Расгосударствленее СМИ.

НСЖУ против «жлобской приватизации»

Роман БАРАШЕВ

Олег Наливайко: «Медийная перспектива связана с интернетом»
// КАТЕРИНА ЛАЩИКОВА

Офис Национального союза журналистов Украины (НСЖУ) расположен на главной улице Киева — аккурат напротив здания суда, где выносили приговор Юлии Тимошенко, и из окна кабинета председателя с тех пор видна унылая картина — «судебная» сторона Крещатика уставлена плакатами с требованиями освободить «узницу совести» из заточения. И бывшая начальница нынешнего председателя Союза журналистов Олега Наливайко смотрит на него с портретов каждый день.

В свое время Олегу Игоревичу довелось поработать (недолго, правда) в правительстве Тимошенко руководителем Госкомитета по телевидению и радиовещанию, который опекает и печатные СМИ.

Потрепанные мартовскими снежными буранами плакаты придают сегодня солнечному Крещатику шарм, как говорится, на любителя. А рядом — перегороженный ЦУМ, закрытый на капстроительство, над ним — крюк подъемного крана, и, открывая двери трехэтажного офиса НСЖУ, где до того ни разу не был, я полагал, что увижу примерно такую же угрюмую прозу жизни: пожелтевшие от времени стопки газет, старую мебель, компьютеры не первой свежести...

Поднимаюсь на третий этаж, вхожу в приемную — и... нам так не жить: недавний ремонт с оригинальным дизайном, новая мебель, присаживаюсь подождать, и по правую руку — учтивая секретарша, по левую — барный уголок, где приготавливают напитки и закуски. Никогда еще не приходилось бывать в приемной, где «барчик» располагается у самого входа. Решение подкупает своей новизной, что называется, с порога.

— Чай, кофе? — «обижает», приглашая в кабинет, Олег Игоревич.

10 мая исполнится год с момента, когда Наливайко приступил к обязанностям главы НСЖУ.До этого организацией 15 лет руководил почтенный журналист Игорь Федорович Лубченко, почивший в прошлом году, вскоре после ухода с этого поста.

Олег Наливайко до избрания 10 лет руководил одним из центральных информагентств в Украине — УНИАН, которое исторически связано с НСЖУ еще с советских времен. Союз журналистов имеет символические 0,1% акций информагентства, и председатель союза является почетным президентом УНИАН.Был им и И. Ф.Лубченко. Но от непосредственного руководства агентством с должности гендиректора Олег Игоревич ушел сразу же после избрания главой НСЖУ.

Самой первой громко прозвучавшей инициативой обновленного актива союза стала попытка введения так называемых единых пресс-карт для журналистов, однако, не обретя поддержки в журналистской среде, проект пока отложен в ящик.

Беседу же мы начали с волнительной для журналистов и весьма актуальной для общества темы, которая характеризуется одним труднопроизносимым и малообещающим словом — «разгосударствление».

В прошлом номере «2000» мы сообщали, что президент подписал поручение о разгосударствлении печатных СМИ, и до 5 апреля премьер Николай Азаров должен был «обеспечить ускорение доработки проекта закона о реформировании государственных и коммунальных печатных СМИ и представить его Президенту для внесения на рассмотрение ВР как безотлагательный». Но Кабмин рассмотрел проект только 10 апреля, отправил на досогласование, и сроки подачи документа президенту перенесены теперь на неопределенное время.

Олег Наливайко в том же номере «2000» заявил в небольшом комментарии: «ускорение, предложенное президентом, вызвано необходимостью выполнения обязательств Украины перед Парламентской Ассамблеей Совета Европы». А на официальном сайте НСЖУ есть его слова: «мы должны сосредоточить свои усилия, чтобы доказать, что этот проект успешный, привлекательный и абсолютно надежный для журналистов».

— Так что же именно не устраивает ПАСЕ, Олег Игоревич? Что порочного в том, что правительственные структуры и районные администрации имеют собственные СМИ?

