Советская молодёжь в 60 – 80-е годы 20-го столетия.

(малоизвестные страницы истории)

Серьезным пороком, поразившим различные уровни руководства СССР, общественных организаций в 60-e – 80-е годы, являлось стремление выдать обществу «желаемую» информацию, приукрасить истинное положение дел, скрыть его от общественности. Многие партийные, советские, комсомольские, профсоюзные работники постоянно отмечали проводимую «значительную работу», ссылаясь не на реальные результаты, а на многочисленные планы мероприятий, совещания, собрания, лекции, и т.д. Чтобы понять, о каком истинном положении идет речь в вопросах, связанных с военно-патриотической и психологической подготовкой молодежи к защите Отечества, обратимся к некоторым историческим фактам, ранее известным только узкому кругу лиц.

1. Закрытой для широкой огласки до конца 80-х годов оставалась тема антисоветских настроений и действий среди молодежи СССР, которая для понимания необходимости защиты «социалистического Отечества» была очень важна. Сжатые формулировки ранее закрытых документов констатировали, что:

- «партийные организации мало уделяют внимания идейной закалке молодежи; которая не проявляет должного интереса к политическим вопросам, пассивна в общественной жизни. Партийные комитеты не ведут активной наступательной борьбы против пропаганды капиталистического образа жизни; многие юноши и девушки плохо знают историю революционной борьбы советского народа; не может не беспокоить и то, что у некоторых молодых людей проявляется неуважительное отношение к прошлому» (протокол заседания Секретариата ЦК КПСС от 14 мая 1965 г. «О заметке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по РСФСР», «О работе партийной организации Кемеровской области по коммунистическому воспитанию молодежи»);

- «в идейно-политической работе среди молодежи нередко упускается главное – формирование у молодого поколения марксистско-ленинского мировоззрения, классового подхода ко всем явлениям жизни, воспитание его на революционных, трудовых и боевых традициях советского народа» ( постановление ЦК КПСС от 8 мая 1968г. «О работе Красноярской краевой партийной организации по руководству комсомолом»);

- «сегодня не может не беспокоить факт, что молодежь недостаточно хорошо знает революционные традиции, историю острой классовой борьбы» (записка ЦК ВЛКСМ 1985г. «Об инициативе Ленинского комсомола к 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции».

За грифом «особая папка» хранятся такие постановления Секретариата и Политбюро Коммунистической партии, как:

1) от 16 сентября 1969 года «Об идеологически вредном репертуаре песен, исполняемых в ряде молодежных клубов самодеятельной песни в городе Москве, Ленинграде, Новосибирске, Севастополе, и др.»;

2) от 25 декабря 1970 года «О недостатках воспитательной работы среди молодежи»;

3) от 30 июля 1974 года «О некоторых идеологически вредных и антиобщественных проявлениях в МГУ»;

4) от 19 июня 1975 года «О некоторых негативных проявлениях среди творческой молодежи и недостатках в ее воспитании»;

5) от 28 декабря 1976 года «О характере и причинах нега-тивных проявлений среди учащейся молодежи»;

6) от 4 июля 1985 года «О фактах серьезных беспорядков среди призывников воинского эшелона, следовавшего маршрутом Батайск – Мары».

В этих и других документах приводилось множество примеров антисоветской (по тем временам «антиконституционной») деятельности молодых людей, в том числе и по созданию соответствующих организаций. Об этом сообщали ежегодные докладные записки из органов госбезопасности в ЦК КПСС, ЦК ВЛКСМ. Следует подчеркнуть, что больше всего их было в период «хрущевской оттепели» и разрядки 70-х гг.

Вот некоторые из них:

а) В 1962 году председатель КГБ СССР В.Семичастный информировал ЦК ВЛКСМ о том, что «процент особо опасных государственных преступлений, совершаемых лицами из числа молодежи в 1961 году, возрос по сравнению с 1960 г. в 2,5 раза.

