, уже во втором квартале текущего года инфляция в России приблизится к целевому уровню в четыре процента. Напомню, что в некоторых странах Евросоюза уже 12, 17, 20 процентов, у нас –  четыре, ну пять… С учётом позитивной динамики этого и других макроэкономических параметров формируются объективные условия для снижения долгосрочных кредитных ставок в экономике, а значит, кредит для реального сектора должен стать доступнее».

А через несколько дней на сайте Банка России появился пресс-релиз: «Инфляционные ожидания населения на год вперед в феврале 2023 года возросли, сохраняясь на повышенном уровне. По данным опроса ООО «инФОМ», в ближайшие 12 месяцев граждане ожидают инфляцию 12,2%».  Это результаты опроса граждан. Потом Центробанк дал обновленный прогноз инфляции в 2023 году – 6,0%. А это означает, что ЦБ не будет при такой оценке снижать ключевую ставку, которая составляет 7,5%. Следовательно, кредиты для реального сектора останутся недоступными со всеми вытекающими отсюда экономическими, социальными, политическими и военными последствиями.

Сценарий гиперинфляции не за горами. И чтобы его исключить, превентивные меры необходимо принимать прямо сейчас. Суть этих мер – в радикальной перестройке всей системы управления и функционирования российской экономики.

В первую очередь необходимы решительные шаги по снижению зависимости российской казны от нефтегазовых доходов. Это можно и нужно делать путем расширения внутренней базы налогообложения. Проще говоря, путем индустриализации, превращения экономики в единый народнохозяйственный комплекс, переключения с внешнего рынка на внутренний, введение  директивного планирования, перевода всех стратегически значимых предприятий в государственный сектор.  

И главное: необходимо перепрограммирование работы всех субъектов экономической деятельности и органов управления экономикой. Сегодня, напомню, вся экономическая деятельность в Российской Федерации прямо или косвенно запрограммирована на прибыль. Должно стать по-другому.