ПАННЕКУК И ГОСКАПИТАЛИЗМ
На модерации
Отложенный
ПАННЕКУК И ГОСКАПИТАЛИЗМ
Борис Ихлов
«Мы, многотысячный, не умеющий читать глупенький трудовой коллектив, не можем своими ногами пойти в библиотеку, почитать книги Маркса. Энгельса, Плеханова, Ленина. Мы не можем проникнуться их работами и самостоятельно привнести в себя политическое сознание. Если и прочтем – мы, дураки, не доверим себе понимать, что прочитали. Мы должны слушать трактовку написанного нашими партийными боссами. Мы, тупые, не можем вырваться за рамки борьбы з а хорошее стойло с попонкой». Так определял отношение класса и партии оппортунист Бернштейн.
Сам пролетариат не способен самостоятельно управлять государством, для данных целей должна использоваться группа его подготовленных представителей, возглавляющих партию.
Так рассуждал Сталин. Так рассуждают ВСЕ компартии России и мира. Точно так же рассуждает церковь. Точно так же думают ВСЕ троцкисты. Точно так же рассуждает ЛЮБАЯ буржуазная партия.
Поэтому ВСЕ компартии и троцкистские организации – суть буржуазные партии.
Увы, точно так же в течение длительного периода рассуждал и Ленин. В самом начале своей деятельности он писал: «Распространение сознания (гамма) поставлено наряду с ростом возмущения (альфа) и обострением борьбы (бета). Но альфа и бета стихийно, а гамма должны вносить мы» («Замечание на первый проект программы Плеханова: материалы к выработке программы РСДРП». ПСС, Т. 6. С. 198-199). Плеханов согласился. Но именно Плеханов указывал: «Диктатура пролетариата как небо от земли отличается от диктатуры группы революционеров-разночинцев».
Правда, есть вопрос: а точно Ленин это написал?
Ленин не ограничился одной фразой. В 1902 году в книге «Что делать?» в полемике с анархистами Ленин дословно повторил формулу Бернштейна. Книга невероятно глупая, даже сомневаешься, Ленин ли ее написал или это рука какого-нибудь из сталинских корректоров, подробнее см. Борис Ихлов, «Кризис левого движения» https://proza.ru/2021/01/27/2084
Даже в 1920 году в брошюре «Детская болезнь левизны в коммунизме» Ленин утверждает, что вопрос о соотношении партии и класса – якобы надуманный.
Часть немецкого Союза спартаковцев пришла к выводу, что в партии происходит узурпация власти партийной верхушкой. В свет вышла статья "Раскол компартии Германии (союза спартаковцев)", изданная "местной группой в Франкфурте на Майне". Гейдельбергский съезд в 1919 расколол КПГ компартию Германии. Неленинские коммунисты приняли название Коммунистическая рабочая партия Германии, позже аналогичная организация была основана в Голландии
Спартакисты пишут: "Возникает вопрос: кто должен быть носителем диктатуры: коммунистическая партия или пролетарский класс?.. следует стремиться к диктатуре компартии или к диктатуре пролетарского класса?!! ... Две компартии стоят друг против друга: одна - партия вождей, которая стремится организовать революционную борьбу и управлять ею сверху, идя на компромиссы и на парламентаризм, чтобы создать такие ситуации, которые позволили бы им вступить в коалиционное правительство, в руках которого находилась бы диктатура… Другая - массовая партия, которая ожидает подъема революционной борьбы снизу...»
Как же отвечает на поставленные вопросы Ленин? Самым глупым образом: «Заметно просто непродуманное, бессвязное употребление "модных", по нашему времени, словечек о "массе" и о "вождях". Люди много слыхали и твердо заучили нападки на "вождей", противопоставление их "массе", но подумать, что к чему, выяснить себе дело не сумели».
Во-первых, «масса» и вождь» - это не модные словечки, а общеупотребительные понятия. Во-вторых, Ленин обвиняет – но сам-то не дает ответа, «что к чему». Вот что он пишет далее:
«Договориться по этому поводу до противоположения вообще диктатуры масс диктатуре вождей есть смехотворная нелепость и глупость», - пишет якобы Ленин.
