Православные пишут прокурору

18 марта 2012 года, в Неделю Крестопоклонную, случилось страшное. Нет-нет, в данном случае я отнюдь не ерничаю, страшное — в прямом смысле этого слова. То есть я, например, как верующий во Христа человек, испугался по-настоящему. 18 марта во время утреннего богослужения ВСЕ настоятели ВСЕХ московских храмов прилюдно и принародно отреклись от Христа (у тех батюшек, к которым это не относится, нижайше прошу прощения). То есть, конечно, не сами отреклись, не по своей воле — их заставило церковное начальство.

Объяснюсь. Я, как и подобает воцерковленному христианину, решил принять участие в воскресном богослужении и с этой целью посетить один из храмов в центре столицы. Сказано-сделано, и вот с некоторым опозданием я вхожу под мрачные своды древнего храма — литургия уже началась, как раз объявляется чтение Евангелия. Народу-у — мама дорогая, полный храм! Буквально яблоку негде упасть.

Я подошел на исповедь: «Грешен, — говорю, — батюшка». Батюшка грехи мне отпустил. Причастился я и думаю: «Ну всё, стало быть, щас к кресту подойду — и с Богом». Да не тут-то было. Крест настоятель в алтарь унес и вернулся с бумагой. Говорит: вот, мол, люди добрые, из патриархии, от самого Святейшего Патриарха, нам поступило указание всем подписать письмо, которое я вам сейчас зачитаю, а вы после подойдете за ящик, там лежат подписные листы, и вы там это письмо подпишете. Начинает читать. И чудным мне показалось начало: «Уважаемый прокурор…» Мы, христиане, по-моему, с прокурорами дел вести не должны с тех пор, как первый из них, прокуратор Иудеи Понтий Пилат, по трусости и угождению власти первосвященников предал на смерть и распял Господа нашего Иисуса Христа.

Слушаю дальше. А дальше — стыд, да и только. Дескать, мы — то есть прихожане всех храмов по разнарядке — просим этого «Пилата» учинить расправу не только над несчастными глупыми «телочками», вздумавшими «бодаться с дубом», но и над всеми, кто хоть как-то выразил им свое сочувствие в их беде — затеянной против них травле. Расправу, повторюсь, учинить над всеми: тут тебе и СМИ с интернетом (закрыть!), и пособники империализма, и предатели на заграничные деньги, и либерасты всех мастей (посадить!), и просто сочувствующие (разогнать и пусть заткнутся, иначе худо будет!)… То есть за вычетом опричнины, царских холуев, черной сотни и безразличного большинства — над всеми просто человеками. Что, опять в ГУЛАГ, что ли?!

Закончил настоятель тем, что объяснил: после подписные листы заверят храмовой печатью с его личной подписью, заказным письмом отошлют в прокуратуру, а квитанцию — в патриархию, которая будет проверять, сколько где народу подписалось, и где мало, тем настоятелям не поздоровится вплоть до оргвыводов (персональное дело и выговор с занесением, а то и — «…вон из партии»). «Так что вы уж, пожалуйста, подпишите, не подводите меня», — закончил служивый почти что жалобно.

Подхожу к кресту и спрашиваю настоятеля: где, мол, подпись-то ставить? Он почему-то не обрадовался, но послал меня за ящик. А там две древние старухи — и больше никого. Одна из этих двух подписчиц уже в руке ручку не держит, так детина в стихаре ее рукой подпись на листе выводит. А всего, я посмотрел, подписалось, наверное, человек десять. Ну, думаю, и то слава Богу. И пошел себе мимо.

А теперь — немного из истории, которая, как известно, никого ничему не учит. Жил когда-то римский император Диоклетиан, «прославившийся» гонениями на христиан, да так и оставшийся в истории кровопийцей и злодеем, наряду с Нероном и Калигулой. Так вот, этот Диоклетиан, поскольку был он государь просвещенный и сущий демократ, признававший «верховенство закона» римского «правового государства» (ничего не напоминает?), прежде чем скормить христиан львам, учинял суд по типу гефсиманского целования («Иуда, целованием ли предаешь Сына Человеческого?»), где христиан должны были уличить и отдать на расправу обязательно те, кто их лично знал.

А где ж их взять-то? А, вестимо, среди самих христиан: те, кто испугался грядущих мучений, отрекались от Христа, приносили жертву — несколько зерен ладана на курильницу перед статуей земного «бога», императора,  — и потом их приводили на суд свидетелями-предателями их братьев-христиан.

С другой стороны, в годину бедствий подлинные христиане, подвижники веры и наши святые, да и просто приличные люди всегда становились на сторону гонимых, кем бы они ни были, — и никогда на сторону гонителей («И милость к падшим призывал»). Так, в войну люди прятали от фашистов евреев, рискуя жизнью, а священники выдавали «жидам» справки, что они крещеные.

Читайте также:
«Вы, отцы, оторвались от нас, своих прихожан»

Или вот еще что. Сами церковные «учителя», из более или менее порядочных, говорят, что, берясь за любое дело, нужно себя спросить: а как бы на моем месте поступил Христос? А теперь давайте представим на своем месте Христа — стал бы он подписывать эти «письма Пилату»? А заставлять подписывать? А впрягся бы он в травлю беззащитных дурочек ради угождения кесарю и первосвященникам? Гнал бы он своих обидчиков и требовал бы от Пилата распнуть их? То-то, милые. Однако впервые в новейшей истории кесарь науськивает церковь, как злую ищейку, возглавить по всей стране крестовый поход против «всякой мрази»: болотных гондонов, либерастов всех мастей и новых диссидентов. А также вообще против пресловутых «конституционных свобод» и всяких там интернетов — да еще и под предлогом «оскорбления чувств верующих и разжигания религиозной вражды». Ведь сами же и разжигают, или я чего-то не понимаю? Ну прям тебе новый Нерон, поджигающий собственную страну.

А наша-то священносановная каста и сама не заметила, как сегодня отреклась от Христа в полном составе. И теперь они тащат нас за собою — на дно адское, в гости к Иуде. Выбор — за нами, за вами, христиане! Как читали 18 марта в церкви из Евангелия: «Кто захочет душу свою спасти, тот ее потеряет, а кто погубит ее ради Меня и Евангелия, тот спасет ее». Негоже нам внимать ритуальным завываниям сановных вероотступников и современных Иуд, продавших Христа за многие миллионы сребреников, о «единстве церкви» и «недопустимости расколов», которые «душепагубнее, чем ересь». Всё это «вранье во спасение» — самих себя, книжников и фарисеев, лицемеров: сами не входят и другим никому не дают быть с Христом.

Для порядочных людей определенно настало время «выходить из партии».

Мирянин

 

P.S. Патриархия, испугавшись позора, уже спешит уверить нас, что она к этим «письмам счастья» не имеет отношения: мол, это всё инициатива самих верующих. Позволю себе спросить: как так ловко получилось, что «инициатива верующих» охватила одновременно все храмы, да еще и с одним и тем же, под копирку, текстом на одинаковых бланках?

 

От редакции

Мы знаем имя «мирянина», номер его мобильного телефона и адрес электронной почты. Нам известно и название храма, о котором идет речь в публикации. Просто мы живем в такое время, когда люди, имеющие отношение к церкви, снова вынуждены скрывать свои имя, фамилию, сан…