Зимнее...

В глазах его страх. На мгновенье, но страх.
Он видит, он понимает – старуха…
Он даже бросит в нее в сердцах
какое-то слово, какую-то плюху…
Потом будет долго сердит на нее:
ну, как она так? Ну, зачем постарела?
Она будет молча стирать белье,
носки эти вечные, белую-серо
Рубашку его (вот не хочет, зараза,
другую купить. К этой, слышишь, "привязан")
Возможно, всплакнет.
Из нее
так много обиды готово пролиться…
Белье
Будет биться в машинке, кружиться.
И будет кружиться в ее голове
«За что это мне?»
Он выйдет курить на балкон.
Зависнет оттуда смотреть на прохожих.
На девочку юную, очень похожую,
будет смотреть...
И жечь
белым дымом дырявое сердце.
Уже никогда не суметь отвертеться
От той, что внутри…
У нее,
стирающей вечно белье,
есть родинка. Три.
И все три ненавистны.
Убить бы, забыть бы,
засыпать бы листьями имя ее.
И все…
Она не увидит его на диване.
«Понятно. Опять на балконе. И в рваных
штанах»
Его плечи,
торчащие острыми крыльями вечно
так бесят, что ах…
Пусть мерзнет теперь на балконе, дурак!
Не так
она представляла себе продолженье.
их вечной любви.
И того воскресенья, когда на коленях
ее он уснул, и лови
комаров…
Его снов
она наблюдала финалы,
когда наклонялась к нему, целовала
тихонько глаза.


Закрыты глаза, но слеза-
собака.
Он плачет от дыма. От жизни унылой
И невыносимой как драка,
где не победить.
Забыть! Как забыть эту дуру?
Ее растолстевшую как бы фигуру?
Улыбку ее?
И белье?
Он мог бы один быть – ну, что
не сумеет картошки сварить?
Он смог бы прожить…
Но одно
короткое, злое виденье,
Что нету ее, померла – и хана…
И сразу высокое сердцебиенье.
А тут и она, е-мое...
Совпадение?
Выносит свой зад на балкон.
Застиранный свой балахон
бросает на плечи его
«Того…
Там ужин готов»…
В котов
бросает он тухлый бычок,
И стоит еще долго.
Заводится где-то сверчок.
Стрекочет, как раньше, когда на балконе
Они целовались до крови, до боли…
В ее балахоне с рисунком фасоли
Есть запах вечернего моря…
Еще закурить?
Чтоб забыть?
Не,
хватит.
Пора уходить.
Он не скажет и в нервах
Что хуже всего для него —
Убраться из этого мира не первым,
а после нее,
стирающей вечно белье…

(автор Тамара Лисицкая)