— В большинстве стран Европы нет такой практики, что коммунальная власть является учредителем печатных изданий. Но нет и никакого принуждения Украины касательно этого вопроса. Наша страна сама взяла на себя такие обязательства, пообещав ПАСЕ начать процесс разгосударствления еще в 2005 г. И в докризисный период это было правильным решением, поскольку рынок СМИ еще набирал обороты, у печатных изданий были хорошие тиражи, и в отношении их не наблюдалось сегодняшнего пессимизма. Если бы власть всерьез занялась этим процессом тогда, на волне демократизации, свободы слова... все карты, как говорится, ложились. Но из-за организационной неспособности и определенных политических интересов этот процесс обсуждался-обсуждался и заговорился...

— Но обещания не забылись. У нас мало обязательств перед ПАСЕ, что мы еще и со своими инициативами выступаем?

— ...В документе, который называют «11 пунктов еврокомиссара Фюле», насчет прессы пункта нет, т. е. этот вопрос не входит в зону требований Евросоюза к Украине. В прошлом месяце актив НСЖУ встречался с Фюле, и это было подтверждено.

— Но с чем же тогда связана необходимость «ускорения»? Слово, кстати, горбачевское, давненько его не употребляли.

— 5 лет прошло с тех пор, как пообещали, но уже около 15 лет мы эту тему обсуждаем на различных уровнях. И Виктор Андреевич Ющенко об этом неоднократно говорил, заявлял, писал. Сегодняшняя активизация, на мой взгляд, связана с тем, что нынешний президент хочет показать, что выполнение ключевых обязательств, взятых Украиной, для него принципиально.

— Когда вы говорите, что «НСЖУ в целом поддерживает законопроект о разгосударствлении», от имени какого числа журналистов выступаете? Или от актива НСЖУ? Или же среди рядовых членов проводились обсуждения, голосования?

— Будем исходить из того, что проект по разгосударствлению СМИ был подготовлен около 5 лет назад в стенах нашей организации и вошел в историю как «проект Степана Курпиля». Степан Курпиль — давний секретарь Союза журналистов, бывший главный редактор львовской газеты «Высокий Замок», сегодня — народный депутат (член партии «Батькивщина» с марта 2006г., глава Львовской облорганизации НСЖУ, член Комиссии по журналистской этике. — Авт.).

Проект готовился при участии юридической службы НСЖУ, обсуждался в регионах, в редакциях районных газет, ведь именно районок он касается в первую очередь. ВГостелерадио этот проект взят за основу, и я думаю, что в ВР он попадет без существенных изменений.

Мы талдычим, они улыбаются

— А сколько человек формируют ядро обновленного НСЖУ?

— Оно состоит из двух частей: правления и секретариата. В правлении — 35 человек, в основном это председатели областных организаций, они, как и председатель НСЖУ, переизбираются раз в 5 лет на съезде союза прямым голосованием. Правление собирается 2 раза в год, решая вопросы законодательно-стратегического характера: утверждает бюджет, план деятельности, принимает кадровые решения.

В секретариат входит 19 человек — это рабочий орган, проводящий ежемесячные заседания в центральном офисе. Есть также ревизионная комиссия, контролирующая финансово-хозяйственную деятельность.

— НСЖУ живет за счет взносов или имеет государственное финансирование?

— Есть три основные финансовые строки. Взносы, которые остаются в областных организациях союза. Скаждого члена — до 100 грн. в год. При этом пенсионеры, как правило (но здесь каждая облорганизация сама принимает решение), освобождены от уплаты. Вторая строка — это деньги госбюджета, выделяющиеся «в поддержку творческих союзов». Такую же господдержку имеет, например, Союз писателей. Наша строка остается неизменной последние 5 лет — 980 тыс. грн. В центральный офис из этой суммы также не поступает ни копейки, а деньги делят поровну между 25 областными организациями.