Ленин так никогда никого не критиковал. «Смехотворно» - это ярлычок, это не ленинский , это сталинский стиль. Это не Ленин писал! Ленин прекрасно знал работы Плеханова и четко знал отличие диктатуры масс от диктатуры кучки заговорщиков. Он помнил, что такое бланкизм, он его сам критиковал и ясно представлял себе противоречие между вождями и массами! Он разбирался в истории и не мог забыть предательства вождей, социалиста Луи Блана и прочих.
Когда Сталин вслед за ленинской гвардией начал унитожать лучших из лучших, депутатов XVII съезда ВКПб, когда вспыхнули рабочие восстания, в Вичуге и других городах, и все эти они были подавлены силой оружия, мир увидел противоположение диктатуры партии диктатуре масс.
Далее Ленин якобы пишет: «Особенно забавно, что на деле-то вместо старых вождей, которые держатся общечеловеческих взглядов на простые вещи, взглядов всех цивилизованных людей, на деле выдвигают (под прикрытием лозунга: "долой вождей") новых вождей которые говорят сверхъестественную чепуху и путаницу. Таковы в Германии Лауфенберг, Вольфгейм, Хорнер, Карл Шредер, Фридрих Вендель, Карл Эрлер. Попытки этого последнего "углубить" вопрос и объявить вообще ненадобность и "буржуазность" политических партий есть уже такие геркулесовы столпы нелепости, что руками развести… Отрицание партийности и партийной дисциплины - вот что получилось у оппозиции… Это равносильно мелкобуржуазной распыленности, неустойчивости, неспособности к выдержке, к объединению, к стройному действию, которая неминуемо всякое пролетарское революционное движение погубит. Отрицать партийность с т. зрения коммунизма значит делать прыжок от кануна краха капитализма (в Германии) не к низшей и не к средней, а к высшей фазе коммунизма».
Видно, что здесь сталинские фейкометы взяли тему о перескоке в коммунизм из статьи Ленина «Об анархо-синдикалистском уклоне».
В данном фрагменте подмечено, что те, кто выступает против старых вождей, сами хотят стать вождями. То же Сталин приписывал Троцкому. Однако сам Ленин в письмах к XII съезду РКПб писал, что Сталина нужно сместить. То есть, понимал, что не в новых вождях дело, а старый вождь плох.
И дело не только в том, что Сталин нахамил Крупской, дело не только в его животной грубости. В работе «Лучше меньше, да лучше» Ленин пишет, что нет учреждения, которое работало бы хуже, чем Рабкрин. Надо учиться, призывает он, находить толковых людей, отправлять их в Германию и Англию учиться у зарубежных специалистов и т. д. и т. п. Кто же руководил Рабкрином? Сталин. Как мог человек, проваливший оборону Царицына, проваливший наступление на Варшаву, не справившийся с руководством Рабкрина, руководить партией?
Заметим: немецкая оппозиция вовсе не говорит о коммунизме, вовсе не отрицает партийность и партийную дисциплину, неужели Ленин мог так мелко передергивать?
Класс и партия
Возражения нидерландского марксиста Паннекука большевизму делятся на два больших зависимых фрагмента.
Итак, Маркс уверен, что мир уже готов к социалистической революции. Ее нет. Капитализму нужно еще развиваться и развиваться.
Ленин убежден, что развитые страны уже готовы к социализму. Это оказывается ошибкой.
Каутский утверждает, что империализм – не последняя фаза развития капитализма, за ней последует ультраимпериализм. То есть – глобализация. Ленин критикует Каутского – по его мнению. Каутский препятствует революции.
Немецкий ученый-социалист Роберт Михельс высказался против партии ленинского типа.
В работе 1911 г. «Социология политической партии в условиях современной демократии» он сформулировал «железный закон олигархии»: «прямое господство масс технически невозможно» и потому любой режим неизбежно вырождается во власть немногих избранных — олигархию.
Здесь Михельс не открыл Америки, Маркс объяснял, что в силу тяжелого, отупляющего, обезличивающего труда рабочих представителями рабочего класса оказываются выходцы из других социальных слоев, более образованных. Однако мысль Михельса на этом не останавливается.
