осень Новороссии

30.09.14 Интервью с военкором Дмитрием Стешиным: «Если кому-то не хватает чистых и честных человеческих отношений, в Новороссии они обретают свое существование»

В своем интервью Пресс-центру "Новороссия" Дмитрий Стешин рассказал о патриотизме и агитации в СМИ и о том, насколько близки медийные образы Моторолы и Стрелкова к их реальным прототипам.

- Дмитрий, если бы у вас не было редакционного задания, вы бы поехали в Новороссию? Если да, то в каком качестве и почему?

- Да, думаю, практически 100% поехал бы, взял бы отпуск и отгулы за свой счет и поехал. Так многие делали. Не знаю, какой бы из меня вышел солдат, думаю, не самый плохой, раз я за последние 12 лет не пропустил ни одной войны. В противном случае, ремонтировал бы технику – у меня есть к этому задатки или занимался информационным обеспечением этой «гибридной» войны. Возможно, и жена бы поехала со мной – мы говорили с ней несколько раз на эту тему. Она чудом не приехала ко мне в Славянск в июне, с друзьями, занимающимися гуманитарной помощью Новороссии, я успел пресечь ее порыв в последние часы. Почему – вопрос очень многогранный. Но то, что на поверхности – это русофобия. Я могу понять русофобию со стороны великих наций, она логично вытекает из наших планетарных противоречий. Но я не могу принять русофобию со стороны квазигосударств, цитируя Бисмарка – «существующих лишь милостью соседей».

Первый раз я с такой русофобией столкнулся в 90-м году в Эстонии и в Риге. Я работал в археологической экспедиции, занимались топосъемкой курганных групп на побережье Балтики, и в Риге мне отказались продать хлеб в магазине. Для меня, как выросшего в Ленинграде, воспитанного на блокадной истории города, отказ в хлебе был запредельным скотством. Надеюсь, этот счет будет неизбежно оплачен, в числе остальных счетов.

- На ваш взгляд, как события в Новороссии изменили представление о России, русских людях и русской журналистике? Для самих русских и мирового сообщества.

- Мы поняли, что опять существуем и являемся народом. Общностью, способной на консолидацию. Что общество потребления не смогло уничтожить в народе пассионариев, способных на самопожертвование. Нация их прилежно воспроизводит от поколения к поколению. Открылась как явление и русская журналистика, ориентированная на Традицию, а не на Запад. Я сужу по множеству медиа-ресурсов, которые информационно воюют на стороне Новороссии. Их не было в природе еще в феврале. Война закончится, но люди, которые их делали, останутся в медийном пространстве, серьезно разбавят его собой и своими взглядами.

«Мировое сообщество» тоже сделало выводы, приятные моему сердцу. После 300 стрелковцев на Западе вспомнили, что мы отморозки, способные воевать в полном окружении голыми руками. Но то, что мы отморозки, нам никогда вслух не скажут, побоятся. И прямой войны с нами будут всячески избегать. Это цена мирного неба. Почти 70 лет нас оберегали победы предков во Второй мировой, в 2014 мы подлатали их ветхие знамена.

- Новоросия имеет свою мифологию. Вы согласны, что принимали и принимаете участие в создании образов ее героев? Насколько медийные образы Моторолы, Стрелкова и других новороссийских героев близки к реальным людям?

- Игоря Стрелкова мы с моим другом и бессменным напарником Сашей Коцем знали еще по Чечне, по Косово. Уже тогда у Игоря Всеволодовича была легендарная репутация. В Новороссии он раскрылся полностью. Не думаю, что его образ сильно ретуширован – он бессребреник, беззаветно преданный своей стране. И ради этого может месяцами спать по 3 часа в день – я считаю, что отсутствие сна - одно из самых тяжких испытаний для человека. Когда украинские СМИ писали, что «Стрелков отжимает бизнесы и джипы», у меня была истерика. Моторола образ менее глубокий, но не менее легендарный. Мы познакомились с ним возле горящей «Газели», попавшей в засаду, были с ним в окопах Семеновки, в Иловайске – это просто бесстрашный и умный воин.

В советской историографии было много таких людей, их существование среди нас ценили, фиксировали для потомков. Моторола однозначно вошел в историю. С Ходаковским я познакомился еще в мае, когда войны в Донецке толком не было, думаю он в Новороссийском пасьянсе играет роль графитового стержня в реакторе – стабилизирует бешенные процессы. В целом, сейчас еще не тот период, когда героев приходится делать «из того что было», их реальность порождает в достаточном количестве.

- Создавая образ ополчения, вы в какой-то степени занимаетесь агитацией. Вы осознаете свою ответственность перед теми, кто отправится сражаться за Новороссию?

