Экономический прогноз на 2014 год или Кризис к нам приходит.

На модерации Отложенный

 

   Риск рецессии или низшая точка

     Около 34% россиян считают, что в настоящее время страна переживает экономический кризис, еще 31% полагают, что существует угроза кризиса, свидетельствуют данные опроса фонда «Общественное мнение». На признаки кризиса указывают и аналитики. Так, индекс деловой активности (PMI) обрабатывающих отраслей России в январе снизился до рекордно низкого с июня 2009 года уровня и составил 48 пунктов. Индекс находится ниже отметки 50 пунктов шестой раз за последние семь месяцев, что свидетельствует о продолжающемся ухудшении деловой конъюнктуры в обрабатывающей промышленности, говорится в отчете банка HSBC.

 

     В ближайшие месяцы обрабатывающая промышленность столкнется с серьезным риском рецессии. Инвестиционный спрос еще не оправился, чтобы стать новым драйвером роста, отмечают эксперты банка и делают вывод: «Экономика теряет свой ключевой двигатель — рост частного потребления».

 

     Иными словами, Россию накрывает «вторая волна» кризиса.

Власти с такой оценкой, естественно, не соглашаются и проводят словесные интервенции с целью снять напряженность на рынке. Министр экономического развития Алексей Улюкаев заявил на прошлой неделе, что экономика уже прошла низшую точку. Это было в третьем квартале 2013 года, и сейчас наблюдаются обнадеживающие симптомы и в промышленности, и в сельском хозяйстве, и в экспорте, в том числе несырьевом.

«Обнадеживающие симптомы», по мнению Улюкаева, появились в III квартале 2013 года. Но в целом рост российской экономики в прошлом году, по данным Росстата, составило всего 1,3% ВВП. Между тем, первоначальный прогноз составлял 3,4% и совпал с реалиями только после трех пересмотров с понижением в 2,5 раза.

Вперед в 2009 год

В начале кризиса 2008 года министр финансов Алексей Кудрин заявил, что экономика России выйдет из кризиса не раньше 2015 года. На фоне «тучных» лет такой прогноз казался излишне пессимистичным, и в него не хотелось верить. Официальная статистика тоже не давала повода к разочарованиям.

 

Первый звонок, оповестивший о начале новой волны кризиса, прозвучал в четвертом квартале 2012 года.

С тех пор экономика России катилась по наклонной. Власти отказывались в это верить. При этом Кремль не раз подчеркивал, что для восстановления экономики и выполнения соцобязательств необходим рост в 5–6% ВВП. Сейчас власти предпочитают не вспоминать об этой амбициозной задаче. В ходу больше другой прогноз, от ВШЭ: темпы роста российской экономики в ближайшее десятилетие вряд ли превысят 3%, хотя цена на нефть (а продажа сырья — основной источник пополнения бюджета) будет расти или стабилизируется на уровне $110 за баррель эталонной марки Brent.

 

Новые автомобили не покупают

 

Наиболее очевидные признаки кризиса наблюдаются в отечественном автопроме. Как и 4–5 лет назад, сильнее всего кризис ударил по «АвтоВАЗу». В 2013-м продажи крупнейшего российского автозавода рухнули сразу на 15%, то есть в три раза больше, чем в среднем по рынку. Но дно еще впереди — так, в 2009-м спрос упал сразу на 44%.

Новое руководство автозавода в лице шведа Бо Андерсона в январе объявило о грядущих масштабных увольнениях, которые в этом году в общей сложности затронут 7,5 тыс. человек.

Похожая картина наблюдалась и в 2009 году.

Тогда руководство предприятия планировало уволить около 30 тыс. сотрудников, однако в правительстве не решились допустить столь массовых сокращений в моногороде. Тогда уволили 5 тыс. работников.

 

Еще один признак кризиса в отрасли — падение продаж новых машин. В 2013-м в России впервые за последние четыре года продажи ушли в минус. В 2009 году спрос на новые автомобили упал вдвое. Потом авторынок начал расти, а пиком покупательской активности стал 2012 год, когда в России были проданы рекордные 2,935 млн машин.

Все изменилось в прошлом году.

Если в первые месяцы рынок все еще рос за счет нераспроданных остатков, то в апреле продажи впервые за три года ушли в минус, причем сразу на 8%. Во втором полугодии кризис, охвативший авторынок, стал очевидным, и по итогам года падение составило 5,5%.

«Автомобильный рынок в России сможет выйти из кризиса только после того, как это случится с экономикой страны. Пока люди не уверены в завтрашнем дне, покупать автомобили они будут неохотно», — пояснил «Газете.Ru» ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов.