Мы же живем за счет собственной хозяйственной деятельности, которую ведет учрежденная НСЖУ коммерческая структура — «Журфонд», занимающаяся рекламным, полиграфическим и др. видами бизнеса.

— В деле разгосударствления все упирается во вторую строку. Не логично ли ратующему за это союзу начать этот процесс с себя, отказавшись от госбюджетного вливания?

— Этот вопрос поднимался и на последнем заседании правления. Мы посмотрели, на что идут эти суммы. На организацию профессиональных мероприятий, поддержку ветеранов, выполнение уставных требований НСЖУ.Я противник того, чтобы они шли на зарплаты и ремонты. Но как только «Журфонд» наберет обороты и сможет компенсировать затраты, было бы правильным отказаться от этой строки. Пока мы к этому не готовы.

— Будут ли привлекаться к процессу такие гранды государственной прессы, как «Урядовый курьер», «Голос Украины»?

— Мне кажется, одна из причин, почему так тяжело идет принятие этого закона, что в одном из законопроектов предусматривалось разгосударствление и этих газет, и, что очень важно, газет Минобороны (у него большое количество ведомственных изданий). Серьезные лоббистские силы просто приостанавливали прохождение закона. Я считаю, что эти газеты нельзя подводить под один знаменатель с районными, и в нашем проекте мы проводим их отдельной строкой — они просто должны поменять статус, став вестниками официальных органов ВР, Кабмина, Минобороны, чтоб их больше никто не трогал. С этим согласны и редакции этих газет.

— То есть разгосударствление будет избирательным. В своем комментарии в «2000» вы также заявили, что НСЖУ уже договорился с ОБСЕ о помощи в обучении участников проекта: «ее нам обещали и наши коллеги из Польши, Словакии и Венгрии, где уже прошло разгосударствление». В этих странах сохраняются организации, подобные НСЖУ?

— Во всех европейских странах есть подобные организации. В мае этого года состоится Европейский конгресс журналистов, который проходит раз в 3 года. Есть страны, из которых приезжают 2—3 организации. Впрочем, между ними и нами остается существенное различие. Мы сохраняем наследие СССР, оставаясь творческим союзом. Это было характерно и для всех стран Восточной Европы и Балтии, но теперь они ушли от творческой в профсоюзную деятельность.

— И теперь они станут учить вас, как уходить от творчества? Давайте поясним, какое именно творчество имеется в виду. Например, вы проводите конкурсы на журналистские работы с денежными премиями, в чем еще заключается творчество?

— Да, например, в этом году совместно с Минздравом и Бюро ВОЗ в Украине мы проводим всеукраинский конкурс журналистских материалов на тему «Здоровым быть выгодно!», в партнерстве с компанией «Рош Украина» — конкурс «Против рака — за жизнь!», конкурс на лучший материал, посвященный корпоративной социальной ответственности, финансируется USAID... (подробнее). Также активно внедряем образовательные программы — такие как школа молодых журналистов, медицинская школа журналистики.

— Так это ваши письма с приглашениями на мастер-курсы звезд украинской журналистики я не успеваю удалять из редакционного электронного ящика? И в метро рекламу видел. Широкие возможности у вашего «Журфонда»!

— А вскоре занятия в школах профессиональной журналистики будут проходить в этом здании, 15 апреля мы завершили полную реконструкцию конференц-зала — расширение-удлинение, свет-звук, интернет-трансляцию. Здесь также будут устраиваться различные конференции: коммерческие — на платной основе, а журналисты смогут арендовать помещение бесплатно для профессиональных мероприятий вроде лекций, собраний и т.п.

— Ремонт сделан тоже на средства «Журфонда»?

— Да, это средства, заработанные коммерческой деятельностью.

— А ОБСЕ, USAID и др. гранты на разгосударствление пока не дают?

