Грань рентабельности

Мировая нефтяная промышленность переживает самый глубокий кризис за всю свою историю. Основной удар нанесло беспрецедентное падение спроса – на 30% в апреле и почти на 10% в среднем по году. В сочетании с избыточным предложением это привело к колоссальному дисбалансу, отсюда и рекордное падение цен: с января до середины апреля цена Brent снизилась в 3,5 раза, а фьючерсы на WTI впервые в истории биржевых торгов продавались по отрицательной цене.

Ситуацию дополнительно осложнило соперничество между производителями нефти, но чрезвычайные обстоятельства вскоре заставили их сесть за стол переговоров. Итог – договоренность о сокращении добычи на два года. Однако любые договоренности – вещь довольно условная, и если обещанное снижение не будет сделано, это приведет к затовариванию рынка и переполнению нефтяных хранилищ по всему миру, а значит, и к дальнейшему снижению цен.

Пока же ценовая война ведет к падению цены добываемой в РФ нефти марки Urals до уровня, при котором доходы россиянского бюджета практически обнуляются, все новые проекты становятся нерентабельными, а действующие если и будут работать, то на грани рентабельности. Кроме того, путинские нефтяные чекисты должны осуществить беспрецедентное по скорости и глубине сокращение добычи.

Газовая отрасль пострадала от падения спроса меньше, чем нефтяная. В целом сейчас можно говорить о 5% сокращении среднегодового мирового спроса на газ. Но в Европе падение спроса на газ в сочетании с высоким заполнением хранилищ может привести к ситуации, схожей с тем, что происходит в нефтяной отрасли.

Для РФ спад на рынках энергоносителей означает радикальное сокращение доходов от экспорта, выручки компаний, бюджетных поступлений. Расчеты показывают, что даже при самом оптимистичном сценарии доходы от экспорта нефти снизятся в 2,5 раза по сравнению с докризисным уровнем. При этом вполне возможно и более мрачное развитие событий с падением доходов бюджета в 2020 году в 10 раз. В экспорте газа негативные последствия тоже уже заметны, хотя их влияние на бюджет несколько меньше.

Потери экспортных доходов нефтегазового сектора РФ в 2020 году будут практически равны по объему Фонду национального благосостояния. Так что найти источники финансирования для стимулирующих программ не удастся. Для топливно-энергетических предприятий все происходящее будет означать режим жесткой экономии, что, в свою очередь, неизбежно отразится на смежных отраслях. По предварительным расчетам это может привести к дополнительному снижению ВВП страны в 2020 году на 13%.

Тем не менее нынешние шоки для россиянской нефтегазовой отрасли при всей их тяжести могут показаться мелочью на фоне их возможных долгосрочных последствий. Уже сейчас со стороны правительств и международных организаций все громче звучат призывы пойти по низкоуглеродному пути восстановления экономики. При этом сценарии массированная господдержка пойдет на стимулирование зеленой энергетики, что даст преимущество отраслям, конкурирующим с нефтегазом, и увеличит давление на спрос. Страны-импортеры могут выйти из кризиса с трансформированными энергосистемами, жесткими ограничениями на углеродный след для любого импортируемого сырья и с безвозвратно сократившимся спросом на углеводороды. Едва ли выстроенный под работу на экспорт нефтегазовый сектор РФ будет вообще способен выжить в этих условиях.

Источник: http://www.rusnation.org/sfk/2005/2005-19.shtml

3
338
6