ШУКШИН ОБ ИНТЕРНЕТЕ
На модерации
Отложенный
ШУКШИН ОБ ИНТЕРНЕТЕ
Борис Ихлов
Да ведь не было во времена Василия Шукшина интернета?!
Но Шукшин предвосхитил интернет – в своем рассказе «Срезал», опубликованном в 1970 году в престижном литературном журнале «Новый мир».
Для начала две вводные.
1. Полуграмотность, говорил Осип Мандельштам, гораздо хуже неграмотности. Неграмотному можно что-то объяснить, он не глухой. Полуграмотный глух, ему ничего нельзя объяснить. Неграмотный с уважением относится к ученым, полуграмотный исходит злобой к ним.
2. Спорить с полуграмотным дураком – все равно, что играть в шахматы с голубем: разбросает все фигуры, нагадит на доску и улетит всем рассказывать, как он тебя уделал.
Вот такой спор и описывает Шукшин в своем рассказе. На мелком случае он показывает ВЕСЬ народ, как «небо в чашечке цветка».
Как было дело
В свою родную деревню с характерным названием Новая приезжает на отдых кандидат наук Константин Иванович Журавлёв с женой, кандидатом наук, и дочерью. Вечером местные жители вместе с рабочим Глебом Капустиным приходят к ним в гости. Давайте, повторим: приходит к ним в гости.
«Кандидат Константин Иванович встретил гостей радостно, захлопотал насчет стола… Гости скромно подождали, пока бабка Агафья накрыла стол, поговорили с кандидатом, повспоминали, как в детстве они вместе… Эх, детство, детство! – сказал кандидат. – Ну, садитесь за стол, друзья».
И «друзья» сели за стол.
Гость Константина Ивановича, рабочий пилорамы Глеб Капустин, очень хотел и из всех сил старался унизить хозяина, он задавал ему вопросы предельно идиотские: «… как насчет первичности?... Первичности духа и материи?.. Как сейчас философия определяет понятие невесомости?... Натурфилософия, допустим, определит это так, стратегическая философия – совершенно иначе… есть диалектика природы, – спокойно, при общем внимании продолжал Глеб. – А природу определяет философия. В качестве одного из элементов природы недавно обнаружена невесомость. Поэтому я и спрашиваю: растерянности не наблюдается среди философов?.. как вы лично относитесь к проблеме шаманизма в отдельных районах Севера?»
А дальше начинается демагогия.
«… можно, конечно, сделать вид, что такой проблемы нету. Я с удовольствием тоже посмеюсь вместе с вами… – Глеб опять великодушно улыбнулся…»
Шукшин подчеркивает паранойю Капустина.
«… Особо улыбнулся жене кандидата, тоже кандидату, кандидатке, так сказать. – Но от этого проблема как таковая не перестанет существовать… как вы относитесь к тому, что Луна тоже дело рук разума? Вот высказано учеными предположение, что Луна лежит на искусственной орбите, допускается, что внутри живут разумные существа…
– Ну? – спросил кандидат. – И что?
– Где ваши расчеты естественных траекторий? Куда вообще вся космическая наука может быть приложена?
Допуская мысль, что человечество все чаще будет посещать нашу, так сказать, соседку по космосу, можно допустить также, что в один прекрасный момент разумные существа не выдержат и вылезут к нам навстречу. Готовы мы, чтобы понять друг друга?
могу поделиться, в каком направлении мы, провинциалы, думаем. Допустим, на поверхность Луны вылезло разумное существо… Что прикажете делать? Лаять по-собачьи? Петухом петь?
Мужики засмеялись. Пошевелились. И опять внимательно уставились на Глеба.
– Но нам тем не менее надо понять друг друга. Верно? Как? – Глеб помолчал вопросительно. Посмотрел на всех. – Я предлагаю: начертить на песке схему нашей солнечной системы и показать ему, что я с Земли, мол. Что, несмотря на то что я в скафандре, у меня тоже есть голова и я тоже разумное существо. В подтверждение этого можно показать ему на схеме, откуда он: показать на Луну, потом на него. Логично? Мы, таким образом, выяснили, что мы соседи. Но не больше того! Дальше требуется объяснить, по каким законам я развивался, прежде чем стал такой, какой есть на данном этапе…
Далее снова поток демагогии:
– Послушайте!..
