Доктор- Ассс...

  У Вити Самохвалова болел зуб. Болел страшно- то есть так, что комната, в которой он прилег на диване и глухо постанывал, как - то вся подернулась туманом, выцвела и казалась темной, при том, что немецкая  лампа на столике сияла и мучительно била лучом в правый, опухший от больного зуба, глаз.

   - Люся ! - хотел позвать Витя жену. - Люсенька ! Ну, черт тебя подери,накрой эту чертову лампу ! По-жалуйста!

    Но вышел только жалобный стон и ничего больше. Он закрыл глаз. Не помогло. Пошевелил рукой. Стало еще хуже. И застыл, прислушиваясь...Звуки тоже были как-то все приглушены, хотя и слышались слишком уж отчетливо. Где-то вдалеке долбили асфальт, и каждый новый удар приходился прямо в его правое, саднящее, разросшееся до неимоверных размеров ухо и отзывался в зубе тошнотворной волной боли.

   "Кошмар !" - думал Витя. - Такое ощущение, что...

  Ох ! - вздрагивал он от очередного удара, - ...что не я, а весь мир болен. Зачем он меня мучает? К чему он мне? Что ему надо в моей...Ой!...моей голове? Зачем он туда лезет и как там весь помещается? А может его и нет вовсе - так, одна видимость ? А есть только...Ох, господи! Как худо-то!...

   - Витенька,- зашептала в больное ухо неслышно подошедшая жена. - Может, все-таки к врачу ?

    Вообще-то Витя Самохвалов врачей не любил, а зубных особенно; в поликлинике не был лет десять и жену тоже не пускал. Но тут, утомленный неравной борьбой со всем остальным миром, он позволил Люсе уговорить себя, переодеть себя, довести до машины и отвезти в клинику.

    Тихая и податливая в обычной жизни, в клинике Люся решительно потребовала самого лучшего врача и немедленно. Девица за конторкой полистала свои бумаги и неуверенно предложила :" Арутюнян ?"

  - Арутюнян, так Арутюнян, - ответила Люся, - только быстро!

  - Поздравляю вас, - ни с того ни с сего сказала обрадованная девица, принимая от Люси деньги,   - вы сделали правильный выбор. Сурен Вахтангович у нас - специалист высшего разряда. Эксклюзив - супер люкс. По крайней мере, жалоб на него пока как бы еще не поступало. 

   Специалист оказался низеньким плотным человеком, очень похожим на гриб, из-за бритой, в мясистых складках, головы. "Надо же, говорящий сморчок! - думал, глядя на него, Витя.- Нет, определенно, этот мир порожден моим больным воображением !"

  - Ну, что у нас ? На что жалуемся? - весело спросил Арутюнян, натягивая перчатки.

  - На мум.Мнгама мненгху,- ответил Виктор, как мог.

  - Ясненько !  И веселый доктор принялся за работу.

   Болтал он не умолкая.Бедная Люся пыталась было его расспрашивать, говорила :" Ну, как он? Ну, что там?" Но... замолчала и села с тоскливым видом в углу, теребя в руках платочек и напряженно слушая врача.

  - Как же нас так угораздило, дорогой мой? - говорил тот радостно. - И как все запущенно-то! Чудненько, просто чудненько ! Запомните, милейший, всякое воспаление выше линии рта может передаться в мозг - а там, сами понимаете, вполне вероятный летальный исход...Следить надо за здоровьем, все делать вовремя. Витаминчики принимаем?

   Самохвалов отрицательно покачал головой.

  - А зря ! Ежедневно надо принимать, е-же-дневно. И лучше с антиоксидантами. А то сами понимаете, стрессы, экология, свободные радикальчики. И в результате мы с вами имеем ...что?

Правильно, ослабленный организм мы с вами имеем. А много ли надо ослабленному организму ? Сосед в трамвае чихнул - и вот уже безутешная вдова и детки- сиротки ...Не жалеем мы своих близких, не жалеем. Вы хотя бы застраховались для приличия?

    Самохвалов опять мотнул головой отрицательно.

  - Так я и думал. Ай-яй-яй, такая интересная жена, а мы даже не застрахованы! Чудненько! Просто чудненько ! Болезнь коварна, дорогой мой, мы никогда не знаем, когда и где ударит. Вопрос только времени. Анализы когда в последний раз сдавали?

  - Мамно.

  - Восхитительно ! Просто прелестно! Значит, в крови у вас не известно что.И флюорографией, наверно, тоже пренебрегаем. Так ведь?

  - Ма,- кивнул Витя.

  - И в легких, значит, у нас... Что у нас в легких? Вот и я не знаю, что у нас в легких, но слышу - дышим мы с трудом, прескверненько дышим. Восхитительно! Просто восхитительно! Начинается все с простого абсцесса, а потом... Вроде, цветущий мужчина был, жена - красавица, детки - умницы. И на тебе!..Ого! - доктор вдруг замолк и стал пристально вглядываться Самохвалову в рот.

  - Что? Что такое?

    Арутюнян молчал.Несчастная Люся вскочила, заламывая руки и подбежала к врачу.

  - Что с ним? Доктор, умоляю...

  - Это не прободной абсцесс. Это, к сожалению, всего - навсего пульпит, - и Сурен Вахтангович был, казалось, сильно огорчен тем, что болезнь оказалась такой пустяковой. - Впрочем...Давайте снимемся.

   Он сделал рентгеновский снимок и долго и удрученно вглядывался в экран компьютера.

 - Да, - сказал он с сожалением медсестре, снова принимаясь за Витин зуб, - бывают же люди! К врачам не ходят, анализы не сдают, витамины не принимают, а нас с тобой переживут.

   Он помолчал немного, еще раз горестно вздохнул и вдруг, словно вспомнил про что-то сокровенное, просиял и сказал Вите :" Знаете что, дорогой мой, выпишу-ка я вам антибиотик на всякий случай. Сильно хуже не будет, а мне спокойнее. Только учтите, могут быть побочные действия. Антибиотик, попадая в желудочно-кишечный тракт, убивает дружественную нам микрофлору и освобождает место для вредных бактерий. До язвы, положим, дело не дойдет, но качественный гастритик я вам гарантирую. Да... А без антибиотика, милейший, будет еще хуже. Перейдет воспаление в хроническую фазу - и привет! Вплоть до летального исхода, и еще, - продолжал он, веселея на глазах,- что-то у вас глазки пожелтели. Подозрительно как-то. Желтухой не болеем? Нет? А зря! Лучше уж что-нибудь определенное, чем неизвестностью мучиться. Может, все-таки желтухой - то лучше будет, а? Никогда не видели, как выглядит печень гепатитника? Я вам покажу потом, у меня альбомчик был где-то ..." 

   Через  полчаса Самохвалов с женой выползли из кабинета. Доктор знал свое дело - лишившийся нерва зуб практически не болел. Болели почки, желудок, сердце, печень и прочие органы, названия которых Витя никогда не знал и про то, что они существуют даже и не догадывался, но теперь остро ощущал, что они у него есть. Люся тоже была близка к обмороку. В коридоре сидели, стояли, нервно ходили ожидающие своей очереди пациенты... И только перед дверью Арутюняна было тихо и пусто.