Акции поехавшей кукухи торгуются на исторических максимумах

На модерации Отложенный

На волнах Орды заметно подлиннее рубрика «Акции поехавшей кукухи торгуются на исторических максимумах».

Дорогие друзья, у нас случилась небольшая дискуссия по следам вчерашнего материала о допуске Лорел Хаббард - мужика средних лет с психическим расстройством в виде гендерной дисфории – к участию в женских соревнованиях по тяжёлой атлетике на токийских Олимпийских играх.

И мы ещё раз хотели бы прояснить один момент, который, видим, вызывает у части современников неоднозначную реакцию.

Сейчас Орда станет гей-лобио, так что пристегнитесь, но без страпона, пожалуйста.

Мы никогда не призывали, не призываем и не будем призывать развешивать представителей сексуальных меньшинств на столбах, закапывать их заживо во рвах, высылать их на Колыму и что там только ещё не.

Мы не либерахи и не дзюбим на люстрации наших современников. Кроме того, ситуацию с показушным глобальным одобрением психических и психосексуальных девиаций в принципе рассматриваем под иным углом, чем требует воинственный цисгендерный читатель.

Вот смотрите.

Для начала, повторимся.

Гендерная дисфория, как и любое иное пограничное состояние, в которое человека загоняет его поломанный когнитивный аппарат, мечущийся между двумя биологическими полами, - это психическое расстройство.

Официально, с 2019 года, согласно МКБ-11, это не так, но исключительно потому, что понятие «расстройство» показалось составителям слишком обидным, слишком стигматизирующим.

Другими словами, коллективный (и, мы подозреваем, ангажированный) разум, столкнувшись с относительно массовой категорией людей, имеющий проблемы схожего типа, просто решил – ок, что если я просто перестану считать это проблемой и переведу её в разряд более мелких отклонений от нормы? Вуаля! – гендерная дисфория больше не психическое расстройство, а просто «состояние, относящееся к сексуальному здоровью». Это специальный новый термин в МКБ-11, созданный с прицелом как раз на гендерную дисфорию.

Логика там, в целом, понятная. Конкретная категория людей, страдающих гендерной дисфорией, на протяжении долгого времени демонстрирует повышенную склонность к самоубийствам – исследования на эту тему регулярно проводятся американцами. Так, например, в 2018 г. американская Академия педиатров выяснила, что примерно половина мужчин-трансгендеров на том или ином этапе жизни пытались совершить самоубийство. И около трети женщин.

Тема самоубийства, дорогие друзья, нифига не смешная, и если кто-то десантируется в комментарии, чтобы её лоббировать для конкретной группы – выпилим к хренам.

Самоубийство – страшная мысль. Если человек до неё, не дай Бог, доходит, значит, на определённом этапе его жизни он полностью потерял контроль над происходящим.

Как мы с вами знаем, жизнь сложная. У всех. И даже наш размеренный, казалось бы, быт в действительности весьма непредсказуем. Отдельному современнику на коротком отрезке времени достаточно получить несколько серьёзных факторов стресса – и его психика начнёт сбоить. Возможно, кого-то уволили с работы, потом от него ушла жена, с которой вместе прожили -дцать лет, вскоре после чего человек обнаруживает, что у него онкология. Бам! – ещё недавно размеренная жизнь становится полностью неуправляемой. После подобной комбинации событий человек очень долго не принадлежит себе, а всецело принадлежит обстоятельствам. Поиск новой работы требует времени и усилий. Развод – сложнейший процесс, а если в семье есть дети, то он превращается в натуральную пытку. Про онкологию не будем даже говорить.

Даже на фоне неблагоприятной наследственности, неправильного питания (оно должно быть очень неправильным), перинатальных инфекций и неблагоприятного воздействия окружающей среды стресс остаётся одним из главных факторов развития психических расстройств.

Наши организмы по-разному реагируют на стресс и запускают разные механизмы для его преодоления. Но, повторимся, это не вопрос какой-то абстрактной абсолютной устойчивости к любому виду стресса на протяжении всей жизни. Это всегда – исключительно – вопрос того, сколько (субъективно) сложных испытаний на коротком отрезке времени может подкинуть человеку жизнь. Мы можем вынести разные степени нагрузки, но в каждом случае окружающая среда может в любой момент добавить к ней новую бетонную плиту сверху.

