Военачальники

  В  книге  "Солдатский  долг"  маршал  Советского  Союза  Рокоссовский   вспоминает  один  из  эпизодов  Битвы  за  Москву  где  он  командовал  16-й армией  на  Западном  фронте  под  началом  тогда  ещё  генерала  армии  Жукова.

  "К  этому  времени  бои  в  центре  и  на  левом  крыле  шли  в  10-12  км  западнее  Истринского  водохранилища.

  Само  водохранилище, река  Истра  и  прилегающая  местность  представляли  собой  прекрасный  рубеж, заняв  который  заблаговременно  можно  было, по  моему  мнению, организовать  прочную  оборону, притом  небольшими  силами. Тогда  некоторое  количество  войск  мы  вывели  бы  во  второй  эшелон, создав  этим  глубину  обороны, а  значительную  часть  перебросили  бы  на  клинское  направление. Всесторонне  всё  обдумав  и  тщательно  обсудив  со  своими  помощниками, я  доложил  наш  замысел  командующему  фронтом  и  просил  его  разрешить  отвести  войска  на  истринский  рубеж, не  дожидаясь, пока  противник  силою  отбросит  туда  обороняющихся  и  на  их  же  плечах  форсирует  реку  и  водохранилище. Командующий  фронтом  не  принял  во  внимание  моей  просьбы  и  приказал  стоять  насмерть, не  отходя  ни  на  шаг. " Маршал  Рокоссовский  объясняет, что  на  войне  входит  в  понятие - "ни  шагу  назад". "На  войне  возникают  ситуации, когда  решение  стоять  насмерть  является  единственно  возможным. Оно  безусловно  оправданно, если  этим  достигается  важная  цель - спасение  от  гибели  большинства  или  создаются  предпосылки  для  изменения  трудного  положения  и  обеспечивается  общий  успех, во  имя   которого  погибнут  те, кто  должен  с  самоотверженностью  солдата  отдать  свою  жизнь. Но  в  данном  случае  позади  16-й  армии  не  было  каких-либо  войск, и  если  бы  обороняющиеся  части  погибли, путь  на  Москву  был  бы  открыт, чего  противник  всё  время  и  добивался."  Получается, что  командующий  Западным  фронтом  своим  туполобым  мышлением  подвергал  16-ю  армию  опасности  разгрома  и  открытия  свободного  прохода  на  Москву  противника. Вместо  того, чтобы  заниматься  своими  прямыми  обязанностями  укрепления  флангов  между  соседними  фронтами  и  между  армиями  своего  Западного  фронта, где  каждый  раз  немецкие  танковые  соединения  вбивали  свои  клинья, Жуков  вмешивался  в  оперативные  дела  армий  и  дивизий  фронта, где  воевали  не  менее  его  самого  квалифицированные  офицеры  и  генералы, тем  самым  мешая  им  оборонять  свои  рубежи.  Далее  маршал  Рокоссовский  пишет:

  "Я  считал  вопрос  об  отходе  на  истринский  рубеж  чрезвычайно  важным.

Мой  долг  командира  и  коммуниста  не  позволил  безропотно  согласиться  с  решением  командующего  фронтом, и  я  обратился  к  начальнику  Генерального  штаба  маршалу  Б.М.Шапошникову. В  телеграмме  ему  мы  обстоятельно  мотивировали  своё  предложение. Спустя  несколько  часов  получили  ответ. В  нём  было  сказано, что  предложение  наше  правильное  и  что  он, как  начальник  Генштаба, его  санкционирует.

  Зная  Бориса  Михайловича  ещё  по  службе  в  мирное  время, я  был  уверен, что  этот  ответ  безусловно  согласован  с  Верховным  Главнокомандующим. Во  всяком  случае, он  ему  известен.  

  Мы  немедленно  подготовили  распоряжение  войскам  об  отводе  ночью  главных  сил  на  рубеж  Истринского  водохранилища. На  прежних  позициях  оставлялись  усиленные  отряды, которые  должны  были  отходить  только  под  давлением  противника. распоряжение  было  разослано в  части  только  с  офицерами  связи. Настроение  у  нас  поднялось. Теперь, думали  мы, на  истринском  рубеже  немцы  сломают  себе  зубы. Их  основная  сила - танки  упрутся  в  непреодолимую  преграду, а  моторизированные  соединения  не  смогут  использовать  свою  подвижность. Радость, однако, была  недолгой. Не  успели  ещё  все  наши  войска  получить  распоряжение  об  отходе, как  последовала  короткая  , но  грозная  телеграмма  от  Жукова. Приведу  её  дословно: "Войсками  фронта  командую  я! Приказ  об  отводе  войск  за  Истринское  водохранилище  отменяю, приказываю  обороняться  на  занимаемом  рубеже  и  ни  шагу  назад  не  отступать. Генерал  армии  Жуков".

  Генерал  Рокоссовский  вынужден  был  этому  командующему  подчиниться. В  результате, как  и  предполагал  Рокоссовский, немцы  прорвали  оборону  16-й  армии  перед  Истринским  водохранилищем.  Неся  большие  потери, Красная  Армия  вынуждена  была  отступить, но  уже  на  их  плечах  наступали  немцы. Противник  глубоко  вклинился  в  позиции  Западного  фронта. Жуков  в  отступлении  стал  искать  виноватых, в  том  числе  обвинил  в  неудачных  оборонительных  боях  и  самого  Рокоссовского. А  генерала  Ф.Д. Захарова  хотел  отдать  под  суд, да  военный  прокурор  в  его  действиях  не  нашёл  вины. Вот  так  командовал  Жуков. И, видимо, не  зря  после  завершения  Битвы  за  Москву  Сталин  через  повышение  по  службы, отстранил  Жукова  от  командования  фронтами  почти  до  самого  конца  войны, фактически  сделав  его  своим  посыльным  адъютантом.