Только за первые 3 месяца 1962 года органами КГБ было привлечено к уголовной ответственности за эти преступления 66 человек. В числе изменивших Родине за 1961–1962 гг. 43% в возрасте до 25 лет. В то же время при попытке нарушить границу СССР было задержано 450 советских граждан в этом возрасте (45% от всех задержанных)». Далее председатель КГБ приводит данные о том, что «около капиталистических посольств в Москве в 1961–1962 гг. были задержаны 266 человек в возрасте до 30 лет, многие из которых пытались передавать иностранцам клеветническую информацию и просить политического убежища»;

б) В 1962–1963 годах Комитет государственной безопасности отмечал увеличение антиобщественных и антисоветских проявлений учащихся средних школ, которые объединились в «отдельные группы или организации, издавали листовки». Среди авторов антисоветских листовок в 1962–1963 гг. выявлено 400 школьников.В это же время, за приставание к иностранцам задержано 300 школьников.О коммунизме, «как о бреде», заявляла молодежная организация в г. Барнауле «Международная ассоциация – свободное право» (МАСП). Захват острова Керчелен в Индийском океане и создание на нем свого государства планировала молодежная партия «ФФ» (первые буквы английских слов «крепкий кулак» – «файн–фист»), действовавшая в Херсоне;

в) Об «усилении борьбы комсомольских организаций с проникновением буржуазной идеологии в среду молодежи» говорилось на закрытом совещании ЦК ВЛКСМ в феврале 1964 года.В частности, отмечалось, что среди части юношей и девушек наблюдается неправильное понимание пути развития СССР конца 30-х – начала 50-х годов (называли их «мрачные годы», «проклятые годы»).Неоднозначное толкование в руководстве КПСС вызвал диспут в МГУ, в марте 1965 г. под названием «Цинизм и общественные идеалы»,на котором о ЦК КПСС говорилось, что там «идет грызня», приведшая к дворцовому перевороту». Единственным великим человеком России назывался Петр I, В.И.Ленин именовался «неким ученым, философом, любившим употреблять в своих произведениях латинские словечки и выражения»;

г) В том же 1965г. были «профилактированы» две антисоветские молодежные группы в г. Москве,антисоветская организация в Витебской области – «Союз освобождения (молодежи) народа», призывавшая в своем манифесте к борьбе с существовавшим государственным строем.5 декабря 1965 г. на Пушкинской площади, в Москве, состоялась демонстрация «смогистов» (как они сами себя расшифровали – «самых одаренных молодых гениев») с плакатами «Свободу Буковскому», «Требуем гласного суда над Синявским, Даниэлем, и др.».

д) В 1969г. были раскрыты антисоветские молодежные организации в Севастополе («Организация прогрессивной севастопольской молодежи»),в Саратове;

е) В информационной записке заместителя председателя КГБ СССР В.М.Чебрикова в 1973 году идеологически вредными проявлениями в молодежной среде назывались попытки к созданию нелегальных группировок, распространение листовок и материалов «провокационно-клеветнического характера», надругательство над памятниками и государственной символикой,

повреждение наглядной агитации.Среди антисоветских групп были появившиеся в то время организации «фашистского и неофашистского толка» (так обозначил КГБ СССР): «Революционная партия интеллектуалов» в Нижнем Тагиле, «Союз борцов прогресса» в Хабаровске,фашистская организация в Баку, группа «Зондеркоманда СС» в Шуе, и группа «СС действует» в Эстонии, и т. д.

Информация об антисоветской деятельности молодежи, судя по архивным источникам, практически свелась к минимуму в конце 70-х и к первой половине 80-х гг.Вместе с тем, даже этот минимум дает возможность говорить о продолжавшемся «тихом» вызревании антисоветизма, выплеснувшегося в виде массового неприятия советского строя в конце 80-х, начале 90-х гг., когда возникший в борьбе с властью в 60–70 гг. слой бывших молодых диссидентов стал во главе уже легальной антисоветской борьбы (В.Новодворская, В.Аксючиц, Г.Якунин, и др.)