В некоторых случаях психика человека не справляется и даёт сбой. Если процесс игнорировать, жизненные проблемы следом будут наматываться снежным комом, окончательно раздалбывая современнику скворечник, пока он в конечном итоге не докатится до мысли, что такая жизнь для него более не имеет особой ценности.

Поэтому ещё раз: самоубийство – тема нифига не смешная.

Повышенная склонность к самоубийству конкретной социальной группы вследствие развившихся проблем психического характера – нифига не смешно.

Ни один человек на Земле не хотел бы быть несчастлив. Ни один нормальный человек не пожелает себе сойти с ума, потому что это состояние отбирает у него его базовый жизненный актив – самого себя – и превращает в фактически неодушевлённый объект, жизнью которого отныне и впредь будут управлять обстоятельства и дефекты разума.

Поэтому, полагая, что гендерная дисфория является психическим отклонением, дорогие друзья, мы и не призываем к расстрелам и сегрегации. Потому что речь идёт о больных людях. Точно так же мы не призываем к расстрелам и сегрегации шизофреников, параноиков и людей, страдающих различными формами депрессии.

Потому что нельзя расстрелять глобальную проблему.

Что в этой ситуации действительно необходимо – так это своевременно выявлять склонность к патологии и своевременно начинать наблюдение и лечение.

Теперь вернёмся к современной практике показушного одобрения психических девиаций.

Задумка там понятная – попытаться доказать конкретной социальной группе, что у неё, вообще-то, нет никаких проблем, что она абсолютно нормальная. Это, по идее, должно сбить уровень внутреннего стресса и помочь целой группе адаптироваться к современным социальным реалиям. Для этого на группу кастуется иллюзия – да, конечно, Гэвин, мужчина может быть женщиной, это вполне естественно, ты не запутался в своём сознании, просто мир ещё не догнал, что никакого различия между полами на самом-то деле нет, что пол – это социальный конструкт, придуманный дремучими цисгендерами.



Подход понятный и чем-то даже похож на человеколюбивый. В конце концов, отдельно взятому Гэвину в моменте такая иллюзия действительно может помочь смотреть в будущее с чуть большим оптимизмом.

Проблема в том, что натянутая на мир иллюзия навсегда останется иллюзией. Пол – это не социальный конструкт, это биологический конструкт. Как мы писали вчера, сколько бы Гэвин ни снюхал эстрогена, он не получит женскую репродуктивную систему. И не получит женский набор хромосом.

В чём бы прогрессивная общественность сегодня ни убедила Гэвина, ему никогда не стать настоящей женщиной - отныне он навсегда будет обречён болтаться в пограничном мироощущении, не имея реальной возможности достичь желаемого результата. Он будет каждый день видеть в зеркале мужика, который пытается быть кем-то другим. Он никогда не подумает «вау, наконец-то я стал настоящей женщиной», потому что каждый день будет сталкиваться с настоящими женщинами, которые будут обсуждать естественный гормональный цикл, секс с мужчинами, роды и что только ещё не – ему недоступное.

Он никогда не станет полноценной частью женской компании, хотя его и могут туда пригласить, чтоб поглазеть на социальную экзотику.

Он впредь никогда не станет частью мужской компании – по понятным причинам.

Он в лучшем случае – если как следует подавит рефлексию – станет частью ЛГБТК+- сообщества, которое сегодня находится в состоянии перманентной войны с окружающим миром за свои права. Другими словами, добровольно вступит в угнетаемую (в том числе самоугнетаемую) группу, количество психосексуальных девиаций которой невозможно даже точно подсчитать.

Это не классная жизнь. Она невесёлая. О ней некорректно судить по развязным разряженным людям с гей-парадов.

При этом, далеко не все представители сексуальных меньшинств хотят официально причисляться к этому сообществу, выбирая более сложный, но более рациональный путь наиболее полноценной интеграции в социальную среду – без перьев в заднице, без кожаных масок и поводков на детских площадках, с работой, карьерными целями, относительно непрозрачной личной жизнью и стремлением быть счастливым или счастливой в те редкие моменты, когда это возможно.

