Правда пересилила: Первый канал показал, как разогнали «майдан на Сенатской площади»

На модерации Отложенный

Автор: Агидель Епифанова

 

Не так давно по Первому каналу, наконец, показали полную версию «Союза спасения». Прокатная, сокращенная, вышла ещё 5 лет назад, и приходится удивляться, чем вызвана столь изрядная пауза между кино-премьерой и показом сериала. Как водится, ещё в начале показа зрителям было продемонстрировано ток-шоу, в котором создатели картины вдохновенно хвалили себя и друг друга. Особенно «досталось» исполнителю роли Милорадовича Домогарову, которого несколько раз «обличили» в гениальности. Актёр своей работой был тоже доволен. «Помню, — рассказывал, — в школе что-то такое проходили, что какого-то генерала там убили… А что за генерал забыл. А тут взял сценарий и понял, что этот тот самый генерал!» Что ж, будем справедливы: хорошему актеру необязательно знать, кто такой Милорадович, достаточно хорошо сыграть роль. Ещё упирали создатели, какую классную компьютерную графику они сделали: мы восстановили все, как было, в натуре! И Париж 14-го года, и Петербург, и… Не очень понятно, откуда создателям известно, как выглядел Париж 14-го года в натуре, но дело даже не в этом. Дело в том, что при первых же кадрах той самой компьютерной графики, с которой фильм и начинается, сразу возникает ощущение попадания в компьютерную игру. К «натуре» это имеет очень отдаленное отношение, как, впрочем, все отечественные попытки сделать «как во «Властелине колец».

Впрочем, будем справедливы к фильму: нечастый случай, когда хвалить действительно есть за что. Например, за общее направление. Вопреки опасениям консерваторов декабрьский бунт показан именно тем, чем он и был – майданом. И хотя создатели упирали, что они хотели показать, что у всех была своя правда, надо понимать, что сама правда в данном случае оказалась сильнее желания авторов. И получилось то, что и должно было получиться. А именно показано, как горстка деятелей пониженного нравственного уровня едва не ввергла страну в пучину гражданской войны.

Пониженный нравственный уровень сомнений не вызывает, ибо видим мы и Пестеля, который занимается хищением казенных средств вместе с Майбородой, позже «спалившим» подельника, и разжалованного в солдаты Баранова (интересная, неожиданная и очень хорошая работа И. Петренко), и выгнанного из армии за недостойное поведение убийцу Каховского… Видим, как «радетели о счастье народном» обманывают собственных солдат и даже офицеров, убивают своих командиров и т.д. Замечательный образ создан В. Ветровым – полковник Гебель. Этот слуга Царю, отец солдатам искренне стремится защитить своих офицеров от кары, искренне увещевает Муравьева-Апостола (прекрасен их диалог, в котором полковник выговаривает смутьяну: «Вы знатны и состоятельны, всегда можете оставить службу и делать, что хотите, а для меня служба все!»), стремясь возвратить способного офицера на путь истинный. И чем отплачивают ему мятежники за отеческое отношение? Ударами штыков (16 ударов!). Разорением дома. Насилием над семьей. Собственно, в этом эпизоде восстания уже явлен прообраз будущей вакханалии 17-го года… Муравьев, изначально показываемый честным борцом за справедливость, незаслуженно пострадавшим за правду по службе, постепенно вырождается в человека, обманывающего своих же боевых товарищей, не говоря уж о солдатах, допускающего разнуздание солдат и оскотинивания их в отношении мирного населения, соучаствующего в расправе над командиром. И неслучайно приехавшая к нему невеста говорит: «Я ехала к тебе через все кордоны, но тебя больше нет…» Революционная бацилла, прометеевская гордыня убила в изначально честном и храбром человеке человека…

За чье счастье борются эти утратившие ориентиры люди? Простого народа, говорят они, не отпустившие, в отличие от освободившего своих крестьян Бенкендорфа (этот факт, увы, в фильм не вошел), на волю ни одной крепостной души. Простой народ – крестьян – они отдают в расправу своим пьяным солдатам, потому что момент требует, чтобы солдат был доволен, а солдата всего проще соблазнить «правом на бесчестье».

