Россия утрачивает инициативу в Сирии?

На модерации Отложенный

Ситуация в Сирии вновь деградирует. Армия Асада оказалась неспособна развить успехи, достигнутые при поддержке российских ВКС. Союзники Дамаска несут серьезные потери. На этом фоне Турция и Саудовская Аравия демонстрируют уверенность и готовность резко активизировать свои действия, а Вашингтон настаивает на четких временных рамках для достижения политического урегулирования. Все эти факторы способны в значительной мере обесценить успехи российских действий в Сирии, ограничить поле для маневра.

Россия утрачивает инициативу в Сирии?

Фото: AP

Освобождение Пальмиры от ДАИШ стало кульминацией успехов сирийской армии при поддержке ВКС России. Сразу после нее сирийское командование объявило о подготовке наступлений на других фронтах, в частности на Дейр-аз-Зор, Алеппо, что должно было стать прелюдией к штурму Ракки ("столицы" ДАИШ).

Однако все пошло не так. Вместо активных наступательных действий, силы Дамаска оказались скованными в Алеппо, где развернулись жестокие бои, жертвами которых стали сотни мирных жителей. Трагедия в Алеппо оказалась в фокусе внимания мировых СМИ и политиков. В результате стратегический план "победного наступления" был сорван. Армия Асада снова была втянута в изматывающие схватки вокруг крупных городов в различных частях страны и фактически утратила инициативу, которая, казалось, была у нее в руках после Пальмиры. "Наступательный потенциал сирийской армии полностью исчерпан", — констатировал в интервью Pravda.Ru специалист по Ирану и Ближнему Востоку Игорь Панкратенко.

Если это действительно так, то получается, что реальная боеспособность сил режима весьма мала и эффективность их действий практически полностью зависит от поддержки со стороны союзников: РФ, Ирана и ливанской "Хезболлы". Но Россия уже вывела значительную часть своего контингента. Судя по развитию ситуации, она перестала оказывать ту активную и действенную поддержку армии Асада, что была раньше.

Что касается иранцев и "Хезболлы", то они понесли в Сирии весьма тяжелые потери за последнее время. Точных денных об этом нет, но в западной и арабской печати говорилось о сотнях убитых бойцов и инструкторов из ИРИ, а главное — о гибели множества командиров из элитных частей Корпуса стражей Исламской революции (КСИР). "Хезболла" же потеряла одного из своих высших руководителей Мустафу Бадреддина, убитого под Дамаском. Для группировки это очень существенная утрата, способная привести к изменению в ее политике.

На этом фоне террористические силы, прежде всего ДАИШ, выглядят гораздо бодрее. Исламисты оказались отнюдь не сломлены и развернули контрнаступление. К сожалению, речь идет даже о боях вокруг все той же многострадальной Пальмиры. Успешно действуют они и в других районах в центре Сирии, и на севере страны, у турецкой границы, устраивая регулярные ракетные обстрелы сопредельной территории.

Это обстоятельство, а также ряд терактов, совершенных в турецких городах и взятых на себя исламистами, дали президенту Турции Эрдогану основание утверждать, что ДАИШ атакует его государство и оно теперь имеет право на ответные меры. Заметим, что из риторики Анкары исчезли сирийские курды, против которых Эрдоган еще совсем недавно грозился защищаться всеми доступными средствами. Теперь его враг номер один — ДАИШ.

Такая корректировка позиции открывает перед Эрдоганом широкие возможности для инициативных действий в Сирии.

Ему нужна максимальная самостоятельность на сирийской сцене. И он вполне может добиться ее, ведь он уже почти заставил Европу признать, что Турция — единственный гарант решения проблемы беженцев. Он действительно приостановил их поток. Теперь ему нужно убедить Запад в своей способности решить проблему Сирии в целом, включая ликвидацию режима Асада, разгром ДАИШ, то есть стать проводником западного сценария для Сирии. С тем чтобы в дальнейшем занять место гаранта региональной стабильности, превратив Сирию в своего вассала, как-то и было во времена Османской империи.

Очень вероятно, что ему это удастся. Если турки возьмут на себя работу на земле, Запад будет очень рад и с готовностью предоставит им воздушное прикрытие.

При этом Эрдоган не рискует оказаться в одиночестве: о своем горячем желании повоевать в Сирии настойчиво говорят, в частности, саудиты. Министр иностранных дел КСА аль-Джубейр не устает заявлять о том, что королевство направит свои части в Сирию, но только в компании с единомышленниками. До сих пор он имел в виду в основном американцев, однако нет сомнений в том, что и турки вполне сойдут. Тем более, что Эр-Рияд и Анкара объявили о создании "мусульманского антитеррористического фронта", который послужит им политико-идеологической платформой для решительного военного вмешательства в Сирии.

Тот же Джубейр открыто заявляет о намерении его страны направлять "больше летального оружия, противовоздушных и противотанковых систем" непримиримой антиасадовской коалиции. Об этом он говорил в нескольких интервью, данных во время недавних переговоров по Сирии в Вене. Западные аналитики тут же связали его слова с успехами противников Дамаска на поле боя.

Третьим игроком, способным подключиться к партии, разыгрываемой Эрдоганом, может быть Израиль. Его вполне устроит превращение Сирии в протекторат Турции, что откроет дорогу к подписанию с Дамаском мирного договора на условиях отторжения Голанских высот. С другой стороны, израильтяне наверняка найдут общий язык и с Саудовской Аравией на базе противостояния общему врагу — Ирану.

Таким образом, на фоне слабости армии Асада просматривается вполне реальный сценарий турецко-саудовского военного вторжения в Сирию при поддержке Запада и Израиля. Судя по всему, уже определен временной рубеж — 1 августа. Именно до этой даты должно быть найдено политическое решение сирийской проблемы, включающее в себя обязательное формирование переходного правительственного органа без участия Асада. На этом в ультимативной форме настаивают Вашингтон и его союзники. И именно из этого они, скорее всего, и будут исходить вне зависимости от мнения самого Асада, Москвы, Тегерана или кого-либо еще.

В этих условиях Россия оказывается в очень сложной ситуации. Перед ней почти полностью закрыто поле для инициатив. Москве придется либо заставить (именно заставить) Асада уйти к 1 августа, либо вновь начать активные боевые действия в Сирии. Президент Владимир Путин оставлял такую возможность, сказав, что выведенные из САР силы могут при необходимости вернуться. Но в новых условиях, когда Иран и "Хезболла" ослаблены, а оппозиция получит системы ПВО, повторение предыдущего успеха оказывается под большим вопросом.


Читайте больше на http://www.pravda.ru/world/asia/middleeast/23-05-2016/1301662-siria-0/