Нам говорят неправду

(О наших потерях в Великую Отечественную войну)

Мы постоянно слышим о том, что в Великую Отечественную войну наши безвозвратные потери составили около 30-ти миллионов советских людей. Первым на такое количество потерь (сначала 44 млн. чел., а потом 31 млн. чел. военнослужащих) указал А.И. Солженицын. На что В.В. Кожинов ответил следующим образом:

«Когда человек приводит цифры, он должен всё-таки как-то соотносить свои утверждения с реальностью. К тому же этот человек имеет образование математическое. Ведь давным давно установлено, причём не только у нас в стране, но и эмигрантской демографией, что, во-первых, с 1941-го по 1945-й из 195 миллионов человек, которые в нашей стране жили, исчезли 38 миллионов. Это всего — детей, стариков, женщин и так далее. Поэтому назвать цифру 44 миллиона применительно к погибшим солдатам — простите, даже как бы неприлично.

Продолжу анализ. Из названных 38 миллионов — около 13 должны были умереть естественной смертью. Это минимум…

Теперь второе. Во время войны и сразу после её завершения из страны эмигрировали пять с половиной миллионов человек. Это в основном были немцы, жившие в Прибалтике, поляки, представители балтийских народов, жители Западной Украины и так далее. Значит, прибавьте это к 13 миллионам, и получится, что погибнуть во время войны могли около 19 с половиной миллионов наших сограждан. Всех вместе! И говорить, что погибли пусть теперь уже не 44, а 31 миллион одних только солдат — ну, как можно?»

В этом отношении показательны «откровения» А.И. Солженицына. В беседе со студентами университета в Цюрихе он говорил: «Там, где научное исследование требовало бы сто фактов, двести — у меня их два, три. И между ними бездна, прорыв. И вот этот мост, в который нужно бы уложить ещё сто девяносто восемь фактов, мы художественным прыжком делаем, образом, рассказом, иногда пословицей». («Советская Россия». 1999, 24 августа). «Да, так можно «уложить» не только 60, а и все 100 миллионов «жертв», — пишет доктор исторических наук Б. Г. Соловьёв.

И.В. Сталин в марте 1946 года, комментируя речь У. Черчилля, говорил о том, что в результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял около 7 миллионов человек.

Н.С. Хрущёв, стремившийся принизить все заслуги И.В. Сталина, увеличил наши потери военнослужащих и мирных жителей до 20 млн. чел. В десятом томе «Всемирной истории», изданном при правлении Н.С. Хрущёва написано: «Разгром фашистской Германии был достигнут Советским Союзом ценой величайших человеческих жертв… Общее число погибших составило более 20 млн. человек, из них не менее половины были мирные жители».

Либералы-ревизионисты, чтобы показать ущербность советской власти, довели количество погибших до 27 млн. чел. Основной упор они сделали не на зверства фашистов, убивавших мирное население и ведших войну на истребление, а на якобы имевшие место 17-ти миллионные потери военнослужащих. Они в несколько раз превысили количество погибших военных с целью показать неумение советского правительства управлять страной, а советских военачальников командовать войсками. Они стремятся принизить заслуги Красной Армии перед своим народом и народами Европы, выставить в глазах народов России и населения других стран советских военачальников неспособными грамотно, со знанием дела и заботой о солдатах управлять войсками. И это в то время, как наша армия, одерживая одну победу за другой, наголову разгромила врага, когда современникам было ясно, что не существует ни в одной армии мира более талантливых, грамотных, разумных, человечных военачальников, чем военачальники советской армии во время Великой Отечественной войны 1941—1945 годов. Они сами вышли из народа, являлись его плотью и кровью и несли на себе свет той всеобъемлющей русской доброты, которую никогда не понять привыкшему к стяжательству, измеряющему жизнь только личной выгодой, безжалостному западному индивидууму. Но сегодня недостойные люди называют бездарными и жестокими наших замечательных военачальников, организовавших сокрушение сильнейшей армии мира.

В либеральных СМИ цифры наших потерь постоянно растут. Против них никто особенно не возражает, потому что молодым всё равно, а старые просто жалеют погибших.

Но вот уже и Александр Проханов в своей газете доводит этот миф до абсурдной цифры: «Тридцать миллионов советских людей, погибших во время войны, — это священная Христова жертва, которая понадобилась для одоления зла, попрания фашистского ада» («Завтра», 2012, №19).

