Прокуроры в стрессе

Предприниматель Иван Назаров развел прокуроров и следователей по разные стороны баррикад

Фото: РИА НОВОСТИ

Вряд ли кто-то предполагал, что обыски в столичной галерее искусств «Триумф», которые про­шли 11 февраля, перерастут в одно из самых скандальных за последние годы уголовных дел. Владельцы галереи решили, что следователи ищут поддельные картины или бумаги Бориса Березовского, оставшиеся в особняке со времен, когда там располагался дом приемов «ЛогоВАЗа». Оказалось, однако, что гостей интересовала вовсе не живопись, а снимавший там офис бизнесмен Иван Назаров.

В итоге его вместе с компаньонами обвинили в создании сети подпольных игорных заведений. Но скоро стало ясно, что Следственный комитет (СК) наметил более высокие цели — подмосковного прокурора Александра Мохова и его первого заместителя Александра Игнатенко. Следователи заявили, что именно прокуроры крышевали нелегальный бизнес и имели «устойчивые деловые связи» с Назаровым, который, среди прочего, оплачивал их дорогие заграничные вояжи.

Уровень, на котором Следственный комитет получил отпор, тоже оказался беспрецедентно высок. Постановление о возбуждении уголовного дела против Назарова отменил лично заместитель генпрокурора Владимир Малиновский, его поддержал Юрий Чайка, а лишнего пафоса ситуации добавил еще один представитель Генпрокуратуры — Андрей Некрасов, назвавший действия следователей «глумлением над Конституцией».

В связи с масштабами скандала встают два вопроса. Во-первых, насколько само дело того стоит? Во-вторых, почему перманентное, но тихое ведомственное противостояние СК и Генпрокуратуры вылилось в войну именно сейчас?

Подмосковный Лас-Вегас

Игорный бизнес в Подмосковье работает по классической схеме — прикрываясь вывесками лотерейных клубов, и он не может сущест­вовать без прикрытия. Так обстоит дело не только в Подмосковье (см. статью «Однорукие лотереи», «РР» № 33 за 2010 год). «Милиционеры из экономических подразделений “на земле” отбивают разные атаки на этот бизнес со стороны других предпринимателей или сотрудников МВД, а прокуроры в кабинетах пишут отказные по проверкам игорных залов», — описывает эту схему источник «РР» в силовых структурах. В подтверждение правдивости этой схемы следом за Назаровым и его помощниками СК возбудил дело против трех офицеров управления экономической безопасности ГУВД Подмосковья.

Иван Назаров действительно был в очень близких отношениях с руководством подмосковной прокуратуры. Глава Серпуховского района Подмосковья Александр Шестун в разговоре с корреспондентом «РР» утверждал, что «Назаров был “разводящим” между прокуратурой, чиновниками и коммерсантами».

Сам Александр Шестун считает себя пострадавшим от действий тандема Назаров — прокуроры. По словам Шестуна, в 2009 году Назаров без стеснения вымогал у него два миллиона долларов и пост главы МУП «Серпуховские недра», управляющего работой карьеров по добыче песка и гравия. При этом он назначал встречи прямо в кабинете Александра Игнатенко.

Это дело прогремело, когда Шестун записал все разговоры на диктофон и выложил записи в интернет, сопроводив их видеообращением к президенту. А чуть позже, в конце 2010 года, серпуховские депутаты прямым текстом писали в Генпрокуратуру, что «все игорные заведения города Серпухов как работали, так и работают… практически под крышей прокуратуры».

Таким образом, очевидно, что при желании обвинить подмосковных прокуроров в сомнительных связях можно было еще и год, и два назад. Но произошло это сейчас. Потому что началась решающая битва за то, что будет считаться главной структурой в иерархии следственных органов.

Бастрыкин бьет первым

Напомним, что Следственный комитет был создан в рамках Генпрокуратуры еще в 2007 году. Глава СК Александр Бастрыкин считался подчиненным Юрия Чайки, но борьба за лидерство развернулась уже тогда. До определенного момента следователи и прокуроры вели «бумажные войны», назло друг другу утверждая уголовные дела или отказывая в их возбуждении. Яркий пример — дело генерала ФСКН Александра Бульбова. Следственный комитет упорно удерживал Бульбова под арестом, а подчиненные Чайки этот арест постоянно оспаривали.

Борьба правоохранителей имеет и личностно-бытовой аспект.

Например, штаб-квартиры ГСУ СК по Московской области и подмос­ковной прокуратуры до сих пор находятся по одному адресу. И ходят эти люди, обвиняющие друг друга в крышевании и в коррупции, по одним и тем же коридорам.

— Отношения на местах между работниками следствия и прокуратуры очень непростые, — признался «РР» один из сотрудников московского СК. — Доходит до смешного. Межрайонный прокурор своего бывшего первого зама, который теперь стал главой независимого следственного отдела, выживает из кабинета. И выделяет ему комнату в пять метров на последнем этаже. Люди из-за этого ругаются, перестают здороваться и вообще разговаривать вне официальной обстановки…

Эти ссоры достигли такого накала, что в 2008 году двух силовиков пытался помирить президент, вызвав их к себе на совещание и объяснив, что они делают одно дело. Но 2010 год показал, что теперь в Кремле ставят на Бастрыкина.

С принятием нового закона «О Следственном комитете» эта структура вышла из подчинения генпрокурора и стала полностью самостоятельной. Причем по первоначальному проекту закона прокуратура лишалась практически всех рычагов контроля за СК. И только в последний момент депутаты Александр Хинштейн и Геннадий Гудков внесли поправку, которая давала прокурорам право отменять постановления следователей о возбуждении уголовного дела. Отсутствие такой поправки делало СК, по мнению Геннадия Гудкова, «никому не подконтрольным суперведомством».

Но, судя по нынешним событиям, с мечтой возглавить суперведомство Александр Бастрыкин не расстался. И помочь ему в этом должно именно дело подмосковных прокуроров. Посыл ясен: все прокуроры на местах должны понять — против тех, кто будет ссориться со Следственным комитетом (читай: слишком часто пользоваться надзорными правами), могут быть выдвинуты примерно те же обвинения, что и против подмосковных прокуроров. «Ну, все, будем теперь прокурорских щемить» — так в разговоре с «РР» выразил общее настроение следователей один из сотрудников СК.

В конфликт пришлось вмешаться Дмитрию Медведеву. В понедельник на Всероссийском координационном совещании руководителей правоохранительных органов Юрий Чайка имел возможность апеллировать к президенту — не публично, в кулуарах. И президент немного осадил Следственный комитет. «Нельзя делать выводы о виновности до решения суда, — сказал он, имея в виду заявления представителей СК о причастности прокуроров к “крышеванию”… — Тот, кто будет в этом замечен, будет уволен». И тут же уволил замдиректора ФСБ Вячеслава Ушакова «за допущенные недостатки в работе и нарушение служебной этики». Он курировал работу Центра общественных связей ФСБ, который первым сообщил о связи подмосковных прокуроров с организаторами нелегальных игорных заведений.

Впрочем, позиции следствия все равно сильны. Оно уже нашло новый компромат на прокуроров, увязав их с уголовным делом о махинациях с подмосковной землей. Генпрокуратура вынуждена была отстранить от работы Александра Мохова и Александра Игнатенко на время проведения служебных проверок.