— Готовность поддержать этот процесс европейцы выражают постоянно. Проходили встречи на этот счет в Страсбурге. И гранты, думаю, можно подыскать, однако в пустые декларации уже нет веры. Они улыбаются. Дескать, да, нам это очень нравится, но... И я их понимаю. Если 15 лет об этом только талдычится и ничего не делается по сути...

Требуется 50 рискованных «пилотов»

— Олег Игоревич, а ведь процесс разгосударствления муниципальных изданий сам по себе уже давно идет, правда, без особых ускорений. Закрывались областные и районные газеты, выводились из состава учредителей структуры власти. А, кстати, вам известно, сколько было при советской власти и сколько сейчас коммунальных изданий?

— Сколько было, затрудняюсь сказать, но сегодня, говоря о реформе, мы имеем в виду прежде всего районные газеты. Их около 700. И вы правы — процесс идет давно, есть ряд удачных примеров ухода из-под крыш администраций и райсоветов. Возьмем самую популярную в Донецке газету «Донбасс» (прежде — «Социалистический Донбасс») — еще в начале 90-х ее учредителем стал редакционный коллектив. Абсолютно успешный проект, типографию купили, тираж растет. Такая же ситуация в «Высоком Замке» (бывшая «Львовская правда») — издание влиятельное, развивается.

— Но областные и районные газеты — все же разных полей и ресурсов «ягоды».

— Важно понимать, что прежде чем процесс разгосударствления коснется всех этих 700 газет, пройдет еще года два-три. Согласно закону он не может начаться без проведения пилотного проекта, в котором примут участие 30—50 редакционных коллективов.

— И много желающих рискнуть?

— Есть желающие, хотя опасающихся больше. Недавно я провел переговоры с губернаторами Харьковской, Донецкой и Одесской областей, и они готовы поддержать участие в проекте 2—3 изданий от области.

— С такой поддержкой, конечно, из желающих «разгосударствиться» может и очередь выстроиться. К тому же Гостелерадио заявляет, что намерено выделить первым «пилотам» 7,5 млн.

— 7,5 млн. — на 3 года, но мы в их финансовую кухню лезть не хотим. Это сумма компенсации за бумагу и типографию — подсчитано, что средняя районка тратит на это 144тыс. грн. в год. Перед собой мы ставим другую задачу — сделать эти газеты реально самоокупаемыми. Сплотить коллективы редакций в едином холдинге с профессиональным рекламным агентством.

Что бы мы ни говорили, медийная перспектива связана с интернетом, но даже у областных газет интернет-версии поддерживаются на слабом уровне — не обновляются (бывает, что и по нескольку лет), а у большинства районок просто нет собственных сайтов. Наша идея: подключив гранты ОБСЕ и Совета Европы, создать так называемый «конструктор сайтов», который будет унифицирован под любую районную газету. И этот конструктор будет передан всем редакциям бесплатно. Таким образом можно будет создать широкую объединенную интернет-сеть районных газет, интересную как читателям, так и рекламодателям, размещающим баннерную рекламу.

— Так это происходит в партийных интернет-изданиях.

— Да, но не только. Например, в США, в штате Иллинойс, такую систему объединения общинных газет под одним сайтом начали выстраивать достаточно давно. А сегодня рекламное агентство при этом сайте является ключевым по региональным СМИ Америки. Я был на стажировке в США, наблюдал за началом этого процесса, и нам тогда говорили, что число национальных изданий будет стремительно сокращаться, останутся единицы центральных газет, будущее — за региональной прессой. Прогноз, как видим, сбывается.

Сегодня общая ситуация для всех печатных изданий, как говорится, тренд и динамика не самые лучшие. Практически каждый крупный украинский медиаолигарх сократил финансирование, закрыв одно, а то и 3 издания, у некоторых дело идет к закрытию.

Еще безрадостнее — в городах районного типа: общественно-политическую газету там не станет создавать ни большой, ни мелкий олигарх, и у власти на это тоже денег нет.