- Мне кажется, что агитация - это когда в теплом кабинете придумываешь зажигательные лозунги и тестируешь новые типы литавр и фанфар для радио, как Геббельс. А если пишешь из окопа, это нечто другое. Пишешь, зная, что у каждого второго ополченца в телефоне интернет, и тебя читают от и до. Я не помню, чтобы приходилось приукрашивать действительность. Информационного вакуума нет, все добровольцы прекрасно знают, что их ждет в Новороссии. Скорее, это проблемы украинской стороны – противоречия между заявленным и действительностью. Общаясь с ополченцами с марта 2014 г. ( когда мы сделали первое интервью с Луганскими партизанами), я не припомню каких-то разочарований. Люди эти серьезно мотивированы идеей Русской весны или защитой своей земли от бандеровцев и фашистов. В помощь неустойчивым – достаточно серьезные дисциплинарные взыскания. Вплоть до кодирования от алкоголизма выстрелом в ногу.

Сухой закон подтверждаю, например – единственного пьяного я видел в приемном покое Славянской больнице, у него осколок между ребер торчал. С Моторолой выпивали, помню, чокались – он квасом, я – морсом. Ни разу нас не пытались ограбить, развести и так далее, не было того, о чем так любит писать украинская пресса и всякие «очевидцы третьей степени». И навсегда запомню, как ополченец с позывным Гиви закрывал Андрея Стенина своим телом во время обстрела, потому что у Андрея не было бронежилета. Если кому-то не хватает чистых и честных человеческих отношений, они там – где обретают экзистенцию, умирают и снова рождаются. В Новороссии. Вот это – агитация.

- Должен ли российский журналист быть патриотом? Как вы отвечаете на обвинения в предвзятости?

- Залог настоящей объективности журналиста, это болезнь шизофрения. По другому не получится. Другой вариант – полное отсутствие эмоций и сострадания, все усилия журналиста сосредоточены на получение гонорара и успешной продажи материала. Бог таких быстро прибирает или отваживает. Наша либеральная совесть журналистики почему-то находится в этом конфликте на стороне Украины, но любит поучать коллег, имеющих иные взгляды на происходящее. Я в этом конфликте на стороне детей, просидевших все лето в подвалах под бомбами, и тех, кто их защищает.

Тем более, о какой непредвзятости в освещении событий в Новороссии можно говорить, если нас с Сашей Коцем последовательно сделали «персонами нон-грата». Потом внесли в «список СБУ» под номерами 75 и 76, потом «заказали», дав по 100 000 гривен за голову, затем формулировку изменили на «ликвидацию при задержании», напечатали «карты смерти» с нашими портретами, как во Вьетнаме и Ираке. Наконец, зверски убили нашего друга Андрея Стенина, а труп его обобрали и сожгли. В твиттерах мы с Сашей свято храним в «избранном» тысячи призывов найти нас и убить. Тысячи! Действительно, о какой предвзятости тут можно говорить?

- Какие самые важные качества военного журналиста? Вы видите себе достойную смену среди молодых?

- Самые важные качества военного журналиста: за 30 минут в зоне боевых действий найти себе кров, интернет, друзей и прикрепиться к горячему питанию. В идеале – к трехразовому. Смена растет, конечно, мне летом в Славянске очень показался один парень-телевизионщик. Не буду его называть пока, тем более приятно, что не ошибся в нем, и в одной ситуации он проявил себя очень достойно. Не думаю, что это проблема, как рожала земля русская воинов, так и рожает. С военными журналистами тоже самое.

- Вы занимаетесь военной археологией, был ли вам полезен этот опыт в Новороссии? Можете рассказать каким образом и при каких обстоятельствах, пожалуйста?

- Из всех занятий военной археологией я вынес понимание – насколько иногда бесценно имя солдата. В историческом контексте – даже не важно, на какой он стороне сражался. Мир наступит рано или поздно, придется собирать камни, оплакивать и хоронить погибших, чтобы война по настоящему закончилась. Может быть, поэтому, работая с «трофейной» командой «Оплота» в Старобешевском и Иловайском котлах, я фиксировал на видео все именные бирки с вещей, подписную посуду и амуницию. Родственникам будет проще, когда начнут после войны искать своих.