– Да мы уже послушали! Имели, так сказать, удовольствие. Поэтому позвольте вам заметить, господин кандидат, что кандидатство – это ведь не костюм, который купил – и раз и навсегда. Но даже костюм и то надо иногда чистить. А кандидатство, если уж мы договорились, что это не костюм, тем более надо… поддерживать…
Нас, конечно, можно тут удивить: подкатить к дому на такси, вытащить из багажника пять чемоданов… Но вы забываете, что поток информации сейчас распространяется везде равномерно. Я хочу сказать, что здесь можно удивить наоборот. Так тоже бывает. Можно понадеяться, что тут кандидатов в глаза не видели, а их тут видели – и кандидатов, и профессоров, и полковников. И сохранили о них приятные воспоминания, потому что это, как правило, люди очень простые. Так что мой вам совет, товарищ кандидат: почаще спускайтесь на землю. Ей-богу, в этом есть разумное начало. Да и не так рискованно: падать будет не так больно.
И вершина демагогии:
– Это называется – «покатил бочку», – сказал кандидат. – Ты что, с цепи сорвался? В чем, собственно…
Но рабочий не хочет слышать интеллигента, он не понимает русский язык:
– Не знаю, не знаю, – торопливо перебил его Глеб, – не знаю, как это называется, – я в заключении не был и с цепи не срывался. Зачем? Тут, – оглядел Глеб мужиков, – тоже никто не сидел – не поймут. А вот и жена ваша сделала удивленные глаза… А там дочка услышит. Услышит и «покатит бочку» в Москве на кого-нибудь. Так что этот жаргон может… плохо кончиться, товарищ кандидат. Не все средства хороши, уверяю вас, не все. Вы же, когда сдавали кандидатский минимум, вы же не «катили бочку» на профессора. Верно? – Глеб встал. – И «одеяло на себя не тянули». И «по фене не ботали». Потому что профессоров надо уважать – от них судьба зависит, а от нас судьба не зависит, с нами можно «по фене ботать». Так? Напрасно. Мы тут тоже немножко… «микитим». И газеты тоже читаем, и книги, случается, почитываем… И телевизор даже смотрим. И, можете себе представить, не приходим в бурный восторг ни от КВН, ни от «Кабачка „13 стульев“». Спросите, почему? Потому что там – та же самонадеянность. Ничего, мол, все съедят. И едят, конечно, ничего не сделаешь. Только не надо делать вид, что все там гении. Кое-кто понимает… Скромней надо.
Выражение «катить бочку» - не феня, это расхожее выражение. Почему дочка должна в Москве на кого-нибудь катить бочку – неведомо. КВН и «Кабачок 13 стульев» - легкие развлекательные программы, непритязательные и рассчитанные на широкого потребителя. Ну. не приходи ты от них в восторг, но где же там самонадеянность?? Капустин молотит чушь собачью.
«… И такую учёную сволочную ахинею понёс… - пишет в черновиках Шукшин. - Учёный растерян, земляки-односельчане с уважением и ужасом слушают идиота, который, впрочем, не такой уж идиот»
Перед читателем законченный идиот. Глеб Капустин – законченный идиот, и этот идиот предъявляет свои права на существование.
И не такой уж он идиот Глеб Капустин, он многое умеет многому научился! Шукшин виртуозно конструирует систему нападения Глеба Капустина.
Откуда же черпает познания Олег Капустин? Из газет.
– Приглашаете жену посмеяться? – спросил Глеб. Спросил спокойно, но внутри у него, наверно, все вздрагивало. – Хорошее дело… Только, может быть, мы сперва научимся хотя бы газеты читать? А? Как думаете? Говорят, кандидатам это тоже не мешает…
И чему же этот идиот научился от журналистов? Он научился обвинительной ВКПб-шно-КПСС-овской демагогии. И кандидат наук своим филологическим ухом это точно слышит, точно узнает этот стиль:
– Типичный демагог-кляузник, – сказал кандидат, обращаясь к жене. – Весь набор тут…
– Не попали. За всю жизнь ни одной анонимки или кляузы ни на кого не написал. – Глеб посмотрел на мужиков: мужики знали, что это правда. – Не то, товарищ кандидат. Хотите, объясню, в чем моя особенность?
Капустин злостно не желает слушать Константина, он вычленяет одно слова «кляузник» и цепляется к нему, не понимая, что Константин не говорит, что он кляузник, он говорит, что Капустин – как кляузник. И, разумеется, слово «демагог» Капустин пропускает мимо ушей.
Наконец, Шукшин словами «моя особенность» еще раз подчеркивает паранойю Капустина -как гиперкомпенсацию комплекса неполноценности.
«– Хочу, объясните.
– Люблю по носу щелкнуть – не задирайся выше ватерлинии! Скромней, дорогие товарищи…
– Да в чем же вы увидели нашу нескромность? – не вытерпела Валя. – В чем она выразилась-то?