Но при этом не стоит думать, что после разгосударствления районки исчезнут. Местные власти никак не заинтересованы в закрытии районных газет. А те руководители районных администраций, которые говорят, что, мол, частным, неручным газетам платить не станут, сильно заблуждаются. Куда они денутся от закона об освещении деятельности органов государственной власти, который обязывает к этому!

Кстати, его какой-то умный человек переписал с западного, а там действительно закладываются большие суммы на оплату услуг частных изданий, сообщающих, когда в том или ином населенном пункте будут перекрыты дороги, когда водоснабжение и т.п. информацию из муниципалитетов. Вы знаете, какая в районках сейчас ситуация? В основном такая, что главы райадминистраций держат сотрудников редакций на минимальном пайке, зачастую оплачивают 60—70% редакционных затрат, заваливают мало кому интересным официозом, а главное — чтобы ставили побольше и покрасивей фотографий руководителя, его жены, родственников и знакомых.

У нас есть районы, которые практически ничего не выделяют СМИ или выделяют унизительные копейки, а требования остаются в силе — большие портреты и здравицы. Когда финансирование участников пилотного проекта не будет идти из коммунальных бюджетов, мы оградим творческие коллективы от пляски под подобные «дудочки». Администрация не сможет приказывать, ей придется вести нормальную дискуссию с редакторами.

— Не идеализируете ли вы ситуацию? Многие опасаются, что разгосударствление районок произойдет привычным «сантехническим способом» — постепенным или резким закручиванием финансового крана. И на мой взгляд, НСЖУ, если не хочет, чтобы местные князьки относились к работникам пера, как к обслуге, должен опереться на требование этого самого закона, обязывающее освещать деятельность администраций в СМИ.

И требовать составления договоров между муниципалитетами и СМИ со строго оговоренными площадями под официальную информацию и годовым бюджетом — на оплату услуг печатных изданий. Однако же «реформирование» предполагает оптимизацию, экономию, сокращение — давайте будем откровенны. Отправлять сегодня районки в свободное плавание — все равно что выпускать птиц из клетки на мороз. Вы же не станете отрицать, что реформа предполагает экономию на коммунальных СМИ?

— Да, такие опасения есть у многих. Телефон НСЖУ после заявления, что проект закона о реформировании СМИ должен быть доработан до 5 апреля, просто разрывался. Многие считали, что уже с 6 апреля повсеместно начнется процесс смены формы собственности.

Но знаете, из каких регионов звучит больше всего скепсиса по этому поводу? Из тех, где областные и районные власти изыскивают для СМИ хорошую финансовую поддержку. И можно только порадоваться, например, за луганских журналистов, что их губернатор находит на прессу такие деньги. Но где уверенность, что после прихода другого начальника ситуация не станет противоположной! А то, что со временем бюджетный пояс будет затягиваться туже, — никаких сомнений нет, время сейчас такое.

Справка «2000». Финансовая поддержка коммунальным СМИ (включая телерадиокомпании) из местных бюджетов в 2012г. составила 103 млн. 346 тыс. грн.

Она наиболее ощутима в Одесской (12,1млн.), Луганской (9,2 млн.), Днепропетровской (7,3 млн.), Львовской (6,4 млн.), Винницкой (5,7 млн.) и Киевской (5,4 млн.) областях. Городские муниципальные СМИ Киева освоили 8,1 млн. Самое скудное финансирование имеют коммунальные СМИ Сумской (1,2 млн.), Херсонской (1,8 млн.) иХарьковской (1,9 млн.) областей.

По числу выпускаемых газет (не только коммунальных, но и частных, рекламных, развлекательных и т.д.) в лидерах: Киев — около 340 (плюс 67 — в Киевской обл.), Днепропетровская обл. — 227, Донецкая обл. — 186, Харьковская обл. — 145, Луганская обл. — 116.

Почем журналистские хаты?