Михельс совершенно верно отождествляет социалистические и буржуазные партии, несмотря на лозунги о поддержке самого широкого участия масс в политической жизни, и те, и другие зависят только от воли кучки вождей, партийных бонз.
Средство для борьбы с явлением диктатуры меньшинства Михельс видел в повышении уровня образования, улучшении экономического положения и условий жизни масс. Михельс, как и Паннекук, был убежден, что недостаток образования затрудняет рабочему классу правильно оценивать действия и предвидеть их последствия. (Отголоски его теории можно увидеть у Ильенкова, который предлагал сделать акцент на семейном воспитании).
С одной стороны, Ленин соглашался с Михельсом: «каждая кухарка не может управлять государством. С другой – возражает ему: каждая кухарка должна учиться управлять государством.
Ленин не Манилов, в отличие от Михельса он обращается не к образованности, а к практике. Чтобы уравнять всех перед лицом управленческого труда, нужно сделать всех бюрократами, нужно применить к государству принципы Парижской коммуны: низкая оплата госчиновника, постоянная сменяемость госчиновника и контроль рабочих снизу за госчиновником любого уровня.
В отличие от Михельса Ленин полагал, что практика управления обществом даст больше учебников.
Но сам Ленин громит Рабочую оппозицию, не допуская рабочих до власти.
Ленин пишет: «… безусловная централизация и строжайшая дисциплина пролетариата являются одним из основных условий для победы над буржуазией…»
Ленин весь нацелен на победу, он отбрасывает даже верные идеи, если они кажутся ему препятствием. Так? Ленин – гениальный тактик, но не стратег? Не совсем так.
Потому что в 1920 году, когда якобы написана брошюра «Детская болезнь левизны в коммунизме», победа революции уже состоялась. Во-вторых, в 1920-м Ленин уже прекрасно знал, что мировой революции в ближайшие десятилетия не произойдет. В связи с этим в 1919 году на съезде земледельческих коммун объясняет, что «едва ли внуки увидят социализм».
Социализм есть диктатура пролетариата (Маркс). Следовательно, никакой диктатуры пролетариата в отсталой аграрной, то есть, не доросшей до социалистической революции России быть не может. Именно поэтому Ленин с 1919 года громит Рабочую оппозицию.
Отсюда неопровержимо следует, что Ленин НЕ МОГ написать «Договориться по этому поводу до противоположения вообще диктатуры масс диктатуре вождей есть смехотворная нелепость и глупость».
Партия как класс
В 1938 году Паннекук пишет работу «Ленин как философ». В ней он критикует книгу Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», которую абсолютно не понял. Для него эта книга направлена против не против позитивизма, не против махизма и в целом субъективного идеализма (которые логически приводят к богу, всего лишь), а против религии. Более того, он приписал Ленину следование французским механицистам и немецким вульгарным материалистам – т.е. он просто не читал ленинскую критику в их адрес. Более того, Паннекук обнаружил полное непонимание философии, незнание, что есть диалектический материализм и исторический материализм.
Однако возражения Паннкука просты и понятны. Они не оформлены в марксовы категории, но Паннекук точно чувствует общественную иерархию в СССР, сходную с капитализмом.
Паннекук полагал, что идея просвещенного авангарда, который представляет чьи-либо интересы, говорит о темноте и пассивности масс, чем и пользуются партийные бонзы. Идея авангарда обязательно приведет к партийной диктатуре, убеждал Паннекук.
Действительно: рабочий класс неоднороден, оправдывает Ленин торию авангарда. Но из этого вовсе не следует, что узкий слой авангарда имеет право повелевать подавляющим большинством рабочего класса. Такой авангард сохраняет прежнюю элитарность общества. Когда же этот авангард решит отказаться от марксистско-ленинского бантика, руководимые им массы ничего этому отказу не смогут противопоставить. Что мы и видели в 1991-м.
Паннекук утверждает, что большевики подменили власть Советов властью партии, власть сменяемых депутатов властью бессменных партийных функционеров. Это привело к превращению большевиков в новый господствующий класс. То есть, к превращению большевиков-управленцев большую группу людей, занимающих особое место в общественной иерархии – в виду особого места в системе общественного производства.
