СБРОС ПОД ОТКОС

СБРОС ПОД ОТКОС
Дата: 27/07/2013
Тема:

Колонка Владимира Пузия

Кошка воротит нос от заграничной колбасы, а наши колбасники – от мяса отечественного производства. Оно дурно пахнет – убытками. 

Прежде всего для самих животноводов. Приватизация обернулась разбоем и разорением базовой отрасли села – разведения крупного рогатого скота. Производство мяса превратили в провальную яму. Убытки от него по России в целом составили в 2005 году 21,7% от себестоимости, в 2008-м – 26,2%, в 2009-м – 23,3%, в 2010-м – 28,9%, в 2011-м – 24,2%. Всё как в прорву, и за последние полтора года, и впереди зги не видно.
Небольшие бюджетные субсидии и в малой степени не возмещают последствий погрома и не только не создают возможности для возрождения погубленного производства, но и не способны остановить дальнейшее разрушение. За минувшие три года в Оренбургской области стадо крупного рогатого скота сократили еще на 63 тысячи голов, да с начала нынешнего – очередной виток вниз по сравнению с соответствующим уровнем прошлого года.

Катастрофа с приватизацией продолжается, было свыше 1800 тысяч голов крупного рогатого скота, ныне при ускоряющемся сбросе явно останется уже меньше 630 тысяч – столько в нашей области имели примерно полтора века назад.
Но, оказывается, и это не предел. Год назад нас присоединили к ВТО с уведомлением, что с нас будут еще спускать шкуру. Чтоб приготовились к продолжению «шоковой терапии».
И если на подступах к ВТО мы еще могли сбыть продукцию наших ферм, то сегодня не так просто добиться этой милости. Больше года назад мясокомбинаты принимали от нас бычков высшей упитанности по цене в 98 рублей за килограмм живого веса. Не разбогатеешь, но удерживали отрасль, чтобы сохранить рабочие места и жизнь людей в родном селе.

Но теперь и этого нет. Подошел срок сдавать очередной гурт бычков. Звоню директорам мясокомбинатов – со всеми хорошие деловые отношения. Однако встречаю отказ. И объяснение: «Сейчас все мясокомбинаты перешли на «блочку». То есть на замороженное мясо в блоках из-за рубежа. Там государства берут на себя львиную долю затрат животноводов, а у нас теперь распахнуты настежь ворота для ввоза демпингового мяса фактически по бросовым ценам.
На комбинаты области эту «блочку» доставляют по 126 рублей за килограмм. Чистое мясо без костей, без хлопот и затрат на переработку живого скота. Значит, мы должны продать своих откормленных бычков по цене уж никак не выше 60 рублей за килограмм живого веса. Себе в убыток.

Руководители мясокомбинатов сочувствуют, но надо и их понять. При более высокой цене они не смогут продать изделия из местного сырья. И предлагают от себя уступку: «Я уважу, куплю у вас только коровняк. Заодно, может, в нагрузку немного и бычков, рассую, насколько приемлемой окажется средняя цена».
Коровняк – это мясо коров. Комбинаты покупают их по 23 рубля за килограмм живого веса, а после предварительного откорма до средней упитанности – и по 50–55 рублей. Но ведь после забоя коровы и бычка одной породы на мясе не написано, от кого оно, тем более что коровняк тут же пускают в переработку, вместе с «блочкой», и никто не ковыряет, где он в колбасе.