Даже не искажая данные, а указывая с немецкой стороны потери военнослужащих, а с советской — сумму потерь военнослужащих и мирного населения, уже половину России убедили в том, что Красная Армия воевала очень плохо и якобы одерживала победы только ценой больших человеческих жертв. И совсем немногие обращают внимание на необоснованные выводы, на очевидную истину, что умение армией вести бои характеризуют потери военнослужащих, а не мирного населения. Потери мирного безоружного населения указывают только на жестокость, определённые цели врага, но не могут характеризовать боеспособность армии, уровень её военачальников. Понятно, что такая оценка прославляет ту армию, которая больше убила безоружных мирных жителей и военнопленных противника. И, несмотря на всю нелепость подобной оценки советских вооружённых сил во время Великой Отечественной войны, она уже десятилетиями применяется многими историками, исследователями и политиками.

Необходимо отметить, что А.Солженицын и все его последователи указываемые данные о наших потерях не обосновывают. Впервые наши потери были подсчитаны на научном уровне профессором, академиком РАЕН Г.А. Куманёвым и специальной комиссией Министерства обороны СССР и Отделения истории АН СССР в 1990 году. На основании ранее закрытых статистических данных комиссия установила, что человеческие жертвы в Вооружённых Силах СССР, а также пограничных и внутренних войсках страны в ходе Великой Отечественной войны составили 8 млн. 668 тыс. 400 человек. В это число вошли 2 млн. 665 тыс. 935 советских военнопленных, погибших в немецком плену. То есть по данным указанных учёных и исследователей потери в войне военнослужащих Германии с союзниками и СССР были практически одинаковыми. Участник Великой Отечественной войны доктор исторических наук Б.Г. Соловьёв и кандидат наук В.В. Суходеев, известный историк Ю.В. Емельянов, а также О.Платонов, Ю.Мухин и многие другие историки и исследователи считают верным указанное количество потерь советских военнослужащих во время Великой Отечественной войны 1941—1945 годов.

Немецкие потери большинством русских учёных, историков и исследователей указываются в количестве 8 млн. 649 тыс. 500 человек. Фактически немецкие вооружённые силы с союзниками имели большие потери, так как, например, «умершими от ран (у немцев) считались только те, кто умер в течение трёх дней, остальные умирали (относились к умершим) от «не связанных с войной причин». Обратите внимание, что если бы мы убили такое же количество немецких военнопленных, как немцы убили наших, то немецкие потери в войне более чем на 2 млн. человек превысили бы потери Красной Армии. Но полагаю, что не было указанных выше миллионов убитых в немецком плену советских военнослужащих. К такому выводу я пришёл, когда обнаружил, что наши историки количество взятых в плен солдат и офицеров берут из немецких источников, не гнушаясь тем, что взятые ими сведения в своё время озвучивал Геббельс, который говорил, что ложь, произнесённая тысячу раз, становится правдой.

А расчёт погибших в немецком плену проводится историками следующим образом: из количества пленных, указанных в немецких источниках, вычитается количество советских военнослужащих, вернувшихся из плена. Всех не вернувшихся относят к погибшим в немецком плену.

Из немецкого плена вернулось на родину в СССР 1 млн. 894 тыс. 65 человек — попавших в немецкий плен бойцов и командиров Красной Армии. Данные сведения вполне достоверны и подтверждаются с незначительными отличиями целым рядом исследователей, в том числе Г.А. Куманёвым и В.В. Суходеевым. А вот данные о том, сколько советских военнослужащих было взято в плен доверия не вызывают.

Наши историки оценивают количество советских военнопленных в 4 млн. 559 тыс. солдат и офицеров, а немецких с их союзниками — в 4 млн. 126 тыс. Достоверность указанных сведений вызывает сомнение, так как в плен сдалась вся немецкая армия, находившаяся на Восточном фронте, а также в плен сдались армии воевавших с нами союзных Германии государств (Румынии, Венгрии, Италии и Финляндии), и поэтому количество советских военнопленных никак не может быть больше количества военнопленных Германии и её сателлитов.

