Патриотизм: тонкости перевода

На модерации Отложенный

В интернете либераствующие любят щегольнуть фразой «патриотизм последнее прибежище негодяя». Они либо неграмотны, либо являются теми самыми негодяями. Впрочем, одно другому не мешает.

Автор выражения «Patriotism is the last refuge of a scoundrel» («Патриотизм последнее спасение/может оправдать/ негодяя») - английский историк литературы Сэмюэль Джонсон (1709-1784), этой фразой хотел подчеркнуть благородство патриотизма. В статье «Патриот» (1774), которая имела подзаголовок «Обращение к избирателям Великобритании», Джонсон призывал своих читателей выбрать в английский парламент достойных людей, истинных защитников интересов своей страны, ибо «...ни один человек не может заслужить место в парламенте, если он не является патриотом. Никто другой не защитит наших прав, никто другой не заслужит нашего доверия»*. А патриот - это тот, «чья общественная деятельность определяется лишь одним-единственным мотивом - любовью к своей стране, тот, кто, представляя нас в парламенте, руководствуется в каждом случае не личными побуждениями и опасениями, не личной добротой или обидой, а общими интересами»**.



Таким образом, если не выдирать слова из общего контекста, смысл авторской фразы заключался в том, что «патриотизм может оправдать даже негодяя», для которого не все пропало, если в нем еще живо чувство патриотизма, подчиняясь которому он может совершить благое дело, благородный поступок на войне или в мирной жизни. Патриотизм - последний шанс морально возродиться, оправдать свою жизнь.

Преданный анафеме граф Толстой, переводя иностранный текст, «каким-то странным образом» сумел/захотел перевести его неправильно: из-под пера классика пацифизма вышло, что «последнее прибежище негодяя - патриотизм».

И именно эту фразу с удовольствием подхватила и с энтузиазмом разнесла на хвосте местечковая «интеллигеция».