Рабочая оппозиция требует передать власть рабочим профсоюзам.
Паннекук понимает, что самоуправление с поминутным голосованием тысяч рабочих на одном заводе путем какого-нибудь вече – нереализуемо, без представительной демократии не обойтись Он предлагает передать власть совещательным избранным Советам.
В 1920-е в среде германских революционеров возникло широкое движение - рэтекоммунизм, или коммунизм рабочих Советов. Движение распространилось на Нидерланды.
Рэтекоммунисты решили, что к 2-й мировой войне обстоятельства не изменились, и потому по примеру Ленина призвали рабочих перевести войну империалистическую в войну гражданскую, против своих правительств. Дезертирство, забастовка, восстание, утверждали они, есть долг всякого сознательного рабочего. Рэтекоммунисты не осмыслили причин возникновения фашизма в Германии, не поняли состояния немецкого рабочего класса, не осознали, что их призывы обречены повиснуть в воздухе.
Но почему же Паннекук еще до войны стал в оппозицию и к СССР, и к Ленину?
Сталинизм, репрессии 1935-1939 гг. отвратили от коммунистического движения не только членов компартий мира, но и сотни миллионов рабочих. Буржуазные демократы старались отождествить тоталитаризм социалистическими идеями. Коммунист Антон Паннекук, будто бы, наоборот, провел разграничительную черту между марксизмом и сталинизмом.
Казалось бы, Паннекук проделал правильную, полезную работу. Ниже мы увидим, что правильность этой работы он же и опорочил. Он, как и либералы, отождествил сталинизм и марксизм-ленинизм, направил свою критику именно на ленинизм.
В 1936 году, когда в СССР уже крутился маховик репрессий, когда уже прошли десятки тысяч крестьянских восстаний и сотни крупных рабочих забастовок, Паннекук пишет статью «Партия и класс». В ней он указывает, что нельзя отождествлять борьбу партии с классовой борьбой, подменять класс партией. Разумеется, анархисты немедленно причислили Паннекука в свой стан. Но он отнюдь не выступал против партии вообще и тем более, не против власти и не против диктатуры пролетариата. Наоборот! Он за диктатуру пролетариата - против диктатуры партии.
«Старое рабочее движение, - пишет он, - организовано в партии. Вера в партии -- основная причина слабости рабочего класса (и сегодня тоже! Б. И.). Мы избегаем создавать новые партии, но не потому, что нас слишком мало, а потому что партия - это организация, цель которой направлять и контролировать рабочий класс. В противовес этому мы утверждаем, что рабочий класс может прийти к победе только когда он самостоятельно возьмется за решение своих проблем и своей судьбы. Рабочие не должны слепо соглашаться с лозунгами других, в том числе и лозунгами нашей группы, но должны думать и действовать самостоятельно. Эта концепция противоречит традиции, в которой партия понималась как самое важное средство воспитания пролетариата. Поэтому социалистические и коммунистические партии противостоят нам. Это отчасти является следствием их традиционных концепций: если видеть в классовой борьбе борьбу партий, то становится трудно рассматривать ее как борьбу собственно рабочего класса (а не партии), то есть классовую борьбу. Но частично эти концепции основаны на той идее, что партия играет ключевую роль в борьбе пролетариата».
Действительно, такое представление о ключевой роли партии является идеалистическим, буржуазным представлением. В диалектической паре «класс – партия» определяющим является класс, он первичен.
«"Революционная партия" основана на идее, что рабочему классу необходима новая группа руководителей, которая победит буржуазию и создаст новое правительство. (Заметьте, что рабочий класс в рамках этой концепции не считается способным реорганизовать и регулировать производство)», - описывает Паннекук идею Эдуарда Бернштейна.