В госбанках режут зарплаты

Условий для острого банковского кризиса сейчас нет, отмечают эксперты. «Прошлому кризису 2008 года в банках предшествовали обвал на рынке РЕПО и резкое падение цен на нефть, сейчас этого нет», — говорит заместитель гендиректора «Совлинк» Ольга Беленькая.

 

И тем не менее банки сейчас находятся под натиском неблагоприятных обстоятельств.

В прошлом году прибыль компаний нефинансового сектора снижалась, у многих из них наблюдается высокая долговая нагрузка; проявились проблемы закредитованности розничных заемщиков и ухудшения качества необеспеченных розничных кредитов.

В этом году, вероятнее всего, эта тенденция продолжится на фоне замедления роста доходов населения и возможного ухудшения ситуации с занятостью (по новым данным Минтруда, численность безработных граждан в России выросла за месяц на 3,2% и по состоянию на 29 января 2014 года составила 917 139 человек).

 

Банкам все труднее увеличивать доходы при том, что исторически они работали в условии высоких темпов роста российской экономики, при росте доходов населения. Осознание, что ситуация изменилась в худшую сторону и, вероятно, надолго, потребует от банков изменения стратегий и бизнес-моделей.

Госбанки уже отчасти определились с бизнес-моделями, объявив о планах оптимизации расходов на персонал. ВТБ будет на 15% урезать фонд оплаты труда (ФОТ), а в Сбербанке планируют сокращать сотрудников, с оговоркой, что делать это будут «наиболее безболезненно».

Для частных банков новым вызовом стала активизация ЦБ по отзыву лицензий и переток вкладчиков в госбанки и банки с иностранным капиталом. К настоящему моменту лицензий лишились несколько десятков банков, а по рынку гуляет черный список банков, чья деятельность балансирует на грани. Действия ЦБ по отзыву лицензий можно воспринимать как сигнал о том, что финансово неустойчивые банки должны покинуть рынок, отмечает Беленькая.

 

Впрочем, некоторые банки видят главную для себя угрозу не в ужесточении политики регулятора, а в ситуации в сфере сырьевой торговли.

В Nordea банке, например, предусмотрен план действий на случай, если цены на нефть упадут до $70 за баррель и ниже, отмечает председатель правления банка Игорь Буланцев.

Сигналов к кризису в банковском секторе нет, но есть некоторая стагнация, вызванная отсутствием точек роста, уверена Наталия Орлова из Альфа-банка. «Пока общие настроения на рынке достаточно спокойные. Однако повышенная чувствительность к любым новостям, связанным с банками, все же наблюдается.

Причина такого внимания понятна — продолжающаяся чистка банковского сектора со стороны Центробанка заставляет людей более внимательно выбирать, в каком банке открывать вклад», — говорит Орлова.

Потребрынок не выживет без кредитов

Потребительский сектор до падения отечественной валюты был на подъеме. Но во второй половине 2014 года на рынке непродовольственных товаров начнется кризис, считает Михаил Бурмистров, генеральный директор Infoline. Доходы людей не растут, цены пошли в рост, условия потребительского кредитования ужесточаются, что неизбежно приведет к резкому снижению объема продаж. Резкое обесценивание рубля привело к массовому переводу накоплений граждан в доллары и другую относительно надежную валюту, а часть населения совершает отложенные покупки.

 

Заметных изменений на рынке продовольственных товаров пока нет. Средний класс не сокращает расходы на продукты питания.

Спокойно ведет себя и рынок недвижимости. «На рынке офисных площадей мы не видим тенденций к росту стоимости. Рублевая цена квартир может быть выше, но не выше инфляционных процессов. Многие ждут Олимпиады для того, чтобы после нее посмотреть на политическую и экономическую ситуацию. Ближе к марту тенденция будет ясна», — рассказал о сложившейся ситуации старший вице-президент Knight Frank Андрей Закревский.

Нефть и газ выше кризиса

В нефтегазовом секторе кризиса нет. Но власти недовольны, как он развивается. Глава Центробанка России Эльвира Набиуллина ранее заявляла, что действующая экономическая модель, основанная на постоянном росте цен на нефть, себя «полностью исчерпала». «Необходимо внедрять новую экономическую модель, основанную на частных инвестициях в конкурентоспособные производства», — указала Набиуллина.

 

Даже если новая модель в перспективе будет внедрена, она сможет обеспечить инвестиции в конкурентоспособные, несырьевые производства через 3–5 лет, уточнила Набиуллина. Но для введения новой экономической модели необходимо также контролировать и государственные инвестиции, добавляет Ярослав Лисоволик из Deutsche Bank. В частности, повысить эффективность распределения госрасходов и увеличить активность государства в сфере стимулирования экспорта и инвестиционной активности.