Весь ход войны показывает, что количество военнопленных Красной Армии значительно завышено — как общее, так и в отдельных сражениях. Например, количество военнопленных взятых немцами под Киевом, Вязьмой и в приграничных сражениях в 1941 году, завышено в 6 и более раз. В частности, перед началом Киевской операции в составе всего Юго-Западного фронта находилось 677 085 советских солдат и офицеров, бои они вели с 7 июля по 26 сентября 1941 года, после чего 150 541 человек избежали окружения и отошли на тыловые рубежи. Значительное количество войск вышло из окружения и присоединилось к отошедшим войскам. Но наши историки вслед за Геббельсом упорно твердят о якобы 665 тысячах сдавшихся в плен под Киевом советских солдат и офицеров.

Приведённые данные, указывающие на то, что наши войска Юго-Западного фронта, обороняющие Киев, далеко не все попали в окружение и за период почти 3-х месячных боёв имели значительные потери, приводят к выводу, что под Киевом могло быть окружено не более 150 тысяч советских военнослужащих, а в плен могло быть взято не более 100 тысяч советских солдат и офицеров.

Второй пример — это окружение наших войск под Вязьмой 7 октября 1941 года. Г.К. Жуков, А.М. Василевский, К.К. Рокоссовский, энциклопедия Великой Отечественной войны 1941—1945 годов под редакцией М.М. Козлова указывают, что под Вязьмой из 12 армий Западного и Резервного фронтов были окружены 4 наших армии, а именно: 19-я, 20-я, 24-я и 32-я, что составляло до начала боевых действий порядка 332 тысяч человек, а на момент окружения менее 300 тысяч военнослужащих. Ясно, как день, что при окружении 300 тыс. человек не может быть взято в плен 600 тысяч человек.

Наши части и в окружении продолжали вести бои и, конечно, солдаты и офицеры гибли в боях, часть наших войск прорвалась из окружения, влилась в части защитников Москвы, часть ушла в партизаны, и в плен к немцам могло попасть не более 100 тысяч военнослужащих. Но наши историки по-прежнему вслед за Геббельсом повторяют ложь о 600 тысячах пленённых советских солдат и офицеров.

Третий пример — это окружения и пленения наших войск вначале войны в приграничных сражениях. Зам. начальника Управления особых отделов С. Мильштейн 10.10.1941 года докладывал о том, что из отставших при отступлении от своих частей советских военнослужащих «632 486 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт». Очевидно, что вместе с бежавшими из плена и вышедшими из окружения указанное количество военнослужащих, направленных на фронт было ещё больше. К.К. Рокоссовский в своей книге также пишет, как они в 1941 году формировали соединения из вышедших из окружения солдат. А наши историки и исследователи всех их записали в пленные.

Надо отметить, что после прорыва фронта и окружения наших войск под Вязьмой имели место окружения наших войск в Керчи и под Харьковом, но с этого момента, то есть с мая 1942 года по май 1945 года, за 3 года войны не было окружений крупных соединений советских войск.

Немцев окружали в августе 1941 года при проведении Ельнинской наступательной операции, в январе 1942 года при проведении Демянской наступательной операции (было окружено 95 тысяч немецких военнослужащих) и в других боях, но это были сравнительно незначительные окружения, из которых немцы часто вырывались. А вот с ноября 1942 года, с момента окружения под Сталинградом значительные силы войск Германии и её союзников попадали в окружения и в плен все три года войны.

Приведённые сведения говорят о том, что количество погибших и попавших в плен советских военнослужащих меньше объявленного нашими историками. Из приведённых выше фактов видно, что количество взятых в плен советских военнослужащих завышено на несколько миллионов человек. В реальности оно было меньше, что значительно сокращает количество погибших в немецком плену и, как следствие, число безвозвратных потерь Красной Армии во время войны. Подсчёт количества советских военнопленных ещё ждёт своих честных историков и исследователей.

Надо отметить, что с самого начала войны правительство СССР стремилось сберечь как можно больше жизней наших бойцов. Не всегда это удавалось, но забота о сохранении жизни наших солдат и офицеров прослеживается на протяжении всей войны. Например, уже в 1941 году Сталин издал приказ №281 «О порядке представления к правительственной награде военных санитаров и носильщиков за хорошую боевую работу». Этот приказ приравнивал спасение раненых к боевому подвигу. За вынос с поля боя 15 раненых с оружием санитар и носильщик награждались медалью «За боевые заслуги» или «За отвагу»; за вынос 25 раненых — орденом Красной Звезды, 40 — орденом Красного Знамени, 80 — орденом Ленина. За вынос 100 раненых санитару и носильщику присваивали звание Героя Советского Союза. Факты, указывающие на стремление сохранить жизнь каждого бойца, опровергают ложь о том, что советское руководство не считалось с гибелью людей на фронтах и завалило трупами немцев.