2. Постепенно тлел, вызревал на глазах у высшего руководства страны «национализм». Это то, что мы имеем сейчас, его корни очень глубоки и лежат в 60-80-х гг., и активным участником этого процесса являлась молодежь. Центрами напряженности являлись Прибалтика, Закавказье, Северный Кавказ, Западная Украина.

Наиболее сильные националистические настроения среди молодежи отмечались в Прибалтике. Именно здесь, в силу исторического прошлого этого региона, национализм наиболее переплетался с антисоветизмом, что выражалось в единстве антирусских лозунгов с лозунгами борьбы с Советской властью.

Практически ежегодно можно встретить в архивных делах информацию о подобных фактах, не подлежавших, однако, широкой огласке:

а) в докладной записке ответственных работников ЦК ВЛКСМ в январе 1963 г. «О серьезных недостатках в идеологической и контрпропагандиской работе в приграничных районах страны»отмечалось, что «за последнее время в ряде союзных республик активизируют свою деятельность националистические элементы, которые пытаются оказать влияние на молодежь».В Литве, в 1961 г., группы учащихся и студентов Вильнюса изготовили свыше 900 антисоветских листовок. На своих собраниях они выступали с лозунгами «свободной Литвы». Во время событий в районе Карибского моря, в Капсукском районе Литвы, группа националистов устроила погром на кладбище советских солдат.Всего же в Прибалтийских республиках, в 1960 – 1962гг., пресечена деятельность более 40 антисоветских групп, в которых участвовала молодежь;

б) антисоветская молодежная организация в Талине, в 1965г., выпускала газету «Протон-2», где выражалось недовольство «русификацией Эстонии», Советской властью. Путь «освобождения» – вооруженная борьба.

в) многочисленные примеры националистических проявлений в Эстонии содержала докладная записка в ЦК ВЛКСМ по итогам работы Центрального комитета комсомола в 1970 г. «О состоянии работы по идейно-политическому воспитанию студенческой молодежи в вузах Эстонии».В частности, приводились высказывания эстонских студентов типа: «слишком много наехало в Эстонию «искателей счастья», «здесь много русских нехороших, это – отбросы русского народа», и т.д.».Были зафиксированы драки коллективного характера подростков русской и эстонской национальности, распространение антирусских материалов в молодежных газетах и изготовление аналогичных листовок;

г) националистические настроения и практические действия молодежи Прибалтики в 70-е гг. отмечались в материалах ЦК ВЛКСМ: «Об антисоветских и националистических проявлениях среди отдельных студентов в Литве»,«О националистических фактах среди учащихся школ Литвы»,«Об антисоветских и националистических проявлениях среди советской молодежи», и др.

Активно участвовало в националистических выступлениях в рассматриваемые годы молодое поколение Северо-Кавказского и Закавказского регионов СССР. Например:

а) в 1964 году в Грузии была «профилактирована» молодежная организация «Революционный комитет освобождения народов Закавказья»,в 1967 г. – «Новая организация фашистов » в Тбилиси;

б) о сильном развитии националистических настроений в Армении, создании нелегальных молодежных националистических групп, поднимавших вопросы «армянских земель», говорилось в справке ЦК ВЛКСМ 1964 г. «О некоторых недостатках в борьбе с проникновением буржуазной идеологии по материалам командировки в Армянскую республиканскую комсомольскую организацию»,докладных записках секретарям ЦК ВЛКСМ «О фактах участия молодежи в неорганизованных шествиях и митингах, имевших место 24 апреля 1965 г. в Ереване», «О полемике в конце 60-х гг. между учеными Азербайджана и Армении»(вопрос полемики – Нагорный Карабах), «О националистической группе «Союз воссоединения Армении» (1973г.) и многих других»;

в) «слабое интернациональное воспитание молодежи» в Адыгейской автономной области отмечала бригада ЦК ВЛКСМ в 1963г.;

г) факты «абхазского» национализма отмечались в 1967и 1978 гг.