— На недавней встрече с Николаем Яновичем я говорил, что одна из главных проблем, с которыми сталкиваются сегодня районные СМИ, — это теневая приватизация, причем не могу ее назвать иначе, как «жлобской» приватизацией.

Например, успешная районная газета «Малинские новости» (Житомирская обл.) уже лет 10 не берет денег из бюджета. Имеет хороший тираж. Сама себя обеспечивает. Но на сессии облсовета выносится вопрос о том, чтобы районная администрация передала право учредителя некоему тресту. И таким образом перестала бы быть коммунальной. Наши юристы вмешались в ситуацию и выяснили, что все это делается потому, что кто-то хочет присвоить «гарну хату в центрі міста». А завтра этот трест соберет редакцию и скажет: вот у нас есть «конура» — там и работайте.

Второй пример. В районной газете Прилук на балансе стоит единственная машина — «Жигули», которой 13 лет. Так у главы райсовета хватило совести проводить через сессию решение, чтобы забрать эту машину «в пользу громады». Журналистам даже пришлось блокировать сессию.

— Мстил за критику?

— Какое там! Просто решил, что «плохо лежит», чего б не присвоить. А у других можно забрать компьютеры, у третьих — типографию. И эти примеры — еще один аргумент в пользу того, что реформу не стоит откладывать.

— При разгосударствлении власть отдаст помещения редакционным коллективам?

— Увы, пока этот вопрос нерешенный. Минфин категорически против. Но я спрашиваю, вправе ли государство требовать возмещения за это имущество? Чтобы вы понимали, имущественная балансовая стоимость большинства районных газет — 30—40 тыс. грн. Это что — принципиальные для государства деньги? Есть и те, у кого на балансе — старая типография, тогда речь идет о сумме 100—150 тыс. грн. Но откуда это все взялось? Районки ведь никогда не были государственными. Они создавались на деньги партии, районных комитетов. А потом для них наступила эпоха 20-летнего выживания, и что же — даже на такое имущество не могут претендовать?

А вот со словами, которые вашей газете сказал Богдан Теленько, главред газеты «Проскурів» из Хмельницкого, соглашусь — «вместо нескольких районных газет будет создано одно издание, обслуживающее несколько районов, но на более качественном уровне, и творческие коллективы однозначно без работы не останутся».

Не стану называть газеты — обе районки находятся в Ровенской обл. Районы абсолютно одинаковые по экономическому и географическому потенциалу. Одна жалуется на нехватку средств, получая по 100 тыс. грн., а качество газеты становится все хуже и хуже, вторая отказалась от бюджетного финансирования и показывает отличные результаты. Многое же зависит и от кадров, есть же и такие коллективы, которых творческое развитие волнует в самую последнюю очередь. И, конечно, активный успешный редактор станет предпринимать усилия, чтобы расширить аудиторию, ориентировать газету на 2—3 района.

— Какого же можно ожидать качества от районки, где работает 5—7 человек?

— 5—7 творческих сотрудников — это на сегодня, к сожалению, обычный для районного издания коллектив, в основном же их делают 2—3 человека. Выпускают раз в неделю. Одна базовая публикация и письма читателей. На работе с письмами и держатся их тиражи. Кстати, хочу отметить, что, читая лекции для будущих журналистов, я всегда привожу в пример «2000» — как следует относиться к письмам и мнениям читателей.

Без политбарьеров

— В каком состоянии вы приняли НСЖУ в наследство от Игоря Лубченко? На мой взгляд, в последние годы Союз журналистов стал организацией, утратившей всякое влияние и звучание. Или я не прав? Или же сама специфика у этой организации такая, что работа не должна быть на виду у общественности?

— Однозначно должна быть на виду. При Лубченко я входил в секретариат НСЖУ, так что критику принимаю и в свой адрес. На последнем съезде действительно звучали справедливые упреки насчет пассивности НСЖУ.