Надо сказать и о том, что согласно постановлению СНК от 6 мая 1942 года местные власти должны были оформлять пенсии инвалидам в течение двух дней после выписки из лечебного учреждения. Вот это и есть забота о человеке, а не пустая нынешняя болтовня о «демократии».

Наш известный историк Ю.В. Емельянов писал, что Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 3 октября 1941 года были созданы областные, краевые и республиканские комитеты помощи по обслуживанию больных и раненых бойцов и командиров Красной Армии. Это способствовало улучшению их обслуживания. За годы войны госпитали СССР возвратили в строй более 7 миллионов воинов, что составляло 71% раненых и 91% больных солдат и офицеров.

Указанные цифры наводят и на другие размышления. Они говорят о том, что за годы войны было ранено 9,86 млн. наших солдат и офицеров. Статистика показывает, что на одного убитого бойца обычно приходилось до трёх раненых, то есть раненых обычно было в три раза больше, чем убитых. Разделив 9,86 на три, получим количество убитых в бою за время Великой Отечественной войны советских военнослужащих, и оно получается равным 3,287 млн. человек. И это — все убитые в бою во время Великой Отечественной войны 1941—1945 годов солдаты и офицеры Красной Армии. Других убитых в бою нет.

Такой расчёт, конечно, имеет погрешность, но при большом количестве раненых эта погрешность не столь уж и значительная. К тому же расчёт базируется на точных данных советских лечебных учреждений. Полученное количество убитых и количество раненых указывают на нелепость утверждения либеральных исследователей о десятках миллионов погибших во время войны советских военнослужащих. В данном случае объясняется и происхождение сведений, чего нельзя сказать о немецких источниках и сведениях о потерях, приводимых нашими либералами типа Солженицына.

Если бы немцы не убивали и кормили наших военнопленных, как мы не убивали и кормили немецких военнопленных, то во время Великой Отечественной войны 1941—1945 годов погибло бы с учётом умерших от ран в госпиталях и погибших по другим причинам около 4 млн. солдат и офицеров Красной Армии. То есть безвозвратные потери военнослужащих Германии и её союзников на Восточном фронте в период с 1941 по 1945 годы более чем в два раза превысили бы потери Красной Армии. Таким образом, мы можем сказать, и это соответствует действительности, что в боях наши деды и прадеды убили в 2 с лишним раза больше солдат и офицеров противника по сравнению с убитыми в боях солдат и офицеров Советской армии. Это говорит о двойном превосходстве в военном искусстве и в вооружении советской армии над армией немецкой, и о том, что наше правительство и наши военачальники берегли людей. Когда А.М. Василевского спросили, могла ли Красная Армия наступать быстрее, он ответил, что могла, но при этом мы потеряли бы намного больше людей. То есть наши наступательные операции готовились очень тщательно, а это, естественно, требовало времени. Остальные наши потери военнослужащих связаны с тем, что немцы, ведя войну на истребление советских людей, убивали, истязали, морили голодом, расстреливали наших военнопленных. Очевидно, что большее количество указанных нашими учёными и историками безвозвратных потерь Красной Армии можно объяснить только завышенным количеством взятых в плен советских военнослужащих и, как следствие, завышенным количеством убитых в плену. Точное количество погибших в бою и взятых в плен советских военнослужащих нашими историками и исследователями по настоящее время не установлено, так как они всё ещё пользуются данными манштейнов и геббельсов.

К вопросу о сбережении людей ещё надо добавить, что за вынос каждого раненого предусматривалось денежное вознаграждение дополнительно к начисляемой ежемесячно всем военнослужащим СССР, включая рядовых, денежной сумме, которая зависела от занимаемой должности и воинского звания. Дополнительное денежное вознаграждение начислялось и за сбитые самолёты, уничтоженные танки и другие дорогостоящие виды военной техники противника. Мои родители по окончании войны получили начисленные деньги в количестве, которого вполне хватало на покупку жилого дома.

Но, конечно, наши солдаты сражались не за деньги. Да и нет таких денег, за которые человек готов отдать свою жизнь. Сражались они за Родину, потому что в то время слово Родина в сердце каждого солдата было написано с большой буквы.