«… партия, - пишет Паннекук, - это объединение людей, придерживающихся определенных взглядов и концепций, а классы - это объединения людей на основании их экономических интересов. Принадлежность к классу определяется ролью в процессе производства, а партия объединяет людей с одинаковым пониманием своих социальных проблем. Ранее была мысль, что это противоречие будет снято особой классовой "рабочей" партией. Во время роста социал-демократии казалось, что она будет постепенно объединять весь рабочий класс… марксистская теория заявляла, что схожие интересы порождают схожие точки зрения и цели, а противоречие между партией и классом, как ожидали, постепенно исчезнет. История доказала, что это не так. Социал-демократия осталась меньшинством, другие группы рабочего класса организовались против нее, некоторые части откололись от нее, и ее характер изменился. Ее программа подверглась ревизии и новому истолкованию…»
Конечно, марксистская теория ничего подобного не утверждала, тем более, нет такого положения, чтобы весь пролетариат стал социал-демократом. Ленин пишет, что у социал-демократов нет задачи создания партии, у социал-демократов есть задача помощи объединения всего пролетариата в политическую партию.
Однако Паннекук предлагает другую организацию: «… люди, придерживающиеся одних и тех же фундаментальных концепций, объединяются для дискуссий о практических шагах, ищут ясность и распространяют свои идеи… такие группы… будут партиями в совершенно другом смысле... классовая борьба, это задача самих масс трудящихся… в их реальных объединениях, таких как фабричные рабочие на фабриках или другие производственные группы… Будет сумасшествием, если бы сторонники одной партии пошли на забастовку, в то время как остальные продолжали бы работу. Напротив, обе тенденции должны защищать свою позицию (бастовать или не бастовать) на заводском митинге, предоставляя, таким образом, возможность принять хорошо обоснованное решение».
Чем же заняты современные компартии? Они воротят нос от забастовки, если ее организовали не они, еще хуже, если ее организовали сами рабочие. Как же: рабочие к ним не обратились нижайше! Партии умеют только возглавлять, ничему другому не обучены. И гораздо хуже, когда партии или политические группы приклеиваются к протесту, рабочие им передоверяют свою активность, в результате протест легко подавляют. «Чтобы подавить, нужно возглавить».
Далее Паннекук рисует характер будущей партии в отличие от прежних:
«Такие партии не являются статичными… Каждая новая ситуация, каждая новая проблема будут порождать взгляды, разделяющие старые группы и порождающие новые с новыми программами. Они имеют неустойчивый характер и постоянно переделывают сами себя в новой ситуации. В сравнении с такими группами существующие в настоящее время рабочие партии имеют принципиально другой характер и другие цели: они хотят захватить власть для себя. Они не ставят себе цель помочь рабочему классу в его борьбе за освобождение, но хотят управлять им и заявляют, что это и есть освобождение пролетариата. Такие партии, в отличии от групп, описанных выше, должны иметь жесткую структуру с четкими демаркационными линиями… Они инструмент власти - они борются за власть, контролируют своих членов с помощью силы… В их задачи не входит развитие инициативы трудящихся, их цель - воспитание лояльных и не задающих вопросы последователей их веры. В то время как рабочий класс в его борьбе нуждается в неограниченной интеллектуальной свободе, в свободе дискуссий руководство таких партий должно подавлять все мнения кроме собственного. В «демократичеких» партиях это подавление завуалировано, а в диктаторских оно грубо и ничем не прикрыто».
На самом деле Паннекук совершенно напрасно отождествляет ленинизм и сталинизм. Потому что, с одной стороны. Ленин стоит на позиции Паннекука. Паннекук ломится в открытую дверь.
Социализм, повторяет Ленин Маркса, есть живое творчеств масс. Масс, а не партий.
Даже тысяча Марксов, подчеркивает Ленин, не смогли бы управлять экономикой. Диктатура пролетариата, объясняет он, не только и не столько насилие, сколько способность рабочего класса взять в руки всю экономику страны.
Диктатура пролетариата, формулирует в отсутствие Ленина XII съезд РКПб, выражается в форме диктатуры партии.
«Диктатура пролетариата, - формулирует Ленин, - выражается в форме Советской власти, форме, найденной самими рабочими».
От класса – к общественному строю
Но есть еще одно совпадение в позициях Ленина и Паннекука, которого сегодня бегут сталинисты.
Левые марксисты обвиняли Ленина, что он «строит» госкапитализм. Ленин отвечал, что госкапитализм – это шаг вперед.
Ни одному здравомыслящему коммунисту, утверждает Ленин в 1919 году, не придет в голову отождествлять существующие экономические отношения с цоаилистическими.