д) постоянная напряженность в национальных отношениях присутствовала в районе Северной Осетии и Чечено-Ингушетии, где после кровавых событий в пригородном районе 24-26 октября 1981 г. (для наведения порядка здесь была задействована армия) были задержаны 800 активных участников беспорядков, из которых 492 чел. до 30 лет.Несмотря на принятые меры в постановлении Секретариата ЦК КПСС от 8 января 1987г. «О результатах проверки постановления ЦК КПСС», «О крупных недостатках в работе Северо-Осетинского обкома КПСС по идейно-политическому и интернациональному воспитанию трудящихся» от 14 января 1982 г. в Северной Осетии и Чечено-Ингушетии прямо говорилось, что в этом регионе ослаблена работа по интернациональному воспитанию трудящихся. Только за 1984–1986гг. зарегистрировано более 100 националистических проявлений: избиений, убийств, осквернение русских кладбищ.

Постоянную озабоченность у руководства СССР вызывало положение дел и в других национальных регионах, в том числе:

- В Западной Украине, где были очень сильны связи с украинской диаспорой за границей(только в 1961–1962 гг. в этих регионах пресечена деятельность 10 молодежных национальных организаций);

- В Молдавии, где постоянно тлели мысли о «притеснении» молдаван, о насильственном присоединении к СССР и было сильно влияние родственной Румынии;

- в республиках Средней Азии и Казахстане, где отмечались попытки настроить молодежь против «неверных». (В докладной записке в ЦК КПСС председателя КГБ СССР от 23 декабря 1965г. «О националистических проявлениях среди студенческой молодежи и интеллигенции Казахской ССР» приводились примеры антирусских настроений и проявлений в Казахстане: в июне 1965г. в г. Семипалатинске произошла групповая схватка между студентами-казахами зооветеринарного института и русскими учащимися ПТУ, во время которой раздавались выкрики «мстить русским за пролитую кровь»; в ночь с 6 на 7 ноября 1965г. были разбиты вывески на русском языке на зданиях Алма-Атинского обкома Компартии Казахстана, горисполкома, приемной Президиума Верховного Совета Казахской ССР и в др. учреждениях и вузах города; некоторые студенты-казахи Алма-Атинского мединститута протестовали против ведения делопроизводства на русском языке, и т.д.

Одновременно росло движение репрессированных и переселенных народов за их возвращение на историческую Родину, в чем особо выделялась молодежь крымских татар, и о чем только во второй половине 80-х гг. было заявлено открыто. В 60-х гг. на территории только Узбекистана проживали более 160 тыс. крымских татар.В 1965г. в ЦК ВЛКСМ поступило обращение Кадырова от крымско-татарской молодежи с просьбой помочь вернуться в Крым. Только в 1964–1965 гг. зарегистрировано около 60 тыс. подобных писем. Ранее, в 1962 году, была организованна нелегальная молодежная организация крымских татар во главе с М.Омеровым и А.Умаровым.

3. Не способствовало улучшению качества морально-политической готовности молодежи к защите Родины состояниедел с законопослушанием молодого поколения. Как ни парадоксально, но именно период робких демократических шаговначала 60-х годов стал рубежом резкого всплеска преступностисреди молодежи, особенно несовершеннолетней ее части,остановить который не удалось в течении всех последующихлет. Но об этом общество не знало: как бы сами собой принимались постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР, ЦК ВЛКСМ по борьбе с преступностью,а на словах открыто заявляли о ее искоренении. Вместе с тем, лишь в октябре 1987 г.секретариат ЦК КПСС дал «добро» на публикацию в открытойпечати некоторых данных уголовной статистики и, «в основном», одобрил соответствующий текст для газеты «Известия».Думается, что не только эпоха гласности, но и вал преступности заставил руководство страны открыть эти данные для всего общества, т.к. скрывать их было просто бессмысленно.