Рассматривая вопрос о потерях Германии, я обратил внимание на обстоятельства, о которых умалчивают наши исследователи. Ведь Красной Армии пришлось штурмовать, брать с боем намного больше городов, других населённых пунктов, чем вермахту, потому что кроме захваченных Германией городов СССР нам пришлось выбивать немцев из городов густозаселённой Европы, которые немцам штурмовать не приходилось. И если в Советском Союзе мы выбивали немцев из населённых пунктов, которые они до этого с боем захватили, то о населённых пунктах восточной Европы этого сказать нельзя, потому что подавляющее большинство из них сдалось немцам без боя. В Европе нашей армии пришлось штурмовать как веками укрепляемые районы восточной Пруссии, так и крупные каменные города Венгрии, Румынии, Чехословакии, Польши и других стран, а также Берлин. Невозможно преувеличить трудность взятия таких объектов.

Достаточно сказать, что немцы 250 дней брали Севастополь, увязли в уличных боях в Сталинграде, а в Москву и Ленинград не смогли даже войти.

Недоброжелатели России с помощью лживых СМИ заложили в сознание людей искаженную информацию о наших потерях, и с помощью грязных технологий манипуляции сознанием указали виновников этих потерь. По этой информации виновниками наших потерь является не гитлеровская Германия, со своими союзниками в 1941 году напавшая на СССР, а Сталин, советское руководство, советские военачальники. В этой информации нет ни слова правды, но она властвует над умами населения страны. А факты указывают на то, что уже к лету 1943 года у Красной Армии имелось по сравнению с Германией и её союзниками свыше 103 тысяч орудий и миномётов против 54 330 орудий и миномётов; 9918 танков и САУ против 5580 танков и штурмовых орудий; 8357 самолётов (включая самолёт «У-2») против 3000 самолётов. В 1943 году было изготовлено снарядов, мин и авиационных бомб около 175 миллионов, а в 1944 году — 184 миллиона. В 1943 году было произведено около 6 миллиардов патронов для стрелкового оружия, а в 1944 году — свыше 7,4 миллиарда. Уже в конце 1942 года Красная Армия превзошла вермахт по количеству оружия и боеприпасов и прежде всего именно поэтому имела потерь меньше, чем гитлеровская Германия. Наше превосходство в количестве оружия с осени 1942 года постоянно возрастало и постоянно возрастало количество потерь армий Германии и других, воевавших с СССР стран Европы по сравнению с потерями Красной Армии. И если учесть храбрость и мужество советских солдат, то в этом не может быть никаких сомнений. Одного факта, что Красная Армия из четырёх лет войны почти три года имела значительное превосходство над противником в вооружении достаточно для того, чтобы опровергнуть всех авторов, утверждающих, что СССР потерял в войне солдат и офицеров больше противника.

Двойное, тройное и более превосходство в вооружении по сравнению с противником однозначно приводит к большему количеству потерь военнослужащих противостоящей стороны даже при наступательных операциях. Значит, в течение 3-х лет войны Германия имела потери военнослужащих, превышающие потери военнослужащих Советского Союза, так как из 4-х лет войны немецкая армия в сумме только один год превосходила Красную Армию в вооружении. Уже в середине 1943 года советская армия на направлении главных ударов имела возможность устанавливать до 100 орудий на километр фронта, а в середине 1944 года — до 240 орудий. И эти орудия разрушали укрепления противника, подавляли его огневые точки и, таким образом, сберегали жизни советских солдат. Нетрудно себе представить, что когда через каждые 10 метров стреляло по врагу орудие, то сравнивались с землёй окопы, взлетали на воздух блиндажи, рушились многометровые бетонные стены, немецкие солдаты гибли десятками тысяч, даже не успев произвести выстрел. А когда эти орудия стояли на расстоянии 5-ти и менее метров друг от друга, то там, куда они попадали, не оставалось ничего целого и живого. Но уже десятки лет нашим людям рассказывают мифы о том, что солдаты Красной Армии не имели достаточного количества оружия, и, якобы, наступая без танков и артиллерии, «заваливали немцев трупами». Однако фактически Красная Армия заваливала немцев не трупами, а снарядами и бомбами.

