Динозавр

     Наше время – время крайнего ускорения политических событий. За десять лет проходит политическая эпоха, то, что раньше длилось лет 30. К этому приводит резкое усложнение «скоростных» коммуникаций, Интернет приводит к ликвидации межгосударственных границ, к торжеству свободы слова. Мыслящая Россия ныне полностью погружена в «европейский контент».  
      С этой точки зрения пропагандистская политика московского Кремля выглядит столь примитивно, что почти всегда вызывает внутренний протест. Есть две России – Россия ВГТРК и Первого канала телевидения и Россия Интернета, телеканала «Дождь», «Новой газеты». У каждой свои тенденции развития. Аудитория федеральных телеканалов постепенно сокращается, «пространство свободы» все более расширяется. Можно, наверное, исчислить динамику процесса. Результат – ощутимо близкие сроки неизбежного переформатирования политического строя в России. Не случайно Москва меньше всех дала голосов Путину, а его знаковой базой поддержки оказались правильно «построенные» рабочие танкового завода, обещавшие приехать на танке наводить порядок в Москву. 
      Проигрывая идеологическую схватку, московский Кремль вынужден эволюционировать в сторону все большей «имперскости» («нам нужна великая держава»), русской национальной идеи, славянофильства (впрочем, судя по последним исследованиям, оно должно замещаться «угрофиннофильством»), автаркии, внутренней изоляции от Европы, опоры на православие (введение курса «Основы православия» в школах закономерно), антиамериканизма, милитаризма (20 триллионов рублей на армию под разговоры о повышении пенсионного возраста). Что само по себе очень опасно и провоцирует центробежные тенденции, не укрепляет, а разрушает Россию. Москва не может позволить себе роскошь реальной модернизации, потому что данный процесс неизбежно приводит к политической модернизации. 
      Россия явно беременна буржуазной революцией. В столице уже сформировался средний класс, который ощущает себя прежде всего европейцами, и лишь потом россиянами. Он внутренне отторгает предложенную Кремлем идеологическую парадигму сталинско-самодержавного патриотизма. Идет нарастающая поляризация общества. Сильнее всего раскол чувствуется среди молодежи – довольно хорошо это ощущается, как эстетическое «столкновение» футбольных фанатов и «IT-поколения», кружков искусства, поэтов, художников.
      Не случайно на последнем матче «Рубина» в Казани возник спор вокруг лозунга фанатов «Русские, вперед!», он часть процесса – кем себя ощущать фанатам «Рубина», с кем идентифицировать, могут ли они кричать «Русские, вперед!» или «Татары, вперед!», или им нужно кричать «Россия, вперед!» или «Татарстан, вперед!». Для московских команд лозунг «Русские, вперед!» органичен, а для «Рубина» он инороден, так как тогда сразу возникает вопрос: татарам-фанатам куда деваться, «стоять на месте» или «двигаться назад»? Их этот лозунг унижает, сразу возникает ощущение некоей «второсортности», причем при поддержке своей казанской команды, сформированной на свои 100 млн. долларов татарстанских денег. Получается, за свои деньги тебя же еще и ставят в двусмысленное положение. Тем более что если московские и казанские фанаты начнут кричать вместе «Русские, вперед!», совсем можно запутаться, кто кого поддерживает. 
      Фанатам-татарам можно только посочувствовать, попробуй крикни «Татары, вперед!», даже безобидный «Татарстан, вперед!», на трибунах в Москве да и в Казани, – сразу возникнет атмосфера острейшего конфликта и напряжения. Совсем не случайно московские комментаторы довольно неприязненно относятся к «Рубину», к его успехам. Успехи «Рубина» превращаются в некий суррогатный символ суверенитета, противопоставления Москве, некоей подразумеваемой фронды. Как в свое время успехи сборной Чехословакии по хоккею в матчах со сборной СССР после ввода советских войск в 1968 году. 
      Почему такие обостренные дискуссии возникли вокруг этого лозунга? Потому что из подобных настроений дальше закономерно развивается лозунг «Россия для русских!». При этом лозунг «Россия, вперед!» не приживается, не подхватывается массой, которая постепенно пропитывается национальными настроениями и по своему идеологическому фундаменту агрессивно-шовинистична.

