Нет слов

Ольга Костина

Впервые в жизни пообщалась с Мособлгазом. Видимо, и в последний раз. 

Просьбы у меня были ерундовые: во-первых, на плите не загорается одна горелка, во-вторых, гибкий шланг поизносился, надо бы заменить. 

«Обл» — потому что я на даче, в старом дедушкином доме, который больше сорока лет назад был поделен между четырьмя его детьми. Их тоже никого нет в живых: моя мама умерла прошлым летом, последней. Теперь владельцы дома — многочисленные внуки и правнуки. Газ есть почти у всех, платим исправно. Мне счета по-прежнему приходят на мамино имя. 

По телефону мне сказали, что я должна перезаключить договор на себя. Ок, приходите с договором, я переоформлю. А после этого мне надо будет платить не только за газ, но и за обслуживание — 1.600 рублей в год. Ладно, не обеднею. 

Мастер только что ушел. Горелку не починил — не получилось. Гибкий шланг не заменил — нет нужного. Договор со мной не заключил: газовая труба уходит куда-то к родственникам, надо все стены вскрывать, чтобы понять, где она начинается. А в таком виде он обслуживать ничего не будет. 

На прощание сказал, что где-нибудь может скопиться газ, и мы все взлетим на воздух: «Можете мне поверить, я профессионал». 

И эта страна хочет, чтобы её уважал весь мир...