Однако я хочу дать положительную оценку деятельности Игоря Федоровича, тому что ничего, что принадлежало НСЖУ со времен СССР, не было разворовано, продано или кому-то передано, в то время как наши коллеги из других союзов занялись продажей имущества или раскололись на сотни разных организаций. Национальный союз сохраняет единство, и любой член (да и не член) союза должен чувствовать, что называется, локоть коллег, готовых его поддержать.

— Замечу, что НСЖУ и не ассоциируется с организацией, отстаивающей права журналистов. В случае конфликтных ситуаций мы слышим названия каких угодно организаций, но не журналистского союза.

— Не совсем с вами согласен. Скажем, когда продвигался «закон о клевете» — мы первыми призвали к противодействию, и именно вокруг нас сплотилось журналистское сообщество. Решаем много ситуаций, которые не выносятся на широкую публику. Наша юрслужба организовывала группы правовой защиты быстрого реагирования — адвокаты совершали экстренные вылеты в Крым, Луганск, Львов и т.д.

В этих стенах мы хотим создать не офис, а что-то вроде Дома журналистов, собирая под его крышу различные журналистские организации. К нам уже перебрались независимые медиапрофсоюзы, Комиссия по журналистской этике*, Ассоциация медиаюристов. Мы не будем ни перед кем выстраивать политических барьеров и открыты для всех журналистских сообществ, включая, скажем, организацию «Стоп цензуре!»

_________________________________
* В контексте данного интервью необходимо сделать оговорку о Комиссии по журналистской этике.

Деструктивной деятельности этой организации и ее председателя Владимира Мостового («Зеркало недели») мы посвятили в свое время слишком много внимания, и потому в данном случае лишь отсылаем читателя к интернет-архиву нашего еженедельника. Смотрите, например, «В Комиссии по журналистской этике — карательные настроения», и другие публикации на эту тему.

Потому удивительно было заметить, что кабинет г-на Мостового теперь также размещается в комфортном здании Союза журналистов этажом ниже кабинета председателя НСЖУ.«Мы только предоставляем им помещение», — говорит Олег Наливайко, дистанцируясь пока от альянса с известными «моралистами», однако всякие бывают нынче поглощения.

Впрочем, может быть, наши тревоги напрасны, и г-ну Мостовому удалось-таки очиститься от «карательных настроений»? К такому смелому и оптимистичному выводу подталкивает тот факт, что в ноябре прошлого года Владимир Мостовой стал первым в Украине лауреатом Национальной премии за защиту свободы слова им. Игоря Лубченко.

Эта премия была учреждена НСЖУ для поощрения и награждения людей и организаций, достигших успехов и общественного признания в сфере отстаивания права на свободу слова, борьбе за высокие профессиональные журналистские стандарты.

Награда, как говорится, оперативно нашла героя.

Правление НСЖУ старается дистанцироваться от политических процессов. Например, на последних выборах мы просили, чтобы члены актива нигде не баллотировались и не вели агитационной работы. Не скрою — часто мне ставят в укор, что НСЖУ поддерживает отношения с властью. Спрашивают, есть ли у меня мобильный Левочкина. Есть. Но я не считаю, что мы должны избегать подобных контактов. Наоборот, такое сотрудничество способствует решению многих проблем.

— А мобильный Тимошенко у вас есть?

— Есть и Тимошенко. Я же работал председателем Гостелерадио, когда она была премьер-министром.

Избавиться от «журналистов» со стволами

— Сколько журналистов являются членами НСЖУ?

— Перед новым годом мы приняли 20-тысячного члена, и прием в последнее время растет, несмотря на то, что мы ужесточили правила, отсеиваем различных «прилипал», не имеющих никакого отношения к журналистике. Активизировались ребята до 30 лет, к нам потянулись представители интернет-изданий. Традиционно НСЖУ объединял в основном представителей коммунальных изданий старшего возраста.

— Сколько же тогда, по вашим оценкам, прилипал-прихлебателей среди 20 тыс., и что их заставляет платить взносы? Вы уже начали «чистку» рядов?