Начало 60-х гг. ознаменовалось стремительным ростом количества преступлений. Особую тревогу вызвали проявления неуважительного отношения к законам со стороны несовершеннолетних, т.к., чем больше было таковых, тем больше накапливался преступный «арсенал» страны в целом (рост преступности отмечался во всех группах молодежи).

Количество несовершеннолетних лиц, совершивших преступления в 60-е гг., было следующим: 1960 г. – 22386 чел. (1958 г. – 43800 чел.); 1961 г. – 39917 чел.; 1962 г. – 56102 чел.; 1963 г. – 77389 чел.; 1964 г. – 95598 чел.; 1965 г. – 105500 чел.; 1966 г. – 118572 чел.; 1967 г. – 101161 чел.; 1968 г. – 107991 чел.; 1969 г. – 111788 чел.; 1970 г. – 115038 чел. Надо отметить, что если с 1963 г. по 1970 г. подростковое население страны (14-17 лет) возросло на 22,2%, то число несовершеннолетних преступников за этот период звеличилось на 44,6%, число зарегистрированных совершенных ими или с их участием преступлений – на 67%.

Рост преступности продолжался и в дальнейшем, с небольшими периодами стабилизации: в 1972-1973 гг., 1976-77 гг., 1981-82 гг., 1986-87 гг., что видно из приведенной динамики несовершеннолетних преступников: 1971 г. – 119741 чел.; 1972 г. – 114595 чел.; 1973 г. 117650 чел.; 1974 г. – 129495 чел.; 1975 г. – 140000 чел.; 1976 г. – 141518 чел.; 1977 г. – 141369 чел.; 1980 г. – 147961 чел.; 1981 г. – 143719 чел.; 1986 г. –171233 чел.; 1987 г. – 166559 чел.

Откуда же брались эти «периоды стабилизации»? Как ни странно, но они совпадают по времени с проведением съездов КПСС (XXIII – в 1966 г., XXIV – в 1971 г., XXV – 1976 г., XXVI – 1981 г., XXVII – 1986 г.), где постоянно говорилось об усилении борьбы с преступностью, о больших результатах этой борьбы. (Я работал в 1986 году на металлургическом комбинате «Криворожсталь». Во время съезда на комбинате действительно принимались повышенные меры по предотвращению нежелательных эксцессов. С каждого цеха в распоряжение охраны комбината выделялось по три-четыре человека (всего цехов на комбинате около 100). Усиленная таким образом охрана комбината проводила целые рейды по территории. Результатом этих рейдов стало выявление на территории завода подпольной самогонной установки)

С другой стороны, нельзя отбрасывать тот фактор, что каждый съезд давал толчок к деятельности во многих сферах общественной жизни, проведению масштабных пропагандистских компаний, таких как «Забота», направленных на усиление борьбы с молодежной преступностью.

Не останавливаясь подробнее на проблеме преступности среди молодежи, отметим, что в 1989 г. несовершеннолетними или при их участии совершено 224 тыс. преступлений (на 22% больше, чем в 1988 г. ).В 1963 г. таковых было 59 413, т.е. рост за 26 лет составил 3,7 раза. Нельзя оставить без внимания и то, что в одной России за 30 лет количество беспризорных подростков увеличилось с 8726 чел. в 1961 г. до 50 тыс. В 1991 г.Это без учета безнадзорных молодых людей.

Каковы причины этого? Многие из них отмечались в указанных выше документах государственных и общественных организаций – от слабой координации их деятельности до ничтожно малой положительно направленной роли семьи в воспитании молодого поколения. Не обходилось, как всегда в это время, без кивков в сторону «западного влияния», которое было, но значение которого в данном вопросе значительно преувеличивалось.

