Дмитрий Быков: У РАН есть шанс

Но причина, конечно, глубже. Видимо, Владимиру Путину хотелось бы иметь совершенно ручную академию, а она пока еще позволяет себе иногда голосовать так, как хочется ей, а не так, как хочется одному из представителей президентского круга. А может, Фортов прогневал начальство чем-то иным – мы же ничего не знаем. Но пока Фортов обследуется (это мягкая форма отставки), исполняющим обязанности главы РАН назначен физик Валерий Козлов.

Когда-то мне уже случалось говорить о том, что РАН не вправе рассчитывать на горячий общественный интерес и защиту: сама она поразительно мало сделала для защиты науки от лженауки, не возражала церковникам, когда они ломились в школу, не протестовала, когда обсуждались ворованные диссертации, и не возражала министру культуры, когда он ставил миф выше истории, – словом, тем, кто дистанцируется от серьезной общественной дискуссии, нечего и ждать, что общество вступится за них.

Когда-то о глубоком кризисе академии и о необходимости ее реформирования писал бывший (а тогда будущий) министр образования Ливанов (совместная статья Константина Северинова, Сергея Гуриева и Дмитрия Ливанова «Шесть мифов Академии наук» появилась 8 лет назад в «Эксперте»). Из статьи этой, в общем, явствовало, что РАН давно стала священной коровой и перестала быть средоточием интеллектуальной элиты.

И мне, и другим осторожным критикам РАН как институции яростно возражали тогда многие, в особенности фундаменталистка Елена Чудинова, – и это, кажется, самое верное доказательство моей правоты: пока ты бесишь Чудинову, всё у тебя в порядке. Мне кажется, сегодня у РАН есть шанс довольно быстро вернуть себе и прежний статус, и общественный интерес, и авторитет: стоит ей на выборах руководства, предстоящих не позднее 20 ноября, проголосовать независимо и выбрать в руководители человека, у которого будет собственная позиция. И только.

Сегодня вообще интересный момент. Все так называемые духовные лидеры, все сколько-нибудь заметные деятели науки и культуры начинают понемногу отстраняться от власти, понимая, что она скомпрометирована гораздо глубже, чем Брежнев и Черненко; люди начинают задумываться о будущем, а в этом будущем благодеяния нынешней власти будут скорей компрометировать их, нежели обеспечивать финансирование и безопасность.

В Академии наук всегда понимали, что власть временна, а ценности вечны – потому и не лишали Сахарова звания академика. И если сегодня некий кризис наметился даже в самой тихой и, в сущности, замшелой отечественной институции – это тоже любопытный признак. Не знаю, как там у них с цитируемостью, а с чутьем все неплохо