Дело Pussy Riot : катализатор православной реформации?

На модерации Отложенный

Я уже неоднократно высказывался по поводу Pussy Riot, и полагал, что в день вынесения им приговора Хамовническим судом последний раз вернусь к этой теме. Но не тут-то было. Даже на фестивале МКБ в парке Горького в разговоре со многими людьми снова и снова возникала тема скандального панк-молебна и всего, что за ним последовало.
Поэтому сегодня, когда страсти после суда слегка улеглись, хочу еще раз высказать свою позицию по этому делу, потому что оно, на мой взгляд, вышло за рамки чисто церковной дискуссии и касается уже всего общества.



Итак, свершилось. Приговор Pussy Riot вынесен. Честно говоря, до последнего хотелось надеяться, что суд все же проявит запоздалое благоразумие и вынесет компромиссный приговор: несколько месяцев тюрьмы, после чего девицы будут освобождены в зале суда - с учетом времени, которое они уже реально отсидели во время следствия. Увы, этого так и не произошло. По итогам трагикомического процесса, отдельные фазы которого напоминали нечто в жанре то ли Кафки, то ли Гашека, участницы Pussy Riot получили вполне весомый срок.

Конечно, бесконечно жалко "неразумных дев". Еще более жалко их детей, которые рискуют надолго остаться без материнского тепла. И, тем не менее, наиболее пострадавшей от этого судилища стороной в итоге останутся отнюдь не осужденные, а те, кто его организовал - т.е. светская власть вкупе со священноначалием Русской Православной Церкви. Совместными усилиями им удалось совершить то, про что Наполеон в аналогичных случаях говаривал: "Это гораздо хуже, чем преступление, это ошибка!"

Уже очевидно, что от суда над Pussy Riot весьма существенно пострадал имидж России в мире. Причем, дело даже не в необоснованно жестоком приговоре, вынесенном за проступок, который, с точки зрения юриспруденции (а не канонического права Православной Церкви), может квалифицироваться не более, чем мелкое хулиганство. Полнейшим идиотизмом выглядело само делопроизводство, в котором всякий раз наблюдались "лирические отступления" в сторону то богословствования, то психоаналитики, недопустимые для любой вменяемой судебной практики.

Но ни в какое сравнение с издержками Российского государства от процесса Pussy Riot не идут потери, которые понесла от него РПЦ (точнее, не привыкшее отделять себя от нее священноначалие).



Глупостью было, прежде всего, вообще привлекать к этому делу столь повышенное внимание. Но объявив акцию "Пусей" в храме Христа Спасителя одним из элементов якобы начавшейся глобальной антицерковной кампании, руководство Московской Патриархии нелепейшим образом раздуло ее значение, превратив заурядных хулиганок в фигуры такого масштаба, что о них заговорил весь мир.
А соединив это "звено" в одну "цепь" с другими - скандалом вокруг нано-запыленной квартиры Патриарха и его драгоценного хронометра, и объявив все это вместе взятое ни много, ни мало, как "гонением на Церковь", наша иерархия не только показала всему миру свою полнейшую неуклюжесть в информационно-идеологической сфере, но и умудрилась поместить коллекцию своих собственных пороков и ошибок строго под объектив линзы многократного увеличения - любуйся мировая общественность! Словом, молодцы - высекли себя не хуже унтер-офицерской вдовы из известного рассказа.

Ко времени суда над Pussy Riot нелепость сложившейся ситуации и угроза, которую она представляет репутации Московской Патриархии, обозначились, казалось бы, предельно четко. И, тем не менее, последняя, действуя, словно слон в посудной лавке, продолжает громоздить одна на другую все новые ошибки вокруг прежнего сюжета. Чего стоит хотя бы запоздалая инициатива церковного руководства, которое, исправно промолчав несколько месяцев, минувших со времени взятия участниц Pussy Riot под стражу, вдруг молниеносно призвало проявить милосердие к осужденным, как только им был вынесен приговор.

После этого отец Всеволод Чаплин или любой иной церковный функционер может сколь угодно долго объяснять, что это было сделано, чтобы не оказывать давления на следствие, или вещать иные благоглупости - все это уже никак не повлияет на то, что произошло. А произошло следующее: Церковь, в чью обязанность входит не просто напоминать своим верным слова Христа: "Блаженни милостивии, яко тии помиловани будут", а являть в том пример своей пастве, во всей истории с Pussy Riot именно милосердия-то как раз и не проявила.
Ибо что есть милосердие? Как следует из самого слова, это, прежде всего, милость, исходящая от сердца. От сердца, а не от разума! Потому как, если бы сердце было милосердно, то оно не стало бы ожидать, когда удобнее и выгоднее об этом объявить, рационально высчитывая подходящее время.

