Сволочь в аду.

   В советские времена мы не вникали в Учение Христа, но всё равно при случае могли порассуждать о жизни за смертью, и если бы нас тогда спросили, что мы думаем про ад, мы могли сказать, что в аду живут не одни черти, а и люди. Ещё могли сказать, что ад может быть не такой страшной бедой, как его расписывают те, кто сами-то его никогда не видели. Продумывая ответ на заданный вопрос, мы попытались бы представить, как после своей смерти останемся теми же людьми, не утратившими ни своей памяти, ни соображений. Только мы теперь существуем в виде бесплотных духов. Ну, и что там с нами поделают черти? Чем они могут нам навредить, и как нас будут жарить-парить в котлах и на сковородках?

   Сегодня же в ответ на это можно сказать: А что если злого духа возьмут и запечатают в бутылку? Думаете, шутка? А для верующего нет ничего удивительного в том, что отъявленному злодею суд Божий может присудить заключение в одиночку не на много лет, а на много веков. Вот там и шути.

   Поверив в это не в шутку, а всерьёз, будешь не на шутку и стараться, чтобы этой беды не стряслось. Будешь стараться, вкладывая все силы и средства, чтобы избежать вечных мучений.

   Стараться приходится головой, приходится думать и соображать.

И если на отъявленного злодея, заслуживающего вечную «одиночку», рядовой грешник не похож, тогда, похоже, наказание ему будет типа исправительной колонии, только вечной? И тысячу таких же, как он, бесплотных негодных духов со средней тяжестью прегрешений, или десять тысяч, сволокут, значит, в одно место? И всю эту сволочь на долгие века разъединят со всем остальным разумным миром…?

   То есть за неимением других сравнений здесь представляется наша исправительная система, заставляющая преступников раскаяться. Только у осужденных на Земле всё-таки остаётся много радостей – поесть три раза в сутки, в бане помыться, чифернуть, покурить, а заключённый дух всего этого лишён. Он даже и поспать-то, наверное, не может, поскольку духи не спят. Ещё он и умереть-то не может, поскольку духи не умирают. И срок ему отбывать сколько-то веков?! Тут и год покажется веком, а век…?

   Как хотите, братцы, можете кричать, что никакого ада нет, крикам этим верящие в своё обладание бессмертной душой люди всё равно не поверят, и угодить в такую совершенную безрадостность, причём, не на годы, а на века, нам как-то неинтересно. Действительно, это – ад. И мы постараемся не быть сволочью ни при каком раскладе.