Таким образом, в 60-80-е гг. в бывшем СССР сформировалась устойчивая тенденция роста правонарушений среди молодежи. По данным Министерства внутренних дел СССР, на начало 90-х гг. свыше 4,5 млн. молодых людей имели склонность к совершению преступлений.

Такая ситуация в полной мере отразилась в первую очередь на формировании у молодежи готовности к защите Родины, комплектовании вооруженных сил. Если в 1961 г. было призвано на военную службу 5500 человек ранее судимых,то в 1988 г. – 48852, в 1990 г. – 31722. Только за последние годы существования единых Вооруженных Сил СССР, в конце 80-х начале 90-х гг., каждый призыв около 60 тыс. человек без прохождения службы сразу переводились в запас (ввиду нескольких судимостей или судимости за тяжкие преступления)и это – при многотысячном некомплекте армии и флота.

4. Проблемой, к которой многие государственные и общественные структуры относились как к «опиуму для народа», было усиление религиозного влияния на сознание молодежи. Можно констатировать, что высшее руководство страны отчетливо понимало, какую «мину» замедленного действия закладывали под официальную атеистическую, воинственно настроенную против религии идеологию.

В постановлении ЦК КПСС «Об усилении атеистического воспитания населения» от 3 июля 1971 года, в этой связи отмечалось, что «не преодолено ошибочное мнение о стихийном отмирании религии в процессе коммунистического строительства»,а в качестве ошибки партийных органов признавалась их неверная позиция, не учитывающая «стремление религиозных центров приспособиться к сегодняшней обстановке».

Особую тревогу государственных структур вызывала деятельность различных запрещенных сект,создание подпольных кружков и «лагерей» отдыха, где шло обучение нелегальной религиозной работе. Большую активность здесь проявляла католическая церковь в Западной Украине,а также служители ислама.В итоге, несмотря на «принимаеиые меры» (убеждения и принуждения), при отсутствии специальных знаний, подготовленных кадров и понимания конкретной исторической обстановки религиозность молодежи в рассматриваемые годы увеличилась.

Например, только 14% опрошенных молодых людей в 1989 г. заявили, что к религии относятся отрицательно. В 1986 г. того же мнения придерживался каждый второй. Утвердительный ответ на вопрос: «Являетесь ли вы верующим?» в 1990 г. дало следующее количество призывников: Закарпатская область Украины – 39,8%; Грузия – 62,6%; Узбекистан – 49,6%; Таджикистан – 69,8%; г. Москва и область – 26,9%; г. Ленинград и область – 18,3%.

Цифры это «говорящие» и не требуют особых комментариев. Они напоминают о необходимости ясно осознавать масштаб проблемы и учитывать ее при работе с молодежью, тем более, что с образованием независимых государств на территории бывшего СССР она стала приобретать чисто национальную окраску.

5. Тщательно скрывалась от широкой общественности правда о таких явлениях как проституция, гомосексуализм, наркомания.Почему? Да именно потому, что это были основне козари (вместе с преступностью) в разоблачении «пороков» капитализма. Однако борьба с ними шла и в СССР. Например в докладной записке «Об антиобщественных проявлениях и неудовлетворительной работе по борьбе с влияниембуржуазной идеологии на молодежь г.Одессы»в 1963г. (!) приводились данные, когда в отдельных квартирах города создавались платные «притоны». Всего же в одной Одессе в 1961 г. был 21 притон, а в1962 г. – 32.

Подобные факты были во многих регионах бывшего СССР вплоть до 1991 г.,и еще более увеличилось их количество сегодня. О том, что государственные и общественные организации искали зло порой не там, где надо, говорит такой, по нынешним временам наивный, вывод ЦК ВЛКСМ в начале 60-х гг.: «способствует развитию эротических склонностей среди части молодежи увлечение джазовой музыкой определенного мотива, непомерное увлечение танцами, особенно рок-н-роллом, твистом, и т.п. ».

