ЕХИДНЫЙ DOUGLAS: ЛИБЕРАЛИЗМ. БЕЛАЯ ГОРЯЧКА.

На модерации Отложенный

Принято считать, что в основе либеральных ценностей лежит стремление защитить права меньшинств. Любых! Этнических, религиозных, сексуальных, политических и т.д.

Во всяком случае, именно это открыто провозглашают и наши, и зарубежные носители либеральных взглядов.

Однако, такое определение либеральной идеологии будет неполным. Оно нуждается в одном крайне серьёзном дополнении или, если угодно, уточнении. И с учётом этого дополнения идеология современного либерализма будет одновременно и предельно чётко выражена, и, благодаря этому уточнению, окажется своей полной противоположностью.

 

 

 

 

Итак, сформулируем теперь либеральную идею в её нынешнем выражении с учётом необходимого уточнения:

Либерализм - это стремление защитить права меньшинств за счёт прав большинства.

И докажем это на практике.

В России это предельно отчётливо демонстрируется на примере гомосексуализма.

Итак, гомосексуалисты и трансгендеры - абсолютное меньшинство. Подавляющее большинство людей придерживаются традиционной ориентации. И этому большинству проблемы гомосексуализма не интересны и не важны. Примерно так же, как мне, например, грамматика корейского языка или подводный мир в районе Большого Барьерного рифа.

Это вовсе не означает, что я не люблю корейцев или обитателей морских глубин! Мне просто не интересны эти проблемы! У меня есть другие, более важные для меня.

Конечно, я не призываю к уничтожению корейцев или креветок с моллюсками в Тихом океане! Нет! Я говорю только о том, что мне это не интересно! И моё законное право состоит в том, чтобы интересоваться другими вещами и тратить на них своё время.

Но либеральная общественность против моей воли и моего желания навязывает мне силой свои убеждения! Она заставляет меня "вникнуть в бедственное положение геев".

А я не желаю! Ещё раз повторю мысль, которая здесь очень важна:

У меня нет ненависти к гомосексуалистам. И любви нет. Они мне БЕЗРАЗЛИЧНЫ! ПОЛНОСТЬЮ! Они не входят в круг моих интересов, и я не желаю тратить на них своё время.

Мне совершенно не интересен гей-парад. Он мне не нужен! Более того, я не понимаю необходимости такого парада. И почeму он называется "парадом гордости", я тоже не понимаю.

Вот нет парада людей, страдающих плоскостопием.

А ведь они тоже страдают из-за этого. Их не берут в армию! А они хотят. Дискриминация? В некотором смысле - да. Но на парад протеста они не выходят.

Люди с синдромом Дауна абсолютно безвредны, они генетически добры, предельно исполнительны. И, тем не менее, они сильно обделены судьбой. Им не устроиться на работу, не получить образование и многое другое.

Но на демонстрацию протеста они тоже не выходят. Хотя есть немало подонков, которые насмехаются над несчастными, дразнят их и издеваются над ними.

А вот геи - выходят! Они что - более несчастны, чем люди с синдромом?

Выходя на свои парады, геи, поддерживаемые либеральным сообществом, силой предлагают себя остальному миру! Ведь они делают это за пределами своих постоянных мест обитания.

В итоге мне силой навязывают чуждые для меня ценности, мне приходится лицезреть то, что мне совсем не хочется. Мои права нарушены в пользу меньшинства. И я раздражаюсь. Я недоволен. Это вмешательство в мою личную сферу.

И если такие попытки продолжаются и дальше, то моё раздражение и недовольство легко перейдут в ненависть.

Другой пример. США.

Известно, что в Америке существует довольно значительный процент негритянского населения. Есть абсолютно выдающиеся афроамериканцы! Спортсмены, музыканты, деятели культуры, науки и бизнеса. Их имена знает весь мир. Но известно и то, что подавляющее большинство афроамериканцев либо с огромным трудом, либо вообще никак не интегрируются в общество, оставаясь навеки на криминальном, маргинальном уровне развития. Они с огромным трудом учатся в школе, обычно не работают, ведут асоциальный образ жизни. Районы их проживания именуются гетто. Они выглядят чудовищно. Проблема ли это? Да! Надо ли её решать? Да! Но её решают в США за счёт белого большинства. Афроамериканцы пользуются в Штатах колоссальными правами и преимуществами по сравнению с белыми. Они на льготных условиях учатся в школе, поступают в ВУЗы, их берут на работу быстрее, чем, белых, хотя, как правило, их уровень подготовки значительно уступает уровню белого соискателя. Эти и многие другие преференции не только развращают афроамериканцев и прививают им чувство безнаказанности, но и приводят к ухудшению качества работы, услуг или конечного продукта. И неуклонно повышают в среде белого населения чувство раздражения, которое всё чаще приводит к вспышкам ненависти.