— Да, чистка идет. Сложно сказать точное число. Думаю, процентов 5. За прошлый год мы исключили около 300 человек, и этот процесс продолжится.

За последние годы НСЖУ пережил два притока «левых профессионалов». Первый образовался в связи с принятием закона, позволяющего членам НСЖУ приобретать оружие для самообороны. Тогда и ко мне в УНИАН многие «знакомые знакомых» обращались с просьбой выдать заветную справку, думаю, многих редакторов тогда посещали такие просители.

Второй приток возник после введения странами Шенгенской зоны визовых льгот для журналистов. Наконец, есть и такие, кто использует удостоверение члена НСЖУ как аргумент при общении с гаишниками. Говорят, действует. Заплатил 100 грн. в год — сэкономил 1000 на штрафах. Выгодно.

— А сколько украинских журналистов остается вне НСЖУ? Больше 20 тыс.?

— Думаю, больше, хотя подсчитать, какое число журналистов работает на Украине, весьма сложно, и этим еще никто не занимался.

— Насколько я знаю, каких-то ощутимых льгот и преференций сегодня не имеют даже члены союза, имеющие звания заслуженных журналистов?

— А их, особых, и в СССР не было. Но тогда поддерживался определенный имидж, считалось, если ты причастен к НСЖУ, значит, чего-то достиг в профессии. А так, был один пансионат у моря из нескольких деревянных домиков, куда предоставлялись льготные или бесплатные путевки. Он прекратил существование в начале 90-х. И база отдыха в Болгарии, которая принадлежала Международной федерации журналистов: на Украину выделялось 10—15 путевок в год. Также в то время было существенным, что при получении государственной квартиры член союза мог претендовать на отдельную комнату в качестве рабочего кабинета. Всё.

Тишину нарушили «шпионы»

— Не могу не спросить у вас как у почетного президента УНИАН о последнем нашумевшем скандале, когда агентство опубликовало недостоверную и, прямо скажем, явно бредовую информацию об эсбэушниках, переодетых в костюмы медведей, шпионящих за адвокатом Тимошенко.

— Я болезненно переживал эту ситуацию и полностью разделяю мнение руководителя «Интерфакса» Александра Мартыненко, что любое информагентство любит тишину. Такого рода промахи очень серьезно бьют по базе подписчиков, подрывают доверие пользователей.

— То есть — произошел рабочий сбой «фильтра» или позвонил Коломойский или кто-то от него, сказав, что это должно непременно прозвучать?

— Я достаточно долго проработал с Коломойским и уверяю вас, это исключено: «поставь-сними» — не царское это дело.

Дело в том, что в УНИАН всегда был демократический стиль управления, по чьей-то команде выпускающий редактор не мог поставить сомнительную информацию. Ни ради политической конъюнктуры, ни ради коммерческой выгоды. У выпускающего всегда было право вето на пожелания гендиректора и главного редактора. Так была сформирована внутрицеховая культура.

Новый менеджмент построил более жесткую, управляемую модель, и я не вправе ее осуждать, она опробовалась на телевидении, где практикуются иные подходы. Но дала сбой — средний менеджмент не смог найти общий язык с творческим составом. Был использован ненадежный источник информации.

— Вам нравится новая должность, Олег Игоревич, не скучаете по родному информагентству?

— Очень нравится. Правда, не совсем довольна жена, поскольку я часто в командировках (Олег Наливайко воспитывает троих детей. — Авт.). Моя работа в УНИАН в основном была связана с коммерческими вопросами — постоянный поиск возможностей заработка, утром, днем, вечером, выработка новых проектов, создание новых сайтов. Здесь — другой масштаб и новые интереснейшие задачи, связанные с построением большой корпоративной структуры, образовательными проектами и т.д.

Я в общем-то хочу и буду стараться работать так, чтобы НСЖУ стал для меня делом, что называется, на всю оставшуюся жизнь.