Украинские силовики атаковали ополченцев в аэропорту Донецка
Армия ДНР ставит задачу – за сутки зачистить новый терминал.
Утром 30 сентября блокированные в аэропорту Донецка силовики атаковали ополченцев. Армия ДНР не намерена отступать. Очередная группа отправляется на штурм терминала.
– Артиллерия уже отработала, разведка уже прошла. Сейчас будем выбивать их оттуда, – рассказывает командир подразделения с позывным Гриня. – Вот и вся задача: закрепиться и удержать аэропорт. Чтобы больше там не было негодяев всяких.
Украинские «грады» били по позициям бойцов ДНР в течение всего дня. Под обстрел в очередной раз попал частный сектор. Командующий операцией по штурму аэропорта командир батальона «Сомали» с позывным Гиви решил связаться по телефону с украинским полковником, который командует 93-й аэромобильной бригадой.
– Как получилось так, что вы бьете именно по мирным жителям? Они тут при чем? Тебе не противно самому, нет? Мы все равно возьмем аэропорт сегодня, ты что, не понял? – возмутился командир батальона ДНР.
В боях за аэропорт Донецка погиб герой репортажа LifeNews – командир взвода с позывным Ялта. Когда Гиви общался с полковником ВСУ первый раз – это было утром, – он отметил, что если хотя бы один боец ДНР будет убит, то последует ответный удар.
– И он есть. Терминал обрабатывают из относительно легкого вооружения – автоматических гранатометов и пулеметов «Утес», – рассказывает корреспондент LifeNews. – На зачистку нового терминала аэропорта брошены большие силы пехоты и артиллерии ДНР.

30.09.14. Обзор ситуации от блогера Юрия "yurasumy".
"Перемирия как не было так и нет. Каждый день десятки убитых и раненых (как минимум). Ожесточением бои уступают разве что августовским. И то не намного. Хунта уже о наступлении и не думает (на это есть свои причины, о которых ниже). ВСН пользуясь этим могут концентрировать сиды для ударов, чем и пользуются.
ЛНР.
Для хунты это сейчас второстепенный фронт. Оборона по линии Северского Донца не требует больших сил, потому резервы отсюда переброшены в район Донецка. Думаю зря (а может и не зря...). Но это их решение. Северодонецк-Лисичанск-Рубежное. Этот район усиленно прощупывают силы ополчения. И не первый день. Ждем и здесь результатов, но не раньше чем в ДНР.
ДНР.
В ДНР есть изменения. Причем хунта явно или сошла с ума или все-таки Путин крепко держит Порошенка за я..а (думаю Боинг 777 здесь не последнюю роль играет). Давайте подумаем:
1. Донецкий аэропорт. Удержание позиций внутри враждебного города в виду перелома в войне (о наступлении хунта пока и не помышляет) не имееь смысла. Там сейчас реально идет мясорубка. Причем в эту мясорубку все время подбрасывается свежее "мясо". Как и при более ранних "сливах" дозированно, понемногу. Так, чтобы эти подкрепления ВСН перемалывало без особого напряга. Что оно и делает. Потери в аэропорту колоссальны, но хунта упрямо его держит. Думаю дней через двадцать Порошенко соберет очередную прессконференцию и расскажет почему Донецкий аэропорт превратился во второй Иловайск и какие части ВСУ в этом виноваты.
2. Но в любом случае после Аэропорта настанет время Дебальцево (на одновременную с аэропортом операцию у ВСН сил явно нет). Хунта и здесь решила не отступать (о причинах ниже). К уже и так огромному количеству солдат подбрасываются подкрепления. Зачем? Этот вопрос впору задавать майдановцам уже сейчас (пока не будет поздно). Очередной "слив" готовится со всей тщательностью и, учитывая действия украинского командования, неотвратимостью. Загонять без снабжения новые и новые части в котел (напомню там оперативное окружение. То есть колонна пройти может, но под обстрелом) это как-то даже не глупость. Это..... (сами догадайтесь что).
На Юге пока относительная тишина (насколько она может быть во время войны). Обстрелы, засады и прочие "прелести" малой войны.
А теперь попробую ответить на вопрос, который мне обязательно зададут. Почему такая "странная война", которая по мнению официальных руководителей Украины и не война вовсе (кстати весь мир тоже дружно кивает головой. Для них на Донбассе МИР). Мы видим продолжение банального слива, потому как есть договоренности, которые надо выполнять. И Порошенко их выполняет (линия разграничения на зиму намеченная Путиным это админграницы бывших Донецкой и Луганской областей. И этого надо как-то достичь). А так как Порошенко с прищимленными я..ми для Путина как находка, то сделать ему "алиби" первая забота кукловода (потому и погибнут еще сотни или даже тысячи солдат в районе Донецка, Дебальцево, а затем и Северодонеца со Счастьем. Увы но это так). Чем дальше тем очевиднее, что Украина отдана Западом на "усмирение" Путину. И не замечать этого могут только полные кретины, которых...... похоже на Украине еще полным полно."