Глеб Капустин обвинил хозяев в том, в чем кандидаты наук вовсе не были виноваты. Доказательств у н его нет, как же он доказывает виновность, которой нет?
– А вот когда одни останетесь, подумайте хорошенько. Подумайте – и поймете. – Глеб даже как-то с сожалением посмотрел на кандидатов. – Можно ведь сто раз повторить слово «мёд», но от этого во рту не станет сладко. Для этого не надо кандидатский минимум сдавать, чтобы понять это. Верно? Можно сотни раз писать во всех статьях слово «народ», но знаний от этого не прибавится. Так что когда уж выезжаете в этот самый народ, то будьте немного собранней. Подготовленней, что ли. А то легко можно в дураках очутиться. До свидания. Приятно провести отпуск… среди народа. – Глеб усмехнулся и не торопясь вышел из избы».
Не может сказать Глеб Капустин, что он это нескромность сам выдумал, не может найти ее доказательства. Как сталинские тройки, Глеб Капустин обвиняет бездоказательно. Но н не просто бросает обвинение, от побивает малейшие попытки защиты солидным зарядом пустопорожней демагогии – точно так же, как на сталинских судебных процессах.
Итак, Глеб Капустин приходит в гости, ему предлагают угощение, ему рады – а он начинает унижать хозяев, метать в них свое говно, старается показать свое превосходство. Он не просто мстителен за что-то – он злобен по отношению к тем людям, которые ему лично ничего плохого не сделали, которые приветили его как гостя. То есть, Глеб Капустин – подонок, его метод введения спора вызывает законное негодование.
Иные литературоведы (В. Яранцев) обвиняют кандидата Журавлева в спеси, но вряд ли – он бы и рад поспорить, но в научной среде нет мест такому голубиному типу дискуссии. Дискутировать можно тогда, когда есть логика, когда цель – выявление истины. А когда нет ни того, ни другого…
Но самое страшное в рассказе – не Глеб Капустин, а его окружающий сельский рабочий класс, которые не просто не понял, что их товарищ городит околесь, но еще и приняли его демагогию, поддержали ее и встали на сторону демагога:
«Оттянул он его!.. Дошлый, собака. Откуда он про Луну-то знает?
– Срезал».
Итак, противоречие между интеллигенцией и рабочим классом обозначено четко.
В брошюре «Экономические проблемы социализма» 1952 года Сталин пишет, что противоречия между умственным трудом и физическим в СССР якобы не существует, ибо рабочие с интеллигенцией месте дружно стоят коммунизм. Врет Сталин. Из рассказа Шукшина мы узнаем о глубоком противоречии между советской интеллигенцией и советским рабочим классом.
Но это не всё.
Шукшин отмечал, что поведение Капустина, стремящегося с помощью демагогии принизить кандидата наук, связано с тем, что «это злая месть за то, что он на пиршестве, так сказать, обойдён чарой полной» (Аннинский Л. А., Федосеева-Шукшина Л. Н. Комментарии. Василий Шукшин. Соч. в 3 т. М.: Молодая гвардия, 1985. Т. 2. С. 586).
Но… простите, с чего это Глеб Капустин взял, что он обладает такими достоинствами, чтобы его не обходили чарой полной?
Надо было в школе не лениться, трудиться головой, учиться на пятерки, потом поднять такой груз на плечи, как 5-6 лет учебы в вузе, затем лет пять тяжкой работы по специальности, потом три упорных года аспирантуры перед защитой диссертации… Не футбол на дворе гонять и не обжиматься с девками по темным углам – а учиться, вкалывать! Для этого нужен великий интерес к науке. А если этого интереса нет - что ж обижаться?
Но… простите, а откуда у детей рабочих этот интерес может возникнуть? Ведь они не дети артистов, ученых или врачей. Вполне ограниченные родители, семейная традиция, соответствующие друзья в детстве…
А почему родители ограничены? Все просто: вследствие доминации абстрактного содержания в труде рабочего процесс распредмечивания ведет к атрофии интереса… Как писал Маркс в «Экономическо-философских рукописях 1844 года», труд рабочего – тяжелый, черный, монотонный, однообразный, обезличивающий, отупляющий. В каждом ребенке гибнет Моцарт. Вот чара, которой обнесли!
Глеб Капустин чувствует, что и КВН, и «Кабачок 13 стульев» - для интеллигенции, не для рабочих, это праздник на чужой улице.
Однако ж дело еще тяжелее.
Число мест в вузах ограничено, даже самые талантливые дети рабочих могут не стать студентами. Но беда в том, что и огромное число вузов не спасло бы положения. Ибо экономика страны ежегодно требует десятки миллионов рабочих. Даже если дети рабочих и поступят в вуз, они не будут там учиться, система производства определила и к станку.