Но дело именно в моменте. На солдат борцам тоже наплевать. Их обманывают и ведут на убой. Используют как средство, расходный материал.

Пожалуй, стоило бы заострить внимание на пестелевской программе, одном из основополагающих документов декабризма. Ведь в ней уже был прописан большевизм. Или национал-социализм. Жестокая диктатура, развитая система повсеместного слежения и стукачества, многочисленная карательная структура, отточенный механизм репрессий, в том числе по национальному признаку. Никакой демократии. Никаких прав и свобод. В фильме бегло упоминаются пестелевские диктаторские чаяния, но слишком поверхностно.

Зато ярко показаны грезы заговорщиков о том, как захватить и зарезать Царя и его брата. Тоже весьма «благородно» и «достойно» звания офицеров и дворян…

В рамках условного «плюрализма» в фильме звучат патетические эскапады о том, как нехорошо поступил Царь, применив артиллерию против восставших. Вечные страдания «русской интеллигенции», которую пестели ещё не успели отправить в расход… Спрашивается, как ещё мог и должен был поступить глава государства, против которого вышли мятежники, убивающие верных офицеров и готовые истребить всю императорскую семью? Отдать им на растерзание страну во имя, так сказать, человеколюбия? Сколько бы крови пролилось в этом случае, мы знаем на примере 17-го года.

Правда Государя Николая Павловича в тех событиях безусловна и священна. И за что следует особенно поблагодарить авторов «Союза спасения», это за образ Императора, который уже сам по себе олицетворяет и правду, и власть в ее лучшем понимании, и достоинство. Сцены диалогов с мятежниками, сцена пропуска колонны восставших на площадь – без страха перед их штыками и ружьями, полный достоинства ответ Бенкендорфу на предложение последнего взять ответственность за кровопролитие на себя: «За все отвечаю я!» — подлинный образ того Государя-рыцаря, которым и был Николай I. И конечно, великолепен подбор актера на эту роль. Об Иване Колесникове не будет преувеличением сказать, что для этой роли он был рожден. Если мы посмотрим молодые портреты Николая Павловича, то обнаружим разительное сходство оригинала и исполнителя.

Кстати, в отношении остальных персонажей создатели явно не озадачивались подобным соответствием: поищите, к примеру, в интернете портрет графа Аракчеева и сопоставьте его с Романом Мадяновым… К достоинствам картины такую чрезмерную вольность отнести нельзя.

Из явных минусов надо также назвать два. Во-первых, финал – сцена повешения и невразумительные грёзы одного из смертников о воцарении Константина. К чему была эта греза, почему именно ею завершена история, осталось непонятным. Второй минус – какофония вместо музыки. Та же компьютерная графика. Только звуковая. Жуткий набор звуков без малейшего намека на мелодию. Когда-то даже в самых посредственных фильмах была – музыка, песня. Фильмы уходили в лету, песни продолжали жить. В той же «Звезде пленительного счастья» может забыться все, даже задействованные в ней великие актеры, но песня о кавалергардах, музыка Шварца останется. В нынешних картинах музыки не стало вовсе. И «Союз спасения» — печальный тому пример, потому что слуходробительные звуки просто-напросто портят в целом неплохую ленту, мешая восприятию происходящего на экране и выхолащивая и без того не слишком-то ощутимую атмосферу эпохи.

В целом, однако, «Союз спасения» все же заслуживает однозначно положительной оценки. Если смотреть фильм вовсе не искушенному в истории человеку, то увидит он шайку посредственных и низких большей частью людей, выступивших против природного монарха, Царя. Брехливую свору, атакующую благородного льва… И это первое впечатление будет по существу верно.

Может быть, создатели вовсе и не имели цели показать столь явный контраст, но, как и говорилось выше, правда пересилила.