Что же пишет Паннекук? «Многие рабочие уже понимают, что правление соц. и компартии станет только замаскированной формой буржуазного правления, при котором остаются эксплуатация и подавление рабочего класса». Паннекук называет СССР госкапитализмом.
Государственные партийные советские чиновники, доказывал Паннекук, составляют новый правящий класс буржуазии, они полностью распоряжаются и производимым продуктом, и значит, и прибавочной стоимостью. Рабочие получают только заработную плату, образуя эксплуатируемый класс.
Паннекук указал на буржуазность СССР, не зная материалов Рабочей оппозиции, статей пермского рабочего Мясникова и задолго до т.н. госкаповцев типа Тони Клиффа.
Американская группа Джонсона-Форреста, Тони Клифф, Рая Дунаевская, французская группа «Социализм ил варварство», С. Л. Джеймс, Грейс Ли, Отто Рюле и другие с конца 40-х развили теорию, что в СССР не «переродившееся рабочее государство» по Троцкому, а просто госкапитализм. В 1947-м Клифф опубликовал книгу «Госкапитализм в России». К этой мысли они пришли еще в 1939 году. Из верной концепции они пришли к неверному политическому выводу: в схватке двух капиталистических государств поддержали гитлеровскую Германию против СССР. Хотя Ленин указывал, что войны между империалистическими государствами бывают справедливыми, если эти войны освободительные, СССР вел освободительную войну.
Далее Паннекук приходит к важнейшему выводу: "революционная партия" является помехой революции. И мы видим это сегодня. И по КПРФ, и по ультралевым крикунам.
«… массы, - пишет далее Паннекук, - могут последовать партийной вере и предоставить партии полностью управлять делами. Они следуют лозунгам сверху, доверяют новому правительству (как в Германии и России), которое строит коммунизм, -- и возвращаются по домам. Немедленно буржуазия, корни которой не разрушены, использует все свои силы, всю свою финансовую мощь, свои огромные интеллектуальные ресурсы и свою экономическую мощь на фабриках и больших предприятиях. Против этого правящая партия слишком слаба. Только путем сдерживания и уступчивости она может удержаться. Такая партия, лишившись поддержки класса, станет инструментом буржуазии».
Паннекук ошибся только в одном: т.к. привилегированное бытие управленца, его верхнее положение в системе производства определяет его сознание. Партия в СССР не стала инструментом буржуазии. Она сама стала буржуазией. По определению буржуазии.
«Рабочий класс, подытоживает Паннекук, - не слаб, потому что раскалывается, а раскалывается, потому что слаб… Невозможно, чтобы все слои и группы с их часто различными интересами были согласны по поводу всех вопросов и были готовы к единым решающим действиям в будущем. Они найдут правильное направление только после острой полемики и конфликтов и только таким образом достигнут ясности… массы неактивны, потому что они не могут пока понять направление борьбы и единство классовых интересов…»
Паннекук не понимал того, что понимал Ленин: рабочий класс слаб не потому, что расколот, а потому, что развитие капитализма в России еще только началось, потому производительные силы в России были неразвиты, не готовы к социализму. Потому ни рабочие профсоюзы, ни рабочие Советы не были способны управлять экономикой.
Уже в 1918 году он указывает рабочим, которые хотят взять заводы в свои руки, что они элементарно неграмотны. Именно поэтому, повторим, в 1919 году на съезде земледельческих коммун Ленин объясняет: «… едва ли внуки увидят социализм».
Ни о какой диктатуре всего пролетариата и речи не может идти, подчеркивает Ленин: «Если не закрывать себе глаза на действительность, то надо признать, что в настоящее время пролетарская политика партии определяется не ее составом, а громадным, безраздельным авторитетом того тончайшего слоя, который можно назвать старой партийной гвардией. Достаточно небольшой внутренней борьбы в этом слое, и авторитет его будет если не подорван, то во всяком случае ослаблен настолько, что решение будет уже зависеть не от него» ((ПСС, Т. 45. С. 20). Именно поэтому в 1921-м он вводит НЭП, рассчитывая ее на десятилетия. Сталин же начал сворачивать НЭП уже в 1927-м.
Июль 2024
Комментарии