Европа.

Европа - родина мирового либерализма. В некоторых странах, таких, как Франция, Скандинавия, Нидерланды, Бельгия, тезисы либерализма стали практически конституционной основой этих государств. Они защищаются уже не либеральными общественными кругами или отдельными политическими деятелями, как в Америке, а всей мощью государственной машины и всей силой пропаганды.

И с точки зрения современного европейского либерализма массовая иммиграция африканцев и арабов в Европу есть процесс правильный, нужный и гуманный. Они же - меньшинства! Их надо защищать! И плывут в Италию или Испанию лодка за лодкой, набитые людьми, которые с точки зрения либеральной Европы являются несчастными и обездоленными, а с точки зрения обычного белого европейца - дикарями, полностью незнакомыми с ценностями европейской цивилизации и потому заведомо неспособными к интеграции в неё.

И практически в каждой такой лодке сидит кто-то, кто однажды наедет своим грузовиком на гуляющую толпу и убьёт очередные десятки людей. И убьёт даже не потому, что он исламистский фанатик, а потому что он будет закономерно отторгнут европейским обществом, как человек, неспособный влиться в него ни в профессиональном, ни в образовательном, ни культурном, ни в религиозном смысле. В итоге он прибудет в Мадрид, Париж или Брюссель, осядет на дно в какой-то этнической общине, будет торговать наркотиками, заниматься кражами и грабежами, возненавидит весь мир вокруг, и, наконец, взорвётся в толпе или бросится с ножом на прохожих.

Всё сказанное совсем не так просто, как это может показаться на первый взгляд.

Вернёмся в Россию.

Я - обычный русский человек, я приучен поколениями моих предков к тому, что педерастия - зло. Вон, даже книга Библия говорит о Содоме и Гоморре! А я человек верующий, хожу в церковь.

Или - не верующий и не хожу, но всё равно бесконечно далёк от тех, кого столетиями привык нзывать извращенцами.

Я не хочу их бить или убивать, я не собираюсь с ними бороться! Я просто не хочу их видеть рядом! Они мне не нужны! Но они, с подачи громких либеральных голосов и с поддержкой государственных структур всё активнее лезут мнe на глаза. Чем это закончится? Тем, что я стану радикалом! Даже против моей воли! Кто в этом виноват? Гомосексуалисты? Нет! Они не виноваты, что такими родились! Виноваты те, кто их поддерживает, кто заставляет меня терпеть их вопреки моим взглядам! И в итоге дело кончится именно тем, чего не хотят либеральные круги - насилием!

Америка.

 

Меня зовут Джон. Я родился где- нибудь в Кентакки или в Джорджии. Я американец в десятом колене. Мои предки пасли мустангов или воевали с индейцами, но никак не были связаны с рабовладением! Наоборот, воевали в составе северян в ходе Гражданской войны. Я сам никак не повинен в проблемах чёрного населения Америки. Я вовсе не расист! Я обычный белый работяга!

Но в школе, где учится мой сын, появилось некоторое количество чёрных школьников, в результате успеваемость резко упала, учитель уделяет им гораздо больше времени, чем моему сыну, сами афроамериканcкиe школьники откровенно издеваются над их белыми одноклассниками, провоцируют их на драки, а когда приезжает полиция, выясняется, что во всём виноваты белые дети, потому что привлекать чёрныx - политически некорректно. Предподавать в школе "Тома Сойера" или "Унесённые ветром" - тоже.

Но я принадлежу к белому большинству! Почему я обязан терпеть все эти вещи? С какой стати мои права нарушены?

Я не расист! Но я люблю Америку и уважаю её историю! И для меня одинаково дороги и герои Южан, и Герои Северян. Почему одни памятники можно сносить, а другие нельзя?

Или америкaнцы делятся на два сорта - первый и второй? А какого я сорта, если мне всё это не нравится? Второго? Тогда я достану Винчестер и докажу, что я не второсортен. Что это моя страна, и никто не имет права диктовать мне, как я должен к ней относиться. И кто будет виноват в этом конфликте? Негры? Нет!

Виноваты будет те, кто отобрал у меня мои права и отдал их другим.

