Министр внутренних дел Арсен Аваков, похоже, не до конца понимает, каким специфическим хозяйством ему приходится руководить. Недавно он по привычке сделал в фэйсбуке громкое заявление о том, что уволил больше сотни милиционеров, отказавшихся ехать в командировку в зону проведения так называемой «антитеррористической операции». Ход Авакова понятен – население устало от бесполезной милиции и ждет кадрового обновления в органах. В Авакове нынче доминирует политик, но никак не функционер. Как политик он своим заявлением заработал плюс, а как функционер получил огромный минус. Адепты Майдана клюют на такие дешевые популистские трюки, а вот хитрованы-милиционеры на местах наверняка сделают выводы. Зачем им руководитель, который отправляет на убой, взамен не гарантируя ничего хорошего?! У каждого милиционера на вверенном участке своя кормушка, и он лучше выберет коррупционную синицу в руках, чем полёт на журавле над донецким небом, который может быть прерван в любой момент из гранатомета ополченцев.
Украинская милиция заточена лишь на поддержание относительного порядка на территориях, где все тихо и спокойно. Никто из милиционеров не готов морально и физически ехать воевать. Мне врезалась в память утренняя сцена 3 мая, когда в Одессе на Куликово поле согнали чуть ли не весь состав городской милиции. На моих глазах недалеко от дома профсоюзов пухлый милиционер лет двадцати пяти мучительно пытался влезть в бронежилет. Он не знал, как в него втиснуться и как правильно следует обращаться с застежками. Бедолага весь уморился и справился с задачей лишь тогда, когда ему на помощь пришел коллега лет пятидесяти. О том, как восьмипудовые опера сдают нормативы по бегу и подтягиваниям на турниках, рассказывать, наверное, не стоит. Реформирование украинской милиции надо начинать не с кадровых чисток, а с улучшения материальных условий работников. Мне запомнился разговор с участковым, состоявшийся в стенах райотдела пару лет назад. Он прекрасно знал, что я занимаюсь публицистикой и не постеснялся в своем кабинете в присутствии напарника разразиться следующим монологом:
- Коррупция говорите? А вы сможете прожить на официальную зарплату в полторы тысячи гривен в месяц? Готовы быть честным ментом и питаться одной шаурмой в день? У меня на всю жизнь желудок испорчен после этой гадости! Да, я беру взятки и что здесь такого? Система так устроена и не я её придумал!
Для украинской милиции актуальна поговорка: «Дали тебе ствол и крутись как хочешь!». Подразумевается, что низкую официальную зарплату милиционер сможет компенсировать левыми поборами.
В самом общественном договоре заложена коррупционная составляющая и возможность использования служебных полномочий в корыстных целях. И только недальновидный деятель будет обвинять милиционеров в нежелании защищать Украину – кто пойдет за спасибо подставляться под пули и минометный обстрел? Сначала должно быть увеличение белых зарплат и социальных гарантий милиционерам, а уже потом должны идти разговоры о патриотизме.
С армией ситуация другая. В вооруженных силах коррупционные потоки значительно меньше, чем в органах внутренних дел. Командиры в частях зарабатывали поборами с родителей солдат-срочников и списанием казенного имущества. Самый крупный армейский бизнес – выведение из государственной собственности и последующая продажа под застройку земель, ранее занятых воинскими частями. Если в милиции коррупционные потоки сначала поступают к низовым чинам, а потом они уже передают финансовую благодарность наверх, то в армии левые деньги поступают сразу к командирам, а низовые чины практически лишены возможностей иметь неофициальные доходы. Имущество армии уменьшается с каждым годом, и скоро разворовывать станет совсем нечего. Ровно три года назад в июне я проходил сборы в одной из воинских частей и был неприятно удивлен тамошней удручающей обстановкой. Худющий прапорщик со впавшими от недоедания скулами по три раза в день подходил ко мне с просьбой «Дай сигарету!» и никак не мог запомнить, что я не курю. Несмотря на трехразовое питание, я постоянно голодал. Рацион был ужасен – позапрошлогодняя перловая каша с червями, разваренные макароны самого низшего сорта, борщ из подмороженной и подгнившей свеклы. Питание в украинской армии не позволяет молодому человеку не то что чувствовать себя воином, готовым насмерть биться с врагами государства, а просто ощущать себя нормальным и здоровым человеком. Так кормят только дворняжек и безнадежных больных в хосписах, которым уже без разницы, что есть.
Квалицифицированные офицеры еще в девяностых годах покинули армию и ушли в охранники или, если повезло, в службы безопасности крупных фирм. Служить стране остались лишь те, кого устраивала крохотная зарплата и льготная комната в общежитии. Естественно, что не хватало средств на полноценные учения, и стрелять умеют лишь немногие из офицеров. Я помню, как на стрельбище мне выдали целых десять патронов для автомата Калашникова. Оружейщик выдавал их нехотя, как-будто это были самые последние патроны на его складе.
Если украинскую милицию еще можно реформировать в долгосрочной перспективе, то армия обречена, поскольку нет преемственности поколений и разбазарена почти вся военная инфраструктура. Я не осуждаю украинских военных, отказывающихся сейчас ехать в Донецкую и Луганскую область. Даже немедленным увеличением бюджетного финансирования не решить все проблемы армии. Профессионализм не продается в круглосуточном ларьке, а передается от более опытных старших товарищей и закрепляется месяцами изнурительной работы на полигонах. А пока украинская армия и милиция остаются лишь неэффективными структурами, состоящими из кабинетных вояк, бесполезных при практических боевых действиях на местности.
Комментарии