Масса фанатов воспринимает лозунги, которые ей близки, на которые она «резонирует». Конструкция «россиян» кажется ей искусственной, даже более того, предательски либеральной, аналогом «советского народа», чужой, инородной, ее сплачивает идеология «русскости» «За веру, царя и Отечество!». 
      Иначе и не может быть, футбольные матчи психологами в мире признаются как аналоги войн, военных схваток, они порождают агрессию и всплески мобилизационного патриотизма. Футбольные фанаты напоминают штурмовые отряды. Сама иерархия их построений является простой, «родоплеменной», основанной на силе, на стадности, на милитаризме. Но сеющий ветер должен представлять последствия: железная причинно-следственная связь приносит бурю рано или поздно. 
      По существу, на территории России сегодня происходит идеологический тектонический разлом. Не зря «исламовед» Раис Сулейманов на безрыбье стал конструировать мифических мусульман-черносотенцев начала XX века, которые готовы были положить жизнь за концепцию «Ак патша» («Белого царя»). Конечно, были и зубатовские профсоюзы, под окрики урядника и унтера Пришибеева татары наверняка верноподданно кричали: «Да здравствует царь Николай II», при этом градус их внутреннего возмущения скорее всего резко поднимался. Это примерно, если бы православные стали поддерживать исламского халифа и создавать движение в России за то, чтобы царь Николай II принял ислам. 
      Абсурд? Но тогда зачем так не уважать мусульман, объявляя их, по существу, «православными мусульманами»? Как говорится, вы ребе, определитесь: или крестик снимите, или трусы наденьте. В принципе подобные идеологические конструкции о мусульманах-черносотенцах могут только вызвать негативную реакцию среди татар и нанести существенный ущерб самой России. Необходимо вспомнить, что дело тогда дошло до того, что в российском Туркестане летом 1916 года вспыхнуло массовое восстание среди 10 миллионов человек под лозунгами «Наш правитель – османский халиф!», «Долой Белого царя!». Восстание было религиозным, восставшие сочувствовали туркам и немцам. Только у Амангельды Иманова в отряде было 50 тысяч человек. Против восставших применялись артиллерия, пулеметы, сжигались аулы. Число погибших исчислялось в 300 тысяч. 500 тысяч человек бежало в Китай. 
      Всерьез рассматривать подобные черносотенные «конструкции» – это все равно, что всерьез обсуждать вопрос о добровольной коллективизации в 30-х годах. Или добровольно вступай в колхоз, или раскулачим и поедешь на Север. Или всерьез обсуждать цифры о голосовании в 99,99% за нерушимый блок коммунистов и беспартийных на выборах в СССР. Вся эта добровольность держалась на ГУЛАГе, на страхе расстрела и Колымы. Аналогичная ситуация была и в царской России, хотя и мягче. 
      Есть ли у московского Кремля выбор, или настроения реванша, исторической травмы, «крупнейшей геополитической катастрофы века» среди русского народа не позволяют ему маневрировать? Скорее всего выбора нет. Степень воинственного шовинизма в стране ощутимо растет. По сравнению с СССР ситуация намного хуже. Во-первых, российская элита интегрирована в западную экономику и держит 1,5 триллиона кровных долларов там, понимая, что хранить эти деньги в банках России – это неизбежно лишиться их в один момент. Поэтому закон Магнитского столь опасен для элиты, он предусматривает арест имущества на Западе по подозрению в принадлежности к преследованию инакомыслящих в России. Практически нет сомнения, что он уже повлияет на приговор Навальному. 
      Во-вторых, Россия интегрирована в западную экономику и обвал цен на нефть делает ее экономически уязвимой. В-третьих, доминирование православной церкви размывает российский патриотизм. Раньше русский народ считался в СССР «старшим братом», теперь православие стало «старшим братом». СССР хоть формально придерживался идеологии интернационализма, но призыв внести в Конституцию России пункт о том, что православная церковь есть «государствообразующая» в стране, окончательно ее разламывает по конфессиям. Чеченцев уже в Российскую армию не призывают. Татарстану нужно быть готовым к новой неизбежной «перестройке». В других советских республиках распад СССР называется не «геополитической катастрофой», а обретением независимости.
 Газета "Звезда Поволжья" 

Рашит АХМЕТОВ.