А что ж это за система производства такая?
А это такая система, где существует старое общественное разделение труда на труд умственный и труд физический. Как мы знаем из марксизма, такое деление дробит общество на классы.
А что ж это за система, когда общество – классовое, а рабочий 5 дней в неделю продает свою рабочую силу за деньги? Такая система по определению Маркса называется капитализмом.
Позвольте, воскликнет, пылая благородным гневом читатель, но ведь в СССР был социализм!?
Да? А кто и где вам это сказал? Прочитали в газете или услышали в телевизоре?
Шел 1983 год, я читал лекцию по линии общества «знание» в Горнозаводске, на цементном заводе. После лекции – вопросы. Одна женщина спросила, откуда берутся, как получаются такие умненькие ребята, как я. Пробормотал что-т насчет отцовой библиотеки – ну, не мог я открыто ей сказать, что за счет ее труда черного появляются такие ребята. Дед, отец, мать всю жизнь трудились, чтобы дать нам с сестрой образование. Человек может заниматься творческим трудом только потому, что его одевают, обувают, кормят, дают жильё, воду, тепло, электричество армии рабочих.
Шел 1986 год, я учился в аспирантуре, администрация МГУ отправила меня в командировку.
Я ездил по городам, стараясь попасть на школьные областные олимпиады, а после них принимал экзамены в элитную физико-математическую школу-интернат №18 при МГУ.
В Пермь на олимпиаду съехались из всех деревень… Разве эти дети были виноваты в том, что уровень их школ ниже, чем в городе? И я от души всем подсказывал. Да еще продлил удовольствие на пару недель, чтобы решения слали мне по почте. Я получил 76 решений, 36 детей из Пермской области приехали сдавать экзамены в интернат, 18 человек поступили. Там было пермское землячество! До сих пор горжусь.
Не можешь свернуть шею капитализму сразу и во всем – попробуй хотя бы в частности.
И это не всё!
Казалось бы, Капустин городит чушь, а несчастный интеллигент стесняется выпроводить хамоватого гостя. Но… Что ж за вопросы, которые задает Капустин?
Допустим, он перепутал научную фантастику и ученую литературу, когда говорил про искусственную Луну и жителей внутри. Да, Капустин прочитал какого-то неразумного писаку, якобы нет расчетов «естественных орбит». Расчеты есть: примерно через 5 млрд. лет радиус лунной орбиты достигнет максимального значения — 463 тыс. км, а продолжительность земных суток увеличится до 870 часов. Солнечные приливы будут продолжать тормозить Землю. Но теперь уже Луна будет опережать вращение Земли, и приливное трение начнет тормозить ее движение. В результате Луна станет приближаться к Земле, правда очень медленно, так как сила солнечных приливов невелика. 870 часов или чуть более 18 сегодняшних суток под Солнцем и столько же времени без Солнца. Полярная ночь длится дольше, на Южном полюсе – менее 6 месяцев.
Но филолог мог и не знать таких вещей. Но если не знал, почему бы честно не сказать: «Не знаю»? Почему???
Зато филолог был обязан знать, зачем звезды, ведь они не деньги, в карман не положишь. Как говорил Маркс: «В науке нет ничего, кроме ее практического применения». Сегодня по вращению пульсаров отмеряют время, с помощью квазаров настраивают мобильную связь, а на луне неиссякаемый источник энергии, гелий-3.… Филолог и этого мог не знать, но у науки не только утилитарная сторона, наука не живет сегодняшним днем.
А вот насчет духа и материи: «Как всегда, – сказал он с улыбкой. – Материя первична…»
То есть: по словам кандидата наук, основной вопрос философии решен раз и навсегда, он перестал быт вопросом и стал утверждением. Зачем над ним размышлять? С каждым изменением в мире вопрос о первичности материи приходится решать снова и снова. А ведь именно в 70-е советским ученым Зельмановым был выдвинут идеалистический антропный принцип, снова ставящий опрос и первичности или вторичности материи. Тем более, что, как отмечал Ленин, первичность материи имеет смысл только в рамках основного вопроса философии.
То есть: филолог не в курсе научной жизни страны…
Хуже ситуация с невесомостью. Да, Капустин выбрал не самый удачный пример: невесомость не является каким-то критическим явлением, которое должно заставить вздрогнуть философов, это школьная физика. Падаешь со стула, нет реакции опоры, т.е. нет веса – вот тебе и невесомость. Можно, конечно, говорить о тождестве ускорения системы и гравитации в рамках общей теории относительности Эйнштейна– но не думаю, что Шукшин это имел в виду. Зато филолог мог бы знать высказывание Энгельса, что с каждым новым открытием в науке философия должна меняться.