И в 1941 году мы имели количество оружия достаточное для того, чтобы держать оборону и контратаковать противника. В этой связи необходимо сказать о том, что в июне 1941 года немецкая армия насчитывала 8,5 млн. человек, имела промышленность и вооружение всех покорённых ею европейских стран с населением около 400 млн. человек (СССР — 195 млн. человек) и не менее 2,5 млн. человек армий союзников Германии. То есть пятимиллионной армии СССР противостояла одиннадцатимиллионная европейская армия, которая, конечно, была уверена в победе. И советских людей не обманывали, а спасали. Гитлер на весь мир заявил, что на Востоке ведёт войну на истребление. Народы СССР не были истреблены, потому что даже в первые месяцы войны, уступая противнику в численности, количестве танков и самолётов последних модификаций и в количестве грузовых автомобилей Красная Армия в общем количестве вооружений не отставала, а даже превосходила немецкую армию. Именно это, в частности, позволило в период с 22.06. по 19.07.1941 г. сбить 1284 немецких самолёта, то есть менее чем за месяц боёв уничтожить треть германских военно-воздушных сил, на что указывают министр авиационной промышленности военного времени А.И. Шахурин и честные исследователи наших дней.

Два года войны наша армия воевала, имея численность меньше, чем имела на Восточном фронте Германия с её союзниками. Но потери войск Германии были настолько велики, что уже к лету 1943 года, несмотря на тотальную мобилизацию, Германия не смогла довести численность своих войск на Восточном фронте до уровня весны-осени 1942 года, которая в то время составляла около 6,2 млн. человек и на 1,1 млн. человек превышала численность войск Красной Армии. Численность своих войск на Восточном фронте к лету 1943 года Германия смогла довести до 4,8 млн. Кроме того, 525 тысяч человек насчитывали войска сателлитов Германии.

СССР не имел таких потерь, и к лету 1943 года в составе нашей действующей армии было 6,6 млн. человек. Впервые за всю войну численность советских войск превысила численность войск противника.

Безвозвратные потери мирного населения очень трудно поддаются учёту, и каждый этот учёт ведёт по-своему. Например, Олег Платонов учитывает как прямые, так и косвенные потери, связанные с неродившимися детьми. Даже естественная смерть во многих случаях возникала в результате действий оккупантов и была связана с голодом, холодом и болезнями. Очень трудно учесть количество расстрелянных, угнанных в Германию на работы и замученных там советских граждан, скончавшихся от побоев, от непосильного труда. Трудно точно учесть даже количество советских граждан, погибших от немецких бомбёжек наших городов. По-моему, более точный результат можно получить не на основании учёта, а путём расчёта численности населения на основании переписи с учётом естественной убыли, въезда-выезда и других факторов. Ранее приводился пример расчётов, сделанный В. В. Кожиновым, который довольно убедительно определил общее количество безвозвратных потерь СССР во время Великой Отечественной войны (в сумме военнослужащих и мирного населения) в 19,5 млн. человек.

Но, на мой взгляд, точные данные о наших потерях назвал именно И.В. Сталин. Газета «Правда» 14 марта 1946 года напечатала ответы Сталина на вопросы корреспондента газеты, которые корреспондент задавал И.В. Сталину 13 марта 1946 года. В частности, Сталин сказал следующее: «Немцы произвели вторжение в СССР через Финляндию, Польшу, Румынию, Болгарию, Венгрию. Немцы могли произвести вторжение через эти страны потому, что в этих странах существовали тогда правительства, враждебные Советскому Союзу. В результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял в боях с немцами, а также благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на каторгу около семи миллионов человек. Иначе говоря, Советский Союз потерял людьми в несколько раз больше, чем Англия и Соединённые Штаты Америки, вместе взятые. Возможно, что кое-где склонны предать забвению эти колоссальные жертвы советского народа, обеспечившие освобождение Европы от гитлеровского ига. Но Советский Союз не может забыть о них. Спрашивается, что же может быть удивительного в том, что Советский Союз, желая обезопасить себя на будущее время, старается добиться того, чтобы в этих странах существовали правительства, лояльно относящиеся к Советскому Союзу? Как можно, не сойдя с ума, квалифицировать эти мирные стремления Советского Союза, как экспансионистские стремления нашего государства?..»

Всё сказанное выше показывает, что утверждения о безвозвратных потерях СССР во время Великой Отечественной войны в количестве 30-ти миллионов советских людей не соответствуют действительности. Это не что иное, как клевета на Советский Союз.

Ставропольский край, г. Пятигорск