На днях нам повезло в этой комбинации – с потерей примерно 30 рублей в цене, но всё-таки продали по 70 рублей за кило 80 бычков и готовим к отправке на мясокомбинат коров. Разорительная удача.
Всё это обостряет и без того острый вопрос о судьбах животноводства и российского села. В последние годы звучали призывы, написаны программы по развитию мясного скотоводства. Даже звенят сверху рапорты об успехах. Например, о том, что в Оренбургской области за последние три года поголовье мясного скота увеличилось на 23%.
А победа ли это? И жалкий остаток стада крупного рогатого скота вынуждены сокращать, но в этом убывающем остатке прекращают молочных коров доить и переводят в чин мясных. Чему тут радоваться, если рынок забит дармовой (до поры до времени) «блочкой»? Под давлением этого явного захвата рынка России наша говядина с любой этикеткой, даже с бухгалтерской печатью о переводе из молочного статуса в мясной, всё равно не получит преимущества. Никто из двух кусков мяса не возьмет более дорогой только из патриотического желания возместить наши затраты по преодолению неблагоприятных для сельского хозяйства условий, каковые официально признаны.

В Оренбургской области, как и в ряде других, в течение многих десятилетий развивалось мясное животноводство. Сколько времени потребуется для его возрождения в нынешнем финансово обескровленном сельском хозяйстве? Восстановление многоотраслевого производства – вопрос жизни сел и деревень.
Однако у наших «реформаторов» ставка на чужого дядю. Нас втянули в ВТО всё с теми же упованиями. Отнятые, в том числе у крестьян, огромные деньги отправляют для «стерилизации», для работы на западную экономику, а нам всё время обещают, вот на пустое место приедет барин инвестор и вложит свои капиталы.
Не так ли и на сей раз? Недавно объявлено насчет «российско-итальянского проекта развития мясного скотоводства в Оренбургской области с плановым показателем более 140 тысяч голов маточного стада. Первую откормочную площадку в Саракташском районе компания «Меркурий» планирует запустить уже в этом году». Речь идет и о строительстве крупного мясокомбината.

В подобных случаях – один вопрос. Мы уже не способны разумно хозяйствовать, работать на своей земле? Масса крестьян с уничтоженных приватизаторами животноводческих ферм готова вернуться и восстановить их. На новейшей научно-технической основе, применительно к природным особенностям местности, ради наилучшей жизни всех и каждого у себя на родине. Недавним мастерам полей и ферм надоело бесправное нищенское прозябание среди развалин производственных зданий и домов, в бурьяне заброшенных угодий.
Проявлена ли об этом забота? Или будет, как в уже осчастливленных областях, где аборигены оказываются огороженными до самой околицы села колючей проволокой, за которой – «культурные пастбища».
Куда прежде всего направить капиталовложения? В разваленной производственной сфере – хоть в любую дыру на затычку. Нам объявлено о строительстве еще одного мясокомбината.

При советской власти, во времена роста сельского хозяйства были созданы мощности, которые перерабатывали сырья, в том числе скота, в три-четыре раза больше, чем теперь. Сегодня в области действует свыше 30 мясоперерабатывающих предприятий, которые принимают в конечном итоге весь предлагаемый им местный товар и пропускают через свои конвейеры поток блочного мяса ВТО.
В последние годы старейший и один из крупнейших в стране Орский мясоконсервный комбинат получил за свою продукцию главный приз Европы «Золотая звезда», многие другие высшие награды, а на недавней международной выставке в Москве – очередную золотую медаль. Значит, мы не так уж далеки от «цивилизации», и, думается, было бы разумнее поддерживать и развивать свои действующие предприятия во всех отраслях.

Избыточные чужие мощности на нашей земле служат корысти заграничных хозяев, как бы благостно это ни преподносилось вначале. На многих примерах убеждаемся, что западные предприятия на первых порах привлекают производителей, например молока, более высокими закупочными ценами. Подавляют конкурентов и, став владыками рынка, с лихвой наверстывают упущенное, скупают всё за бесценок, а продают втридорога.
Эта всем знакомая базарная практика остается в силе и на любом другом, и на планетарном уровне. Об этом можно догадаться и по первому году в когтях ВТО. На мороженых блоках дармового мяса построить дворец изобилия и махнуть рукой на свою корову? Но ледяной дворец растает – и сидеть в луже.

Владимир ПУЗИЙ