Максимального уровня нефтяные цены достигли летом 2008 года, когда котировки сорта Brent превысили $147 за баррель. Затем началось падение, и в начале 2009 года баррель стоил уже около $43. Мировые финансовые структуры старались погасить свои потери от кризиса и выводили средства из нефтяного сектора в кэш, для чего начали спекулятивную игру на понижение, и цена барреля рухнула.

Однако впоследствии стоимость барреля подросла, и уже к маю 2009 года котировки пробили барьер в $60. В последние месяцы стоимость нефти держится возле отметки $110.

«Наш прогноз на 2014 год — $97 за баррель, — говорит Ярослав Лисоволик. — По сравнению с нынешним уровнем это падение, но не критичное, оно не сможет радикально повлиять на макроэкономическую картину как в мире, так и в России».

Серьезное негативное влияние на сектор, по словам Лисоволика, окажет лишь падение нефтяных котировок ниже $80.

 

Эксперт отметил, что снижение цены на нефть в текущем году будет связано не со снижением спроса, который, по прогнозам, наоборот, возрастет, а с увеличением предложения на мировом рынке. «При этом мы прогнозируем ускорение мирового экономического роста с нынешних 2,7 до 3,7%, — говорит эксперт. — Это поддержит в том числе и Россию».

«Рост отстающей страны»

Макроэкономический прогноз для российской экономики до 2030 года в январе попытались дать участники Гайдаровского форума. Итог не оказался шокирующим:

достоверный прогноз в условиях нынешней турбулентности на глобальных рынках просто невозможен.

Но, скорее всего, рост российского ВВП в ближайшие полтора десятка лет будет ниже роста мировой экономики. «Если сохраняется бюджетное правило, то при нынешней мировой конъюнктуре рост российской экономики составит всего 2–3%. Это рост отстающей страны», — говорил на форуме замминистра экономического развития Андрей Клепач.

В ноябре прошлого года Минэкономразвития предположило, что до 2030 года рост ВВП не превысит 2,5%. Это консервативный прогноз, который теперь считается базовым. Мировая экономика при этом, по прогнозу Всемирного банка, вырастет уже в этом году на 3,2%. Заведующий лабораторией «Макроэкономика и финансы» Института Гайдара Алексей Ведев вспомнил, что в одном из прогнозов от 2007 года было указано, что рост ВВП России к 2020 году составит 6% при стоимости нефти $60 за баррель. «Все в этом прогнозе оказалось не так: нефть стала стоить выше $100, а экономика ушла в разы вниз», — сказал Ведев.

По прогнозу ЦМЭИ Сбербанка, в ближайшие пять лет рост ВВП составит 2,2–2,3%.

«Но если ничего не делать, то и рост в 2% покажется желанным», — предупредила Юлия Цепляева, директор Центра макроэкономических исследований Сбербанка.

 

Политика накопительства, а не развития — вот основная причина замедления роста ВВП, отмечают эксперты ВШЭ. Тормозят рост недостаток инвестиций, падение промпроизводства, замедление потребительского спроса. Из внешних факторов ключевой — медленное восстановление спроса на сырье на глобальных рынках. Но основная причина — отсутствие институциональных реформ в самой России, считают эксперты.

Чтобы стимулировать рост, правительство должно использовать классический набор средств: улучшать инвестклимат, снижать административные барьеры, провести судебную реформу, вывести государство из тех секторов экономики, где оно неэффективно, подчеркивают эксперты.

Инструментарий давно известен, эксперты говорят об этом не один год, но реальных шагов в этом направлении нет.

Нельзя не учитывать и психологический фактор. Если спад продолжится, то бизнес может запаниковать и ситуация будет напоминать 2008–2009 годы. А если компании начнут увольнять работников и прекратят инвестировать, как это было в дни кризиса, то о положительной динамике ВВП можно забыть.

 

Есть надежда, что Олимпиада в Сочи даст хотя бы временный стимул к росту потребления. Впрочем, источник «Газеты.Ru», близкий к администрации президента, не исключает, что после проведения Игр компании, которые по рекомендации властей были вынуждены возводить олимпийские объекты на заемные средства, могут объявить дефолт по кредитным обязательствам перед банками. «Содержать все эти горки, катки и трассы у них нет средств, и в итоге спортивная инфраструктура перейдет на баланс Внешэкономбанка, выступавшего гарантом по обязательствам либо выдававшего кредиты», — отметил источник. Впрочем, буквально накануне вице-премьер Дмитрий Козак заявил, что ВЭБ не будет требовать с инвесторов возвращения кредитов по Олимпиаде в Сочи и процентов по ним аж до осени 2015 года.

Пока резкое замедление темпов роста экономики не стало для властей достаточным поводом для проведения структурных реформ.

Но, по словам источника, правительство придет в чувство только при шоковом падении стоимости барреля ($80) и отрицательном росте ВВП. Такой сценарий вполне реален.