Европа.

Меня зовут Ганс или Жан. Или ещё как-нибудь. Я тут родился в двадцатом поколении! Я привык есть свинину, запивать её пивом, ходить в церковь и праздновать Рождество и Пасху.

Я привык, что женщины ходят в коротких юбках, и мне нравится на них смотреть.

Ещё я привык к Рембрандту, Моцарту, новогодним ярмаркам и поездкам заграницу в отпуск.

Я так жил всю жизнь. И мои предки тоже.

И я любил ездить куда-нибудь в Марокко или Тунис за экзотикой. Катался там на верблюдах, ел плов или кускус, покупал сувениры и уезжал довольный. И местные люди мне очень нравились.

Но я ни за что на свете не захотел бы жить там постоянно! И не потому что там плохо, а потому что там - всё другое! Другая культура, другя мораль, другая еда, другая религия.

Приезжать в отпуск - ДА! Жить там постоянно - НЕТ! У меня есть свой дом: Германия, Швеция, Норвeгия, Франция и т.д. И мне хорошо тут!

Будучи человеком европейской культуры, воспитанным на идеях Просвещения и Гуманизма, я абсолютно не возражаю, если рядом со мной будут жить несчастные беженцы из других стран, и я буду помогать им всем, чем могу, чтобы облегчить им врастание в моё общество, в мою культуру и моё мировоззрение. Но с одним условием - если им эта помощь нужна!

Но вместо несчастных беженцев, я вижу орды абсолютно чуждых мне людей, диких, грязных, агрессивных, жадных до моего дома, моей семьи и моих денег, людей, которые в принципе не желают никакой помощи, кроме одной - финансовой!

Они не желают ни учить мой язык, ни ходить в мою церковь, ни есть мою еду, ни праздновать мои праздники. Они не желают жить со мной моей жизнью! Наоборот, они принуждают меня к тому, чтобы я жил их жизнью, болел их проблемами, молился их богам и разделял их ценности.

И за их спинами стоят мои собственные немецкие, французские или бельгийские парламентарии! Мои собственные президенты и премьер-министры!

Почему? Кто из нас сошёл с ума?

Я, немец или француз, который хочет сохранить уникальную неповторимость своей страны, или моё правительство, которое хочет её уничтожить ради диких идей тотального гуманизма, такого же фантастически абстрактного, как способность вот этих марроканских юношей стать английскими аристократами:

Ехидный Douglas: Либерализм. Белая горячка.

Но это моя страна! У меня нет другой! И если я не хочу жить в Марокко или Тунисе, то почему этот Тунис или это Марокко пришли жить ко мне?

Я не виноват в их проблемах, я не воевал там! Я не имею никакого отношения к проблемам ислама. Тогда почему я страдаю? У себя дома! За что?

Но мало того, что они не желают жить здесь по моим правилам! Они убивают моих сограждан! Невинных людей! За что? Кто создал эту проблему?

Кто превращает меня, мирного европейского обывателя, в нациста, в радикала, который готов взять оружие в руки для защиты моего дома?

Все явления, описанные здесь, происходят в мире одновременно, практически одномоментно. И есть некая злая ирония в том, что в одно и то же время из администрации Дональда Трампа уходит Стивен Бэннон, называемый либеральной прессой "ультраправым", рушатся памятники конфедератам и гибнут люди в Барселоне, за тысячи километров от Вашингтона, под колёсами очередного "беженца", которого встречала с распростёртыми объятиями сошедшая с ума либеральная Европа.

Но ирония не только в этом, она в том, что "ультраправый" Бэннон - сущий либерал и миротворец по сравнению с теми, кто скоро обязательно придёт к власти и за океаном, и в Европе.

Направление этого пути уже указано Андресом Брейвиком. И новые брейвики в США и Европе абсолютно неизбежны, потому что альтернатива им - гибель современной цивилизации.

И не арабов или негров, а вполне приличных с виду белых господ будут вешать и расстреливать точно так же, как это делал сам Брейвик, за то, что они сотворили с миром в своей безумной белой либеральной горячке.

Не гомосексуалисты или мусульманские дикари, а белые цивилизованные люди, любители прав, свобод и демократии без границ, специалисты красиво рассуждать и вкусно и изысканно поесть и попить, рождают фашизм.

Правда, в полном соответствии с сутью либеральной натуры, они обязательно перекрасятся и немедленно отрекутся от своих взглядов при виде виселицы.

Но это уже совсем другая история.