То есть, либо филолог оказался глуповатым, либо он точно так же, как Капустин, не хотел слышать собеседника. Аутист.
Так что вторая сторона противоречия между умственным и физическим в СССР вырисовывается вполне определенно.
Но и это не всё.
Информационный взрыв
Глеб читает статейки, написанные журналистами, то есть, теми людьми, которые не разбираются ни в чем, но пишут обо всем.
И в солидных журналах зачастую пишут чепуху. Например, журнал «техника молодежи» 1958 года: «Кибернетика – реакционная лженаука, льющая воду на мельницу разнузданной империалистической пропаганды».
В 1950-1970 годы наблюдался громадный рост научных публикаций. Однако Капустин их, конечно, не читал.
Общество расслаивается на две большие группы: одна свято верит нелепой официальной пропаганде, другая верит столь же бессмысленной противоположной пропаганде: «Путин поднимает Россию с колен» - «Нет, Путин – мировое зло».
Источники информации, газета, популярные книжонки и телевизор, вместо того чтобы сократить расстояние между интеллигентами и рабочими, резко увеличили его.
Шукшин с прецизионной точностью рисует катастрофу – воздействие информационного потока на общественные низы.
Критик Адольф Урбан писал, что рассказ Шукшина отражает новое для 1970-х годов социальное явление, информационный взрыв, как это явление назвал Урсул А. Д. Станислав Лем в «Сумме технологий» указал на информационный взрыв как на причину культурной инфляции. Согласно Урбану Капустин – представитель отряда паразитирующих на этом взрыве.
Но Капустин ничью кровь не пьет, никак в личных целях свои словесные стычки не использует. Из того, что изложено выше, следует, что информационный взрыл лишь обнажил общественное противоречие.
Та же самая катастрофа произошла в СССР в конце 20-х- в начале 30-х, когда снизился тираж органа Советов «Известий» и в несколько раз подскочил тираж партийной «Правды» Как говорил Маркс, газетные фетиши не менее материальны (даны в ощущениях и не зависят от индивидуального сознания), чем табурет или стол. В начале 30-х в СССР появилась возможность внушать населению, что иллюзия есть реальность. Так вчерашние герои революции и Гражданской войны, Якир, Уборевич, Тухачевский, Гамарник, Блюхер, Бухарин, Шдяпников. Троцкий и пр. – благодаря информационному взрыву вдруг стали врагами народа.
Та же самая катастрофа произошла, когда возник интернет. Речь даже не идет о новом способе манипуляции массовым сознанием! Просто возник новый информационный поток, который опустился на то серое вещество, которое и было в головах у общественных низов. Т.е. адекватно этот поток воспринят не был.
Один милиционер, который ни уха, ни рыла в биологии, с пеной у рта мне доказывал, что теория эволюции уже опровергнута.
Какой-то шкет лет 12-ти сообщает в интернете, что Красная армия победила под дулами пистолетов.
Водила, который крутит баранку, объяснял мне, что он на стороне большевиков и обожает Колчака.
Перед глазами встают десятки миллионов законченных идиотов, которым ничего не объяснить, они глухие, аутисты.
Теперь представим, что в деревню Новая приехали не филологи, а политэкономы, и стали рассказывать главы из «Капитала». Нет, пусть приехал бы Ленин с рассказом о международном положении. И тут же бы вылез какой-нибудь Глеб Капустин и обязательно срезал бы Ленина. И все рабочие были бы на стороне Капустина!
Потому никакая агитация и пропаганда даже в интересах рабочего класса сегодня невозможна. Все равно что кричать в пустыне.
И вот ведь вопрос: почему народ верит и следует именно неверной, именно гнусной информации и с ходу отвергает информацию верную, полезную? Потому что сам народ так устроен.
Дорогой читатель, когда таксисты, уголовники или слесаря будут тебе с видом профессора рассказывать о химтрейлах, которыми Билл Гейтс собирается всех нас убить, об информационном пространстве, о инопланетянах на Земле, о лунном заговоре, о превосходстве американской экономики, о всеобщей запрограммированности, о тайном мировом правительстве (глубинном государстве), об англосаксах, о путешествиях во времени, о мудрости Сталина, о честных альтернативных выборах, о структурированной воде, о мировом зле Путине, о поднимающем Россию с колен Путине, о страшной 5G и т.п. – вспомните рассказ Шукшина «Срезал».
Июль 2024
Комментарии