Это не очень сильно отличается от жизни людей, которых мы с вами привыкли называть «нормальными», дорогие друзья.

И такие представители, скажем честно, на бытовом уровне в зрелом обществе, как правило, не вызывают никакого отторжения.

Культивирование ненависти к таким людям, которым очень непросто даётся соответствие нашим социальным стандартам, не делает человека более мужиком, не делает его более христианином или мусульманином.

Это делает его дебилом, взобравшимся на воображаемую баррикаду, с которой он готов без разбору обрекать и косить любого, кто от него минимально отличается. Такие люди несут куда большую угрозу построению сплочённого общества, чем те, кто старательно пытается сгладить несоответствия между финтами своей кукухи и объективной реальностью.

Наконец, ещё один момент, касающийся непосредственно глобального показушного одобрения отклонений от нормы.

Некоторое время назад мы разбирали феномен популярной американской исполнительницы Lizzo, которая собрала настоящий флеш-рояль самоидентификаций. Это такая небинарная бодипозитивная афро-американка-веганка весом в 140 кг и ростом 178 см. Да, там джекпот прям, из-за которого Lizzo сегодня очень популярна.

Тогда же мы предположили, что икона подобного вида в первую очередь выгодна гигантам потребительского рынка, экспериментирующего сегодня с собственной ёмкостью. То есть, там, где раньше был просто мужской и женский рынок, сегодня можно создавать невероятное количество дополнительных искусственных ниш – для небинаров, ожиревших, вегетарианцев и веганов (это не одно и то же) и любых их комбинаций.

Если при ответственном подходе к потребителю рынок мог бы намекать, что жрать в три горла и весить 140 кг. в 33 года – это, вообще-то, плохая затея, которая неминуемо обернётся ассортиментом хронических заболеваний уже в обозримом будущем, то безответственный капиталистический рынок просто машет рукой: да пофиг, ты же уникальна, на, съешь синнабон, запей его кока-колой, и вот тебе три кочана безглютеновой капусты. Ты же веган.

Другими словами, параллельно с музыкальной иконой создаётся икона потребления, которую можно дефрагментировать из бесконечного количества потребительских ниш – и там искать рост выручки.

Ты не просто женщина – ты бодипозитивная женщина, у нас есть товар конкретно для тебя. Ты не просто бодипозитивная женщина, ты ещё и веган – пройди в специальное кафе, которое наша транснациональная компания открыла по франшизе специально для тебя. И в каждой подобной структуре свой денежный оборот, своя клиентура, чьи потребительские хотелки, им подсказывают, могут быть максимально удовлетворены в конкретном месте – с небольшой наценкой за эксклюзивность предоставляемой услуги.

Об этом примерно писали.

А сегодня пользователь поделился мыслью, которая нам кажется интересной.

Чтобы людей проще было гнать в новые ниши, им можно для удобства поломать когнитивный аппарат, «легитимизировав» различные психические отклонения. Поженить консумеризм с поехавшей кукухой – и с полученной аудиторией уже можно делать всё, что хочешь.

Можно убедить, что пепси полезнее колы, а бургер полезнее моркови, потому что более сбалансирован. Что новый телефон деактивирует 5G-излучение. Что вакцина, вызывающая тромбоз, в долгосрочной перспективе безопаснее вакцины, не вызывающей тромбоз.

По правилам свободного рынка, которому всегда необходима экспансия, прирастать можно и нужно любой допустимой группой. С этой точки зрения, людей с психическими расстройствами (коих в мире сегодня полно), пока их не лечат и не наблюдают, куда выгоднее включить в планы расширения и, может, даже чуть сильнее их контузить, чтобы они менее критично относились к покупкам.

Это интересная мысль. Мы такое любим.

Оно неплохо объясняет, почему акции психосексуальных девиаций на мировой бирже сегодня торгуются на исторических максимумах, дорогие друзья.

[Орда] – родная, злобная, твоя

 

.