Но ведь до самого момента вынесения приговора мы так и не услышали от нашего священноначалия призыва помиловать и простить "неразумных дев"!

Значит, сердца наших иерархов, ни один из которых все это время не счел возможным (или не решился - теперь это уже не важно) выступить в роли "печальника" и ходатая за подсудимых, глухи к призыву Христа прощать обидящим и творить милость. И теперь слова о милости к осужденным, сказанные после того, как "правосудие" свершилось, способны оставить лишь впечатление топорно спланированной пиар-акции, но никак не подлинного проявления милости к падшим.

Хотелось бы обратить внимание еще на один момент. В Евангелии сказано, что ни один волос не упадет с головы человека, если на то не будет воли Божией. А раз так, то вряд ли случайно, что практически одновременно с вынесением приговора Pussy Riot Москву буквально потрясли еще два скандала "на церковной почве": крупные ДТП с участием двух московских клириков.
Особо трагичен и омерзителен по своим подробностям эпизод, связанный с гибелью двух человек, ставших жертвой 26-летнего иеромонаха, протаранившего людей своим "Мерседесом" и бесстыдно бежавшего после этого с места преступления. В этой связи хотелось бы поинтересоваться, почему в священный сан оказался рукоположен человек, не достигший 30-летнего возраста, предписанного канонами, и к тому же обладающий, как видно, более чем сомнительными духовно-нравственными качествами? Неплохо бы узнать у правящего епископа Москвы, как такого рода личность появилась в клире храма, занимающего в российской столице далеко не последнее место, а также на какие средства (уж не на пожертвования ли?) приобретен иноком-мажором дорогущий автомобиль?

Совпадение событий, как видно, не случайность. Очевидно, что в нашей церковной жизни сегодня творится нечто неладное, и скрыть это за дежурными камланиями о "возрождении духовности после долгих лет гонений и духовного застоя" уже не удается. Не менее очевидно, что если не принять экстренных мер, то нарыв вот-вот прорвется. "Кризисный менеджмент" в Церкви, о котором еще недавно столь много говорили, в итоге свелся к игре в нарезку новых епархий и создание многочисленных присутствий, комиссий, советов и проч.

Церкви же в России сегодня, на мой взгляд, необходимо совсем другое. Причем, сделать для этого надо совсем немногое: нужно просто начать честно жить по Евангелию, подавая в том пример "внешним", то есть и коррумпированной госвласти, и стремительно дичающему и деградирующему народу, и миллионам мигрантов, которые через какой-нибудь десяток лет до неузнаваемости так изменят этно-конфессиональную обстановку в стране, что проблема церковной реформы в Русском Православии будет представляться чем-то сродни монофелитским спорам в Византии VII века от Рождества Христова.

Честно говоря, в то, что в Чистом переулке возобладает если не христианская совесть, то хотя бы здравый смысл в подходе к реалиям церковной жизни, верится все с большим трудом. Грандиозные проекты типа "Русского мира", "Всемирного Русского Собора", русско-польского примирения и тд. там почему-то находят куда больший отклик, чем проблема элементарного выживания незамутненной и неискаженной Христианской веры в условиях современной России. Поэтому, как ни печально это констатировать, перспектива у Московской Патриархии в ближайшем будущем, похоже, одна - возникновение раскола, а точнее - "православной реформации", которая и станет реакцией наиболее духовно здоровых сил в нашей Церкви на нежелание священноначалия что-либо изменить в современной церковной жизни. Путь болезненный, тяжкий, но, увы, кажется, уже неизбежный.

В стране, нареченной поэтом "Сонной державой", все происходит с большим опозданием. И если вспомнить, что в Северной Италии крепостное право отменили в XIII веке, а у нас в 1861 г., то аналогия с германской Реформацией, 500-летие которой мир отметит в 2017 году, не покажется такой уж неуместной.

А предпосылки к тому уже есть. На днях узнал, что в доме одного моего знакомого происходят презанятнейшие встречи: люди, верующие во Христа, в простоте душевной собираются, беседуют, читают Евангелие, преломляют Хлеб и возносят Чашу с Вином, причащаясь за подлинно братской трапезой. И при этом, по сути, никакого раскола и самочиния - возглавляет собрание вполне канонический священник Русской Православной Церкви, внутреннее состояние которого исчерпывающе описывается типичной для еще не утративших совести соотечественников лаконичной формулой: "Достало!"