Характерной особенностью деятельности государственных органов, общественных организаций по морально-политической подготовке молодежи к защите Родины было использование цензуры и командно-административного подавления имевшихся проблем. Конечно, нельзя полностью отрицать и такой подход, но при воздействии на ум и сердце человека следует бать более осторожным. Можно заставить людей выполнить что-то, но заставить думать по-своему других очень сложно.

Что ждало инакомыслие в 60-80-е гг.? Не будем лукавить, – то, что сегодня можно задать такой вопрос, уже само по себеявляется достижением нашего времени. Жесткие формулировки руководящих документов КПСС как ядра политической системы бывшего СССР не давали альтернативы преследованиямза «антигосударственные» действия, вплоть до уголовной ответственности. Большим моральным прессом был также страхисключения из КПСС, ВЛКСМ, накладывавший отпечаток навсю дальнейшую жизнь.

Как мог, например, чувствовать себя человек, чтящий традиции своего Отечества, болеющий за его судьбу, но уважительно относящийся к религии как составной части нашей истории, когда официальная точка зрения состояла в том, что «любая религия – это чуждая марксистко-ленинскому мировоззрению идеология»? «…На фоне научно-технического и социального прогресса в СССР, побед в коммунистическом строительстве религиозные пережитки особенно нетерпимы. Они все больше противоречат советскому образу жизни, мешают духовному росту советских людей» (постановление ЦК КПСС «Об усилении атеистического воспитания населения» от 13 июля 1971г.). Результатом такого бездумного подхода стало резкое усиление сопротивления надругательствам над религией: в конце 70-х гг., например, значительно усилилась религиозная обрядность. Если в 1974 г. зарегистрировано 78834 венчания в церкви, то в 1979 г. – 99270; число крещений в 1979 г. составило 87822 (17,57% от числа родившихся) плюс к этому было окрещено 33762 школьника (1977 г. – 25980) и 27762 взрослых (1977 г. – 20043).

Из огромной массы принимавшихся решений государственных и общественных организаций в подтверждении своих мыслей приведем выдержку из «программного» постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 10 июня 1986 г., подписанного М.С.Горбачевым и Н.И.Рыжковым. В ответ на рост негативных тенденций в подготовке молодежи к защите Отечества требовалось «…усилить борьбу с пацифистскими, религиозными и иными негативными настроениями, вызывающими уклонение отдельных призывников от службы в Вооруженных Силах СССР. В предупреждении антипатриотических проявлений полнее использовать меры воспитательного, административно-правового характера, возможности общественности».Вызывает также удивление, что эти указания, получаемые определенными организациями, носили закрытый характер.

Отмечая особенности деятельности государственных и общественных организаций по подготовке молодежи к защите Родины, требуется подчеркнуть, что после 1985 г. по мере провозглашения курса на демократизацию и гласность,постепенной утраты КПСС своей ведущей роли в обществе, они постепенно или видоизменялись, или самоликвидировались, хотя этот процесс был трудным и неоднозначным.

В этот период главный удар был нанесен по идеологической стороне подготовке молодежи к защите своей страны, основу которой составляло воспитание морально-политической и психологической готовности.

Но страсть к разрушительству привела к тому, что вместе с этим была уничтожена вся система воспитания патриотазащитника Отечества. Старую мораль выбросили, а новой создано не было. Из-за медлительности и растерянности органы государственной власти не смогли вовремя сориентироваться в новой ситуации. Потеря идеологической основы морально-политической основы подготовки молодых людей к выполнению своего долга по защите Родины привела к резкому обострению многих негативных тенденций.

В данный период, по мнению ученых Российской академии управления, резко снижался уровень патриотизма населения СССР: в 1987 г. – патриотами своего общества себя считали 93% опрошенных, в 1988 г. – 75%, в 1990 г. – 63%, в 1991 г. – 42% (среди молодежи допризывного и призывного возраста таковых было 23%). В ФРГ и США этот показатель стабильно равен 80%. Одновременно росло негативное отношение молодежи к выполнению закрепленной в Конституции бывшего СССР почетной обязанности по защите Отечества. Если в 1988 г. лишь от 6 до 13% опрошенных говорили о том, что не видять смысла в воинской службе, то в 1989 – 1990 гг. об этом заявлял каждый третий призывник. На практике подобные настроениявыражались в массовых уклонениях от призыва в вооруженные силы, что отразилось на состоянии их боеготовности и, естественно, на обороноспособности страны. В 1985 г. было зафиксировано 837 таких случаев, в 1989 г. – 6647, а в 1990 г. – более 86 тыс. (!).Подобные явления были ранее, но не носили такого массового характера, хотя также отмечается определенная цикличность – увеличение в начале 60-х гг. и конце 70-х гг., стабилизация с середины 60-х до середины 70-х гг. Например, в 1960 г. было 119 случаев уклонения от призыва в армию, в 1961 г. – 216, в 1962г. только в Туркестанском военном округе – 246, Закавказском военном округе – 177, Прибалтийском В.О. – 43, Северо – Кавказском В.О. – 33. В 1979 г. – 265, 1980 г. –166, 1982 г. – 232 человека отказались от воинской службы.

Серьезное влияние на отрицательное отношение к выполнению воинского долга оказало участие Советских войск в войне в Афганистане. Обострению проблемы комплектования армии и флота способствовала позиция местных властей, занимавших сторону попустительства и молчаливого одобрения подобных фактов.

Серьезно обнажилась в конце 80-х гг. проблема интернационального воспитания молодых людей. 58,4% опрошенных в 1987г. призывников и 76,7% молодых воинов запаса уже сталкивались в своей жизни с проявлением национализма, неправильного отношения к людям другой национальности, 43% призывной молодежи и 50,4% молодых воинов запаса отмечали, что «борьба с этими негативными явлениями, пережитками (так по тексту) ведется недостаточно активно», а 36,2% и 24,6% соответственно отметили, что «эта борьба практически не ведется вообще». Одновременно «суверенизация» бувших союзных республик, принятие ими вопреки закону СССР «О всеобщей воинской повинности» своих решений сводили усилия центральной власти на нет. (С весны 1990 г. призыв на военную службу осуществлялся на основании постановления Совета Министров СССР. К середине 1991 г. в бывших союзных республиках было принято около 30 противоправных актов по военным вопросам).

В результате в 1990 г., например, в Грузии было призвано от планового только 10,9% призывников, в Литве – 17,3%, в Армении – 33,9%. К середине июля 1991 г. картина весеннего призыва (практически последнего в рамках СССР) выглядела так:

Грузия выполнила план на 8,2%, Литва – на 12,3%, Армения – 16,4%, Эстония – на 30,3%, Латвия – на 30,8%, Молдова – на 81,5%. Центробежные силы оказались так велики, что остановить их не смогло и постановление Государственного сонета СССР от 14 ноября 1991г. «О статусе Вооруженных Сил СССР и об обеспечении призыва граждан на действительную срочную воинскую службу осенью 1991 г.».В постановлении предполагалось обеспечить организованное проведения призыва граждан на действительную срочную военную службу в объемах согласованных генеральным штабом ВС СССР с правительствами суверенных государств на основании закона СССР «О всеобщей воинской обязанности». Однако процесс полного распада Союза «смыл» эти оставшиеся благими пожелания.

Таким образом, отрыв от реалий обстановки, боязнь огласки негативных тенденций в молодежной среде в 60–80-е годы XX века приводили к образованию своеобразной пропасти между словом и делом, оторванности младших поколений от идеалов старших.

В итоге, давая самооценку своей готовности к защите Родины, 22,8% призывников в конце 80-х гг. отметили, что они «не готовы полностью», почти каждый десятый не был готов в морально-психологическом отношении, что негативно сказывалось в целом на обороноспособности СССР и его авторитете.

Галдобина С.В.

Вестник Екатерининского института. 2008. № 1. С. 37-41.