О толерантности и примирении

В медицинском смысле — это швах, т. е. организм не способен сопротивляться, о чем многие знают. Наверное, наиболее точно данный термин можно перевести именно как «непротивление». Но, велик и могуч русский язык, у нас есть еще одно слово: «примирение». Насколько мне известно, это слово из того же набора, что и «справедливость», «честность», «совесть», т. е. отсутствующие понятия в других языках (как минимум, в европейских).

Отличие «примирения» от «непротивления» русскому человеку объяснять не надо. Все просто: я могу примириться с твоей инаковостью, если ты примиряешься с моей обычностью. Все, не надо никаких законов, никаких требований и деклараций. Примирились — и отлично, пошел дальше каждый своим делом заниматься. Собственно, именно на этом и была построена вся история России и русских. Пришли на новые земли — о, блин, человеки тут какие смешные, ладно, пусть остаются, мы про них потом анекдоты сочинять будем, а еще научим писать, чтоб культуру свою сохранили, иначе про кого анекдоты-то будут? 
 

 

 

Толерантность — это прямая противоположность «примирению». Грубо говоря, если к тебе в дом пришел грабитель, то ты должен сам ему вынести ценности, поднять руки и извиняться все время, что он насилует твою жену или сына. Примирение — дает возможность врезать в морду, если тебя что-то не устраивает, после чего разрешить проблему полюбовно или не очень, и снова жить прежней жизнью. Непротивление такой возможности не дает. Тот, кто «толерантен» - должен принимать все, что ему суют и благодарить, и каяться, что он не такой, а вон какой.

Рассмотрим бытовую ситуацию. Допустим, у вас сосед — гей. Он таскает из клуба мальчиков и крайне любит обжиматься с ними у подъезда или на лестнице, где его видят дети и люди, не приемлющие подобных отношений. Толерантный человек постарается объяснить себе и своей семье, что это нормально, что нельзя ущемлять права другого человека, что это его выбор, что… Примирительный (корявое слово, но в данном случае сойдет) постарается донести до соседа, что его амурно-гламурные дела не должны из алькова даже в подъезд выходить.

Не поймет — придется побить мутанта. И бить, пока или не поймет, или не съедет. Если поймет — больше ему слова никто не скажет, пальцем не ткнет. Все живут в мире.

И вот еще проблема толерантности — идея покаяния. Ее навязывают с особы усердием. Перед неграми, пидарасами, беженцеми, кем угодно — надо каяться. Постоянно. Встал с утра — поймал негра и покаялся. В обед отловил лесбиянку — покаялся. К ужину помыл ноги десятку арабских беженцев в качестве покаяния. Кайся, кайся и кайся, особенно если ты белый гетеросексуальный мужчина, женщине поблажка будет за наличие вагины.

А что такое покаяние, особенно, если оно прописано в рамках закона, а не по движению души? Это унижение. Человек должен чувствовать себя униженным и виноватым, постоянно, всегда. Такой человек легко управляем и ему можно навязать все, что угодно, сказав, что если не примет — станет изгоем и будет каяться в тысячу раз больше. Кто же захочет еще большего унижения от пидараса или негра? Никто. Вот и шагает толерантность семимильными шагами.

Примирение, в отличие от толерантности, не предполагает унижения кого-то. Оно предполагает, что каждый остается с миром в душе и проблема уходит. Но нет, необходимо же нас, русских заставить каяться, заставить унижаться, стать толерантными. Проблема только в том, что нет народа, перед которым нам стоило бы каяться, нет прослойки общества, которая была бы столь ущемлена в своих правах, что необходимо было просить прощения. Я не говорю о либерастной общественности и прочем, я говорю об истории: не было и нет в русской истории ситуаций, когда возникла бы ситуация в последующем покаянии.

Русскому не нужна толерантность, это яд для него. Русские живут в мире и он готов примириться с кем угодно на равных условиях, потому что только так — справедливо.