«Дело КПСС»: почему судебный процесс, который добил СССР, в последний момент засекретили

На модерации Отложенный                             


Так называемое «Дело КПСС», рассматривавшееся Конституционным судом в 1992 году, казалось бы, претендовало на то, чтобы стать самым громким процессом века. 6 ноября 1991 года первый президент Российской Федерации Борис Ельцин подписал указ «О деятельности КПСС и КП РСФСР», поставивший еще недавно всемогущую КПСС вне закона. В указе отмечалось: «КПСС никогда не была партией. Это был особый механизм формирования и реализации политической власти путем сращивания с государственными структурами или их прямым подчинением КПСС».

Разыгравшийся следом судебный процесс мог положить конец легальной деятельности коммунистов в России и отправить в небытие левую идею как таковую. Но вместо предполагавшегося изначально всероссийского публичного процесса, были устроены закрытые судебные заседания, и о самом существовании некоего «Дела КПСС» сегодня помнят лишь единицы.

«Даешь советский Нюрнбергский процесс!»

После того, как в августе 1991 года ГКЧП потерпел крушение, конец пришел как Советскому Союзу, так и его основному институту государственности – КПСС. Борис Ельцин издает три указа: первым деятельность коммунистической партии была приостановлена, второй фактически национализировал активы партии, а третьим указом деятельность КПСС была запрещена вовсе. Описывая те события, непосредственный участник «Дела КПСС» Виктор Иванович Илюхин, в то время работавший в газете «Правда» и одновременно входивший в группу экспертов-юристов при Верховном Совете, писал: «Итак, Компартия объявлена вне закона. Руководство КПСС и КП РСФСР находится под следствием, имущество отобрано и разграблено. Что дальше? Какой был у нас выбор? Первый – коммунисты продолжают работу, но в подполье. Второй – всем перейти в Российскую Коммунистическую Рабочую Партию (РКРП), что наверняка означало в дальнейшем ее запрещение. Третий путь – и главный: добиваться юридически обоснованной Конституционным Судом легитимности организации и начинать заново строить Компартию России. Так мы и решили поступить». Объединившись вокруг фракции «Коммунисты России» Верховного Совета РСФСР, вчерашние партийцы организовали сбор подписей с целью дать правовую оценку ельцинским указам. 27 декабря 1991 года 43 народных депутата РСФСР подали в Конституционный Суд ходатайство о признании указов президента неконституционными.

Антикоммунистически настроенные представители общественности призывали судить бывших партийных функционеров по уголовным статьям, и этот процесс предлагалось сделать публичным, всероссийским. Популярность приобрели популистские лозунги: «Судить КПСС!»; «Даешь советский Нюрнбергский процесс!».

Однако на деле привлечение представителей партноменклатуры к уголовной ответственности за политические преследования оказалось в большинстве случаев невозможным, поскольку функционеры репрессивного аппарата лишь выполняли распоряжения начальства. Кроме того, многие партийцы к тому времени уже вышли из состава КПСС и разбрелись по множеству других новых партий. Более того, суда над КПСС не было как такового. Так называемое «Дело КПСС» с юридической точки зрения не имело ни обвинителей, ни подсудимых – обе стороны выступали в Конституционном суде с равноправными ходатайствами. В конечном итоге процесс принял не уголовный, а хозяйственно-правовой характер, сводившийся к дрязгам вокруг бывшего партийного имущества, включавшего зарубежные счета, золотой запас, право собственности и т.д.

От публичного характера процесса было решено отказаться, и судебные заседания сделали закрытыми, так что гражданские служащие, участвовавшие в слушаниях в качестве экспертов, вынуждены были дать подписку о неразглашении и невыезде за границу в течение последующих пяти лет.

По ходу процесса взбудораженная поначалу общественность стремительно теряла к делу всякий интерес. Однако «Дело КПСС» все же имело свои политические последствия.

Конец коммунистического единства

Всего за полгода, с конца мая по ноябрь 1992-го, Конституционный суд провел по «Делу КПСС» рекордные в его истории 52 заседания. Как позднее признал участвовавший в процессе судья Г.А. Гаджиев, «решение во многом было продиктовано политическими резонами – оно не родилось только из юридической логики». В Постановлении Конституционного суда от 30 ноября 1992 года вина КПСС была определена следующим образом:

«В стране в течение длительного времени господствовал режим неограниченной, опирающейся на насилие власти узкой группы коммунистических функционеров, объединенных в политбюро ЦК КПСС по главе с генеральным секретарем ЦК КПСС. Имеющиеся в деле материалы свидетельствуют о том, что руководящие органы и высшие должностные лица КПСС действовали в подавляющем большинстве случаев втайне от рядовых членов КПСС, а нередко — и от ответственных функционеров партии. На нижестоящих уровнях управления вплоть до района реальная власть принадлежала первым секретарям соответствующих партийных комитетов. Лишь на уровне первичных организаций КПСС имела черты общественного объединения, хотя производственный принцип формирования этих организаций ставил членов КПСС в зависимость от их руководства, тесно связанного с администрацией. Материалами дела, в том числе показаниями свидетелей, подтверждается, что руководящие структуры КПСС были инициаторами, а структуры на местах — зачастую проводниками политики репрессий в отношении миллионов советских людей, в том числе в отношении депортированных народов. Так продолжалось десятилетиями».

Тем не менее судом был выбран путь компромисса, и от идеи люстраций было решено отказаться. При этом в силе был оставлен роспуск руководящих структур КПСС и КП РСФСР, но не первичных партийных организаций, образованных по территориальному принципу. Распоряжения о передаче имущества компартии органам исполнительной власти были признаны конституционными по отношению к той части управляемого КПСС имущества, которая являлась государственной или муниципальной собственностью, и неконституционными по отношению к имуществу, принадлежавшему непосредственно КПСС или находившемуся в ее ведении. Дальнейшее расследование по «делу КПСС» было признано неправомерным, поскольку КПСС фактически прекратила свое существование в августе-сентябре 1991 года.

«…Решение Конституционного суда, хоть и признало право на существование территориальных первичных организаций компартии, фактически узаконило прекращение деятельности подавляющего большинства основных и наиболее дееспособных организационных структур компартии, – оценивал последствия судебного решения Анатолий Собчак в своих воспоминаниях. – Надежды коммунистов на быструю реанимацию своей партии были окончательно похоронены, а создать новую монолитную партию они были уже не способны из-за противоречий во взглядах, борьбы амбиций и отсутствия лидеров, способных объединить и повести за собой тех, кто еще окончательно не разуверился в коммунистических теориях».

Материалы «Дела КПСС» были опубликованы и преданы народной огласке издательством «Спарк» несколько лет спустя, в 1996-1998 годах.

Марианна Марговская