Эффект дохлого Левиафана

Российский режиссер Андрей Звягинцев снял фильм «Левиафан». Если верить сообщениям в Интернете, бюджет ленты составил 220 миллионов рублей. Фильм получил несколько престижных наград европейских и мировых кинофестивалей, был признан лучшим фильмом на фестивалях в Мюнхене, Лондоне, Абу-Даби и Гоа, получил призы на фестивале операторского искусства «Camerimage» и за лучшую операторскую работу на кинофестивале в Севилье, приз Федерации кинокритиков Европы и Средиземноморья на фестивале в Хайфе, стал лауреатом американской премии «Золотой глобус» как лучший иностранный фильм. В России режиссер «Левиафана» удостоен премии «Золотой орел», лучшей актрисой года признана сыгравшая в этом фильме Елена Лядова, а Роман Мадянов получил «орла» за лучшую мужскую роль второго плана. Мировая премьера «Левиафана» состоялась в основной конкурсной программе 67-го Каннского международного кинофестиваля, где картина была удостоена награды «За лучший сценарий». Это ли не успех?

Для некоторых понимающих по-русски репатриантов, которые сменили российские возможности на израильские реалии, этот фильм стал показателем еще большего успеха – своего жизненного. Фильму можно верить, а можно и не верить, но смыслу и наполненности современной российской жизни не верить нельзя. Она такова, как есть – и о ней (правдиво ли, лживо ли – оставим этот вопрос на ваше усмотрение) рассказывает «Левиафан». Для тех, кто не смотрел, я вкратце перескажу содержание.

В маленьком северном приморском городе мэр пожелал оттяпать у автослесаря частный дом, заплатив ему в пять раз меньше, чем следовало бы. Чтобы помочь слесарю, в город приезжает его армейский друг из Москвы и привозит папку компромата на мэра. Друг пугает мэра этим страшным компроматом и связями в ФСБ. Мэр поначалу пугается, но, разобравшись, выясняет, что за этим ходатаем никто из влиятельных лиц не стоит, и прямо грозит ему убийством. Друг уезжает, предварительно переспав с женой слесаря. Слесарь узнает об этом и расстраивается. Жена, работавшая на рыбокомбинате, уходит из дому, а позже ее находят мертвой на берегу моря. В убийстве обвиняют слесаря, его сажают на 15 лет, а на месте его снесенного дома строят церковь, хотя на гражданском разбирательстве по поводу участка судья неразборчиво бубнила о строительстве на этом месте объекта инфраструктуры связи. Все актеры, кроме детей, пьют водку, и почти все ругаются матом. Извините, что коротко; но основные экономические подробности я изложил, а кто любит северные пейзажи и лица «братков» – может посмотреть фильм сам.

Искусство дает каждому человеку не более того, что он может взять. Для меня «Левиафан» – это картина о Путине и выстроенной им в России вертикали власти. Путин появляется в фильме однажды: в качестве портрета, висящего над столом мэра. И ФСБ упоминается раза два, не более, и к бесполезному компромату, который даже сам мэр признает весьма опасным, прибавится после фильма ещё страничка. И все! Вся реальная власть сосредоточена в руках мэра, который в городе самодержец – «царь, бог и воинский начальник». Но этого ли добивается российский президент и подчиненная ему команда? В этом городе нет отделения ФСБ, или есть – но нам оно неизвестно. И страшный компромат на скверного северного мэра передать совершенно некому. И в областном центре некому. И в Москве некому. В городе полуразрушенные дома, у берега ржавеющие остовы кораблей, а мэр занимается рэкетом и набиванием собственных карманов.

Разве это не угрожает вертикали власти, которую строит Путин? Эта самая вертикаль подразумевает, что простой человек будет подчиняться не первому попавшемуся на дороге вооруженному бандиту, даже если этот бандит в свободное от грабежа время сидит в каком-либо кабинете; нет – он будет подчиняться представителю государства, заинтересованного в том, чтобы люди плодились и размножались, богатели и платили налоги. Может ли государство драть шкуру с подданного? Безусловно, может, но строго по закону. Это и подразумевает вертикаль власти. И, похоже, она в России не работает. Ситуация живо напоминает так называемые лихие девяностые, против беспредела которых наша алия, как говорится, «проголосовала ногами» – то есть поднялась и уехала, оставив позади быт и квартиры, престижные работы и редкие специальности. Ничего, все новое нажили. За удовольствие не видеть таких мэров, судей, коррупционеров и «Левиафанов» пришлось недешево заплатить, но за лицезрение их можно заплатить жизнью.

Не только в России – в любой стране возможна басенная ситуация, когда «у сильного всегда бессильный виноват». Что же делать тому, кого мэром пока не избрали, вернее – не назначили? Если бы «Левиафан» снимался в Голливуде, был бы высок риск того, что сценаристы заставят обиженного пристрелить мэра. Если бы то же происходило в индийском Болливуде – пьяный слесарь и мэр перед поединком ещё пели бы и танцевали. Увы, фильм снимался в России. Если верить интервью с режиссером, опубликованному в нескольких российских СМИ, в основу сценария легла реальная история, которая якобы произошла в США. Вот что сообщил Андрей Звягинцев: «Замысел появился случайно. За столом в разговоре с переводчицей в 2008 году во время съемок короткометражной картины в рамках альманаха «Нью-Йорк, я тебя люблю». Тогда мне рассказали историю, произошедшую в Америке, в штате Колорадо еще в 2004 году, когда Марвин Джон Химейер снес несколько административных зданий в ответ на то, что власть не хотела считаться с его правом. Тогда же мне стало понятно, что эта история могла произойти где угодно. Ближе, чем Россия, для меня нет ничего, поэтому мы перенесли этот сюжет в наши реалии. А очень скоро стало понятно, что у этого сюжета есть протосюжет — история бедного Иова. Отсюда возникло название».

Обратите внимание: американец протестовал против несправедливости доступными ему методами, то есть сам сел в бульдозер и включил мотор. Он потерял дом, но высылка в Россию ему не грозила. Русский персонаж только пьет водку – и в качестве протеста, и для поддержания в себе терпения. Может быть, именно это роднит его с Иовом, потому что другое сродство с библейским персонажем незаметно; впрочем, каждый вправе сравнивать кого угодно с кем угодно. Но беда, когда чрезвычайный случай для США, ставший известным от Колорадо до Нью-Йорка именно из-за своей исключительности, превращается в России в случай типический, обыденный, повседневный и даже фактически нормальный. Если в этом северном городе к своим, к русским так относятся, то представьте себе, что могло бы случиться там с евреем! И потому наша алия в глобальном, высшем смысле оказалась-таки права. И местную вертикаль власти всем нам предстоит выстраивать своими руками. На 17-е марта намечены выборы; не забудьте сходить, чтобы выбрать во власть тех, кто вам по сердцу, кто будет отстаивать ваши интересы как свои. Это и станет лучшим эффектом «Левиафана» и лучшим на него